опередил его, сдвинул ствол своего пистолета и дважды нажал на спуск. Выстрелы показались совсем негромкими, но охранник упал вниз лицом и больше не подавал признаков жизни.
А ван Зелле схватил сумку свободной рукой, не опуская пистолет, потянул на себя. Адвокат пытался сопротивляться, но седой свирепо взглянул на него, скрипнул зубами — и сеньор Рамос разжал руки.
Ван Зелле щелкнул предохранителем, направил ствол в голову адвоката, но в это время поблизости раздалась сирена полицейской машины. Седой хмуро оглянулся через плечо, махнул рукой, вскочил на мотоцикл и умчался с оглушительным ревом мотора.
Сеньор Рамос откинулся на кожаное сиденье лимузина и шумно выдохнул. На лице его было очень странное выражение. Выражение насмешки и удовлетворения.
Хендрик ван Зелле убедился, что за ним нет «хвоста», бросил мотоцикл на пустыре, перешел через железнодорожные пути. По другую сторону железной дороги стояла жалкая хибарка, в которой он нашел временное пристанище.
Перед входом в хибарку валялась в пыли бездомная собака. Увидев Хендрика, она вскочила и отбежала, поджав хвост, улеглась на безопасном расстоянии от человека.
Хендрик вошел внутрь, запер дверь, опустил занавески и поставил сумку на стол.
Наступил торжественный момент, момент, которого Хендрик ждал долгие годы. Прежде чем открыть сумку, ван Зелле достал бутылку «Гленфиддиш», плеснул в стакан виски на два пальца, сделал большой глоток.
Расстегнул сумку и достал из нее шкатулку.
Несколько минут он любовался ею, вспоминая все этапы своих многолетних поисков прабабкиного сокровища.
В поисках этого сокровища он исколесил половину земного шара, он потратил на эти поиски большую часть своей жизни — и заплатил за клад жизнями других людей. Он был просто одержим этой идеей, с тех пор как отец, умирая, рассказал ему о спрятанном сокровище. Он мечтал о том, как найдет эту шкатулку. Его знаменитая прабабка успела узнать от своего шефа, где находится клад. Но ей не удалось получить ключ, то есть золотые часы. Ее арестовали французы, и очень быстро расстреляли.
Хендрик искал эти часы полжизни. И наконец удача улыбнулась ему. Они заключили с конкурентом дона Себастьяна договор — тому непременно нужно было добраться до документов и уничтожить их. Хендрику обещаны были драгоценности.
Сокровище стоило многих трудов и многих жертв, но теперь все изменится, для Хендрика начнется новая жизнь…
Он открыл крышку шкатулки, достал первый мешочек, вытряхнул на стол его содержимое…
И не поверил своим глазам.
Вместо драгоценностей знаменитой прабабки на столе лежала кучка обкатанных морем камней, агатов и сердоликов с Тихоокеанского побережья Макондо.
Камней, которыми играют мальчишки из прибрежных рыбацких деревушек, камней, которыми и сам он играл в детстве…
Хендрик достал второй мешочек, третий, он высыпал их содержимое на стол — но в них были только ничего не стоящие морские камешки. Он перекладывал камешки, рылся в них, как будто все еще надеялся что-то найти.
Наконец истина дошла до его сознания. Этот лощеный адвокатишка надул его, как последнего дурачка на рынке. Он провез содержимое шкатулки в багаже или отправил посылкой. Или поручил кому-то доставить…
— Все кончено! — вскрикнул Хендрик ван Зелле.
Он запрокинул голову и завыл, как воет раненый волк посреди безлюдной осенней пустоши.
Он завыл так страшно, что собака на пустыре вскочила и убежала на другую сторону железной дороги.
Но потом Хендрик перестал выть, он снял свои черные очки, сверкнул глазами и проговорил:
— Все кончено? Нет, еще ничего не кончено! Мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним! Я найду их! Если понадобится, я выкраду их из государственной казны! Я сниму их с шеи президентской женушки вместе с головой!
Лола сидела у себя в спальне перед туалетным столиком розового дерева и смотрелась в зеркало. На лицо она наложила тщательный макияж, волосы убрала в высокую прическу, которую в данный момент прикрыла легким воздушным шарфом. Пу И и кот сидели рядышком на пуфике, обитом шелковой тканью цвета увядающего шиповника, и внимательно наблюдали за Лолой.
— Ну, смотрите! — она сбросила шарф и покрутила головой.
В ушах у Лолы были серьги. Выполнены они были в виде розовых веточек. Белое золото и бриллианты, в каждой серьге по три штуки. Один большой, в виде полураспустившейся розы и два бутончика поменьше.
— Нравится? — спросила Лола, поворачиваясь к зеркалу, глаза ее при этом сияли не хуже бриллиантов.
Пу И восхищенно тявкнул, более сдержанный кот просемафорил глазами, что серьги Лоле очень идут.
— Они прекрасны! — выдохнула Лола. — Как здорово, Пуишечка, что ты закатил их под шкаф!
— Лола, а что это такое? — раздался за дверью голос Маркиза.
Лола мигом накинула на голову шарф, а на лицо — самое безмятежное выражение.
— Да иди же сюда! — взывал Маркиз.
Все трое побежали на кухню, а там…
Перришон сидел на холодильнике, возле своей клетки.
— Ну и что? — спросила Лола, удостоверившись, что с попугаем все в порядке.
— Это Перришон? — спросил Леня.
— Ну конечно… Ленечка, ты переутомился…
— Угу, — мрачно подтвердил Леня, — а это тогда кто?
Лола повернулась, следуя за его взором… На буфете сидел еще один попугай. Точно такой же, как Перришон.
Пу И залился сердитым лаем и напустил лужу. Кот фыркнул и бочком удалился из кухни, он не любил лишнего шума.
— Ленечка, что-то мне нехорошо, — помертвевшими губами прошептала Лола.
— Не бойся, если мы оба его видим, стало быть, он настоящий, — утешил Леня.
— Но откуда он взялся? То есть она… Это девочка… — Лола подошла ближе.
— Ты так легко определила? — заинтересовался Леня. — По каким признакам?
— Знаю — и все!
Попугаиха переступила лапами и кокетливо склонила голову.
— А это ты видела? — Леня показал Лоле открытую форточку. — Не спрашивай, откуда взялся очередной попугай — обычным путем!
— Но это же здорово! Теперь Перри забудет ту вероломную ворону! — Лола захлопала в ладоши, как маленькая.
— Ага, они создадут семью, заведут детей, а мне прикажешь брать декретный отпуск? — Леня всерьез разозлился. — И так уже от зверей не продохнуть! И клетки буду чистить только я!
— Ну, Ленечка, что ты так нервничаешь, — примирительно заговорила Лола, — попугаиха явно живет в нашем доме, при таком холоде она не могла улететь далеко. Нужно просто расклеить везде объявления — кто потерял попугая, обращаться…
— Объявления? — зарычал Маркиз. — Ты собираешься снова расклеить объявления? Лолка, ты хочешь моей смерти? И что это у тебя в ушах?
В пылу разговора легкий шарф упал, и серьги у Лолы в ушах предстали перед Леней во всей красе.
— Ты уперла их из шкатулки? — грозно вопросил Леня. — Ты в какое положение меня поставила перед клиентом? Никогда в жизни Леонид Марков не обманывал заказчика! Я всегда вел дела
