«Нота» помогла «морской партии» в Японии определиться в отношении войны с США на Тихом океане. И японские авианосцы скрытно направились к Гавайским островам. 7 декабря японские самолеты двумя волнами уничтожили американский флот в бухте Пёрл-Харбор.
В Москве, у стен которой только за день до этого началось величайшее контрнаступление, нападение японцев на Америку воспринято было как весть стратегического значения: вовлеченная в войну Япония больше не сможет напасть на СССР, имея три фронта – в Китае, Юго-Восточной Азии и на Тихом океане. Теперь она не решится открыть четвертый фронт в Советском Приморье. Советско-японский фронт на Дальнем Востоке так и не был открыт, и в Битве за Москву участвовали снятые оттуда тринадцать сибирских дивизий. Несмотря на сильнейшее давление на правительство Японии со стороны Гитлера, Страна восходящего солнца пойти на открытие этого фронта не смогла, объективно не смогла.
И снова в этой акции тайного влияния, как и в операциях двадцатых – тридцатых годов, разведка проявила особенности своих действий: предвидение и упреждение намерений противника, а в данном случае – ускорение военной конфронтации между США и Японией с целью ликвидации стратегической напряженности на наших восточных границах (а значит, использование хорошо подготовленных и вооруженных дальневосточных армий на советско-германском фронте).
Особенностями операции «Снег» стали срыв открытия японско-советского фронта на Дальнем Востоке и возможность влияния ее на ход Московского сражения, главным достижением которого стала истина и для советского народа, и для всего мира: несомненно, «блицкриг» Гитлера в Советскую Россию не состоялся и «фашистов можно бить!».
Военно-политический аспект значения нападения Японии на американский флот достаточно полно осветил биограф И. В. Сталина Святослав Рыбас (Сталин. ЖЗЛ. 2002).
Естественно, он уловил главную тенденцию советской стороны в защите своих дальневосточных рубежей и ликвидации факта военных действий на два фронта. Он отмечал: «…Соединенные Штаты вошли в мировую войну, в которой уже давно принимали участие, поддерживая Англию и Советский Союз и оказывая давление на Японию…».
Рыбас подчеркивал, что Рузвельт хотел спровоцировать японское правительство на это нападение, оно развязывало ему руки. А Япония решала в этом случае свои стратегические задачи по созданию «всеобщей зоны процветания на Тихом океане». Целью японцев было решить военные задачи и подорвать волю американцев к сопротивлению. Война уже стучалась в двери Белого дома. «Впрочем, Рузвельт ее не боялся, а только желал вступить в нее в максимально выгодной обстановке… Но Рузвельт не знал, что американцам придется заплатить слишком дорогую цену за его политическую игру».
Казалось бы, к 11 декабря десятки стран объявили Японии войну, но… не СССР. Почему? Однако Сталин в послании Рузвельту объяснил, что это «ослабило бы силу сопротивления СССР гитлеровским войскам и пошло бы на пользу гитлеровской Германии». Рузвельт с его позицией согласился. Как выразился американский президент в телефонном разговоре с Черчиллем по поводу Пёрл-Харбора, «теперь мы все повязаны одной веревочкой». И Рыбас делает вывод: «Отныне союзники обладали военно-дипломатическим механизмом, в котором бесспорными лидерами были Рузвельт и Сталин… По словам Гопкинса (личный посланник Рузвельта при Сталине. – Прим. авт.), Сталин был «прекрасным руководителем, уверенным в себе, решительным, трезво мыслящим человеком…».
В цепочке дезинформационных усилий советской стороны под руководством главы нашего государства на примерах только двух событий – «Дезинфбюро» (1923–1927) и операции «Снег» (1940–1941) – прослеживается последовательная позиция И. В. Сталина в праве опоры на дезинформационное искусство в глубоко засекреченных переговорах с Германией о перемирии в феврале 1942 года.
Вероятность и возможность такого права сформулировал Уинстон Черчилль, который сам себя называл «самым ярым врагом коммунизма»:
«…В годы тяжелых испытаний Россию возглавил гений и непоколебимый полководец И. В. Сталин. Он был выдающейся личностью, импонирующей нашему жестокому времени.
Сталин был человеком необычайной энергии, эрудиции, несгибаемой силы воли, резким, жестоким, беспощадным как в деле, так и в беседе… Эта сила настолько велика в Сталине, что, казалось, он неповторим среди руководителей всех времен и народов… Сталин обладал глубокой, лишенной всякой паники мудростью. Он был непревзойденным мастером находить в трудную минуту выход из самого безвыходного положения».
Последние две строки наиболее созвучны с тем фактом, который имел место в Мценске при инициативном выходе на немецкое командование с целью переговоров о перемирии.
Судьбоносны ли «переговоры» в Мценске?Не вдаваясь в детализацию того, что представляли собой последствия от указанных выше дезинформационных операций, следует отметить общность «формулы» их результативности: ДЗИ и как следствие – ДСКР, ДЗО, ДСТБ (дезинформация, дискредитация, дезорганизация, дестабилизация). И все это смогло иметь место как логическое развертывание событий в отношениях СССР и Германии после провала «блицкрига» и успехов Красной армии в Битве за Москву.
Итак, стратегическая, масштабная, судьбоносная ли операция «Мценская инициатива»?
Вопрос: ДЗИ – в отношении кого? В первую очередь в отношении наших неустойчивых союзников по антигитлеровской коалиции – США и Англии. Но и против Германии – ее военного, политического и экономического руководства, оказавшегося «на кризисном поле».
А почему ДЗИ? Ну не собиралась же советская сторона действительно заключать перемирие, особенно в условиях, когда фактор времени работал не на германские военные усилия и ее экономические возможности, а на наращивание всех сторон советского сопротивления и подготовку весьма вероятного разгрома гитлеровской военной машины.
Вопрос: как понимать связку ДЗИ – ДСКР? Произошла дискредитация двойственной политики наших неустойчивых союзников по антигитлеровской коалиции перед мировой общественностью в свете их саботирования оказания действенной помощи воюющей России.
ДЗИ – ДЗО? Для организации усилий сторонников Германии и противников СССР в занятых войной союзных странах. Особенно тех, кто ратовал за ослабление помощи СССР в войне.
ДЗИ – ДСТБ? Сторонники Гитлера оказались в дестабилизированном состоянии, ибо и в мире, и в Германии усилились позиции сторонников ликвидации нацизма и фашистского Третьего рейха.
Ну, а если еще более конкретно о конечном результате операции «Мценская инициатива»? «Сильные мира сего» вынуждены были окончательно разделится на «за» и «против» Третьего рейха, и колеблющиеся лидеры стран за короткий срок (в 1942 году) в своем большинстве «прибились к одному берегу» – к антигитлеровской коалиции с тенденцией полного отхода от Гитлера его союзников и «нейтралов» с прогерманской ориентацией, и затем союзников по «оси» и «блокам».
Мнение автора сводится к тому, что массовый исход из германского стана стран – участниц войны со всех четырех континентов был предопределен короткой констатацией факта: «Фашистов можно бить!». «Факт» родился на полях сражений на Восточном фронте и в Подмосковье, он перерос для всех противников Третьего рейха во всеобъемлющий лозунг: «Фашистов можно победить!» И только с участием Советской России!
* * *
И действительно, участие России во Второй мировой войне показало миру, сколь неопасно и доброжелательно наше Отечество, пока не попытаются затронуть его национальные интересы, сложившиеся в процессе тысячелетней истории становления Государства Российского в Великую Державу.
Гитлеру при написании в тюрьме его «библии фашизма», следовало бы тщательнее проштудировать тысячелетнюю историю Руси, России и Российской империи. И тогда он увидел бы, что Россия нередко находилась в состоянии военной тревоги – или готовилась к военному отпору, или воевала, или тяготилась последствиями войны. Он увидел бы, что Россия весьма редко проигрывала войны, особенно в XIX столетии: с французами, англо-франко-турецкой коалицией, с турками, с японцами, с германцами, при интервенции, в Гражданскую…
В XX веке все встало на свое место: и с японцами, и с германцами, которые, видимо, подзабыли, что русские до появления Третьего рейха побывали в Европе дважды. А Бог, как известно, любит троицу! Мистик Гитлер напрасно пренебрег подобными «мистическими» совпадениями из тысячелетней судьбы России.
Итак, что имел ввиду американский советолог, говоря о «глобальном аппарате активных мероприятий» России как сверхдержавы? Активные мероприятия в простом исчислении – это открытая пропаганда и акции тайного влияния. Последнее – удел разведки.
