Очень быстро исчезло ощущение времени и расстояния. Вдруг Сэм, шедший справа, ощутил со своей стороны отверстие в стене: оттуда потянуло менее тяжелым воздухом, но они уже прошли мимо. – Здесь не один ход, – прошептал он. Дышать было трудно. Слова выговаривались с трудом. – Если и похоже на что-нибудь, то только на оркову берлогу, вот и все!
Еще через несколько шагов Фродо, ощупывая стену справа, чуть не провалился в пустоту. Отверстие было большое, и оттуда исходило столь мерзкое зловоние и столь сильное ощущение притаившейся злобы, что голова у Фродо закружилась. Сэм в этот момент тоже пошатнулся и упал. Фродо нашел его и потянул за руку. – Вставай, – сказал он хриплым шепотом. – Идем скорее! И запах, и опасность – все оттуда.
Собрав остаток сил, он заставил Сэма подняться. Спотыкаясь, они побрели дальше. Одна ступенька, две, три, наконец, шесть. И вдруг им стало легче, словно чья-то враждебная сила отпустила их. Но тут же на пути возникло новое затруднение: туннель раздваивался. Как выбрать нужный коридор? Ни Фродо, ни Сэм не сомневались, что ошибка грозит гибелью.
– Куда же подевался Горлум? – недоумевал Сэм. Почему он не подождал нас?
– Смеагорл! – попытался окликнуть Фродо. – Смеагорл! – но голос у него был хриплый и зов утих, едва сорвавшись с губ. Ответа не было, ни отголоска, ни малейшей дрожи в воздухе.
– Кажется, он сбежал по-настоящему, этот лиходейщик, – пробормотал Сэм. – может, он для того и завел нас сюда, чтобы бросить. Ну, Горлум, попадись ты мне, плохо тебе будет!
Медленно, наощупь, они двинулись в левый коридор и очень скоро уперлись в стену. – Здесь нет дороги, – прохрипел Фродо. – Надо возвращаться, пойдем другим путем.
– И поскорее, – отозвался шепотом Сэм. Здесь есть что-то похуже Горлума. Я чувствую чей-то взгляд.
Не успели они пройти и двадцати ярдов, как их пригвоздил к полу неожиданный и пугающий в этой душной тишине звук: какое-то захлебывающееся бульканье и ядовитое шипение надвигалось на них.
– Это ловушка! – выдохнул Сэм, нащупывая рукоять меча. Тьма была вокруг него, мрак отчаянья и гнева в сердце, но именно в этот момент перед его внутренним взором вспыхнул луч света. Он был нестерпимо ярким, как свет солнца для того, кто долго пробыл под землей. А потом пришло ощущение золотого, зеленого, серебряного, белого. Из этого света соткалось видение прекрасной Владычицы Лориэна: она стояла в свежей высокой траве, протягивая вперед руку. Сэму даже показалось, что он слышит ее голос: «Тебя, Хранитель, я одариваю последним...»
Булькающее шипение приближалось. Оно сопровождалось непонятным скрипом, словно во мраке медленно двигалось что-то большое, суставчатое.
– Фродо, Фродо! – закричал Сэм, и голос у него опять стал живым и звонким. – Подарок! Подарок, чтобы светить во мраке, она так говорила! Скорее, звездную склянку!
– Звездную склянку? – растерянно повторил Фродо. – Ну конечно! Как я мог забыть? «Если померкнут другие источники света, тебе поможет Эльфийский светильник!» – лихорадочно прошептал он.
Медленнее, чем ему хотелось бы, его рука поднялась к груди и достала фиал Галадриэли. В первый момент он едва мерцал, как звезда сквозь густой туман, а потом свет усилился и засиял, как серебряное пламя. Мрак отпрянул, воздух вокруг превратился в светящийся хрусталь, и рука, держащая фиал, засветилась белым огнем.
Пораженный Фродо смотрел на этот чудесный светоч. Он и не подозревал, какая сила скрыта в нем. Со времени отплытия из Лориэна он ни разу не доставал подарок Галадриэли, боясь обнаружить себя. В тишине громко и ясно прозвучали эльфийские слова, они сказались словно сами собой. Фродо даже не понял, что именно он сказал, и тем более невдомек ему было, что в этот момент между ним и Лориэном возникла мощная связь, рожденная магией слова и света.
Но здесь, в этом душном мраке, были и другие силы, могучие и древние. И то, что надвигалось из темноты, не испугал эльфийский призыв. Отзвуки голоса Фродо еще раздавались под сводами, а он уже ощутил сгущающуюся вокруг себя злобу и почувствовал гибельный взгляд. Из тьмы позади медленно проступили два огромных фасетчатых глаза. Сияние звездного фиала преломлялось и отражалось в тысячах их граней, но они и сами наливались каким-то мертвенным светом. В них не было ни тени мысли, одно только тупое упрямство и кровожадное вожделение. Они видели добычу и были уверены, что она никуда не денется.
От ужаса волосы у Фродо и Сэма встали дыбом, и они попятились. Глаза приближались. Рука Фродо, державшая фиал, дрогнула и опустилась. Не сговариваясь, они кинулись бежать. Фродо обернулся и, холодея, увидел, что глаза скачками приближаются. Запах смерти окружил его словно облаком. – Стой, стой! – в отчаянии закричал он. – Бежать бесполезно. Глаза приближались. – Галадриэль! – вскричал он, собирая все свое мужество, и снова поднял фиал вверх. Глаза остановились, в них мелькнуло сомнение. А в сердце Фродо забилось пламя. Не задумываясь больше, он перехватил склянку в левую руку, а правой выхватил меч. Клинок, выкованный эльфами, засверкал серебряным блеском, а по его краям вспыхнули голубые искры. Тогда, держа звездную склянку над головой, изготовив к бою сверкающий меч, Фродо, маленький хоббит из Хоббитании, твердо пошел навстречу страшным глазам. Они замигали. Чем ближе надвигался на них свет, тем явственнее проступал страх. Наконец, они не выдержали, потускнели и медленно отступили. Никогда еще столь губительный свет не ослеплял их. В этих подземельях от века не было ни солнечного, ни звездного света, но это звезда сама спускалась теперь в недра. Она все приближалась, и глазам стало больно. Они погасли, потом повернули вспять, и что-то большое и темное уползло во тьму, за пределы света.
– Фродо, Фродо! – в восторге выкрикивал Сэм, следуя за другом с мечом наготове. – Звезды! Блеск! Эльфы сложили бы песню об этом, если бы видели! О, мне бы только дожить и рассказать им об этом! Стойте, стойте, Фродо, хватит! Не надо туда ходить! Дорога свободна, идем отсюда!
Они повернули обратно. Сначала шли, потом бежали, ибо туннель становился все круче, и с каждым шагом они поднимались все выше над зловонной берлогой, и силы возвращались к ним. Но позади затаилась злоба, слепая, непобежденная, грозящая смертью. Однако навстречу уже веяло холодным свежим воздухом: они приближались к выходу из туннеля. Задыхаясь, стремясь вырваться из каменного гнета, они бросились вперед, и вдруг зашатались, отброшенные невидимой силой. Преграда оказалась мягкой, податливой, но совершенно непроходимой, хотя ветерок дул сквозь нее свободно. Они снова кинулись вперед и снова безрезультатно.
Подняв над головой светящийся сосуд, Фродо посмотрел и увидел, что выход из туннеля затянут паутиной, сотканной гигантским пауком: она была огромная и густая, и каждая нить толщиной в палец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
