— Простите, некогда нам, — прервал его Денис. — Ехать надо. Сериал пропустим.
Едва мы сели в машину, Ден накинулся на меня с расспросами.
— Ну как? Ты узнал что-нибудь?
— Конечно, узнал.
— Что узнал? Где Сев?
— Не торопись. Сначала заберем девочек, доберемся до дома и там уже все обсудим. Раз Джона мы нейтрализовали, слежки можно пока не бояться.
— Он в порядке?
— Я не знаю.
— А что тогда знаешь?
— Позже, — я пытался дозвониться до Ирины, но она не брала трубку. — Позвони Вере. Ты сам как, сильно попало?
— Не сильно. Меня Паша задел. Не дверь.
Вера ответила лишь после третьего звонка. Оказалось, Маше стало плохо.
— Очень похоже на нервный срыв, — сообщила моя жена. — Отпаиваем ее валерианкой.
— Хорошо, — ответил я. — Дай мне Ирину, пожалуйста.
Когда мы подъехали к дому Паши, девушки уже ждали нас возле подъезда. Вдвоем.
— Ира уехала в больницу, — Вера поддерживала Машу, чтобы та не упала. — Вы что-нибудь выяснили?
— Позже, — повторил я свой ответ Денису. — Садитесь в машину.
Настроение было мрачным. Мирный отпуск по злой воле не известных мне людей оборачивался все большими жертвами. Сначала Алексей, теперь Павел… Непонятно, вытащим ли мы Всеволода. Мысль о том, что, хотя бы, все живы, успокаивала слабо. Черта с два, она вообще не успокаивала. И Мария тоже чуть живая, проку от нее сейчас — ноль. Правда, с ней можно оставить Веру, что убережет от риска, хотя бы, ее. Уже радость.
К кому обратиться за помощью? Как спасать Севу? Привлечь полицию? Паша всеми силами предостерегал от данного шага и, возможно, был прав. Если у Петра есть подвязки в органах — а они наверняка есть, — звонок в полицию будет равносилен подписанию всем нам смертного приговора. Не убьют, так посадят по сфабрикованным обвинениям. Придется полагаться только на себя. Рискнуть, и будь, что будет.
— Приехали, — констатировал Ден.
Действительно, мы уже заруливали на парковочную площадку перед домом.
— Это еще кто? — напряженным голосом спросила Вера, разглядев в призрачном свете фонарей три человеческих силуэта.
— Возможно, нас ждут, — я заметил их еще раньше, но решил пока не паниковать. Мне показалось — хотя, возможно, я ошибался, — что два из трех силуэтов — женские.
— Проедем мимо? — предложил Денис.
— Я бы вообще развернулся… Хотя, подождите… Да я их знаю!
Припарковавшись и первым выйдя из машины, я едва не был сбит сног большой темной массой любви и обожания.
— Агат, чтоб тебя за ногу! Кто тебя кормит, в конце концов? Почему ты всегда радуешься больше ему?
— Вера, — к нам подошла улыбающаяся Света. — Не ругайся на него, он замечательный мальчик! А Филипп просто вышел раньше.
— Конечно… — проворчала моя жена. — Все защищают замечательных мальчиков…
Но вопросы, кто кого больше любит и охотнее защищает, могли подождать. Куда больше меня занимало появление новых персонажей. Которых я, признаюсь, уже решил на время вычеркнуть из своей партии.
— Что вы здесь, блин, забыли?
— Странный вопрос, — сконфуженно ответила Валя. — Тебе пришли помогать. Ты не рад? Ой, что это у тебя на лице?!
— Ерунда на лице. Я рад, конечно… Но… Но какого?
— Да такого — радостно отозвался Зарипов и голосом, не терпящим возражений, продолжил: — И хрена с два ты нас прогонишь. Хотя согласен, рожа у тебя сейчас жутковатая. Правильно делаешь, что в темноте ходишь. Стой, погодь… А где Паша?
Глава XXVIII: План спасения
— Нечего лясы точить, — вмешалась Вера. — Давайте за дело. Помогите ей подняться.
Лица Светы, Вали и Игоря еще больше вытянулись, когда они увидели изможденную Машу, которая без поддержки не могла и шагу ступить. Только при помощи Дена она смогла выбраться из машины.
— Я наверх.
Не дожидаясь лишних вопросов — и без меня разберутся — я поспешил в квартиру, к компьютеру. Пока все прочие подтягивались наверх и обустраивались на нашей жилплощади, нужно было отыскать Севу. Изначально опасаясь, что обыск в квартире Джона может быть прерван в любой момент, я скинул всю обнаруженную на ноутбуке электронную переписку себе на почту, заодно скопировал кое-какие файлы, показавшиеся любопытными. А телефон просто забрал с собой. И теперь мог спокойно все прочитать и разобраться.
Краем уха уловил происходивший за спиной разговор.
— Что у вас тут творится? — спросил Игорь у Веры, когда Машу устроили на диване и дали ей успокоительное. — Во что такое Лазарев вляпался?
— Мы все вляпались, — уклончиво ответила Вера и задала встречный вопрос. — Как вы вообще про нас узнали?
— Да Телига, — Зарипов, похоже, надеялся все объяснить одним этим именем, однако Веру подобный ответ не устроил. — Он звонил мне. Наводил кое-какие справки. У меня тесть… То есть, бывший тесть в органах работает. Слово за слово, вытянул у него, что для Лазарева надо. Ну, для него святое дело! Ты не видела офис-видео, что он снял с Васильевой? Я просто в шоке был… Какова жучка! Ну да бог с ней. Тесть мне ничем не помог и тогда я решил приехать. Заодно прихватил с работы вот эту особу. Которая даже с мужем поругалась, лишь бы со мной поехать. Дома вас не оказалось, но у дверей мы встретили вашу замечательную соседку, которая как раз выходила гулять с собакой. Слово за слово, и вот уже три часа она составляет нам самую, что ни есть, приятную компанию. В общем, теперь мы вас дождались и полностью в вашем распоряжении. Рассказывай, в чем суть.
Рассказывать… Хорошо, — оставив Машу на попечение Дениса и Светы, Вера в двух словах обрисовала положение дел. Рассказ вышел недолгим, но емким, а главное — очень реалистично и недвусмысленно описывающим то место, в котором все мы оказались.
— Господи, страсти какие… — только и смогла вымолвить Валя. — Пашу жалко… Бедненький… И паренек тоже…
— Да уж… — Игорь в своей характерной манере почесал лоб. — Я, конечно, знал, что у вас проблемы, но не думал, что такие… Проще говоря, вы в глубокой жо. Похоже, мы раз вовремя заявились.
Вера покачала головой: она так не считала. Одно дело — помочь отыскать пропавшего родственника, и совсем другое — лезть за ним к черту на рога, рискуя если не жизнью, то здоровьем.
— А Ирина где? — вспомнила Валя.
— С Пашей, в больнице.
— Нужно позвонить, узнать, как он…
— А с девушкой что? — Игорь кивнул в сторону Маши.
— Она переволновалась… — в своем рассказе Вера деликатно умолчала о роли Марии в судьбе пропавшего Всеволода. — Нервный срыв.
— Не надо меня выгораживать, — подала голос Маша. — Если эти люди пришли нам на помощь, было бы нечестным их обманывать. — Севу похитили по моей вине. И при моем участии.
Она очень сильно сдала. Лицо побледнело, как у покойника — это особенно было заметно на фоне ее густых темно-каштановых волос, — под глазами залегли фиолетовые круги, руки дрожат, как у пьяницы. Зрачки неестественно расширены, казалось, они не реагируют на свет. Ее то бил озноб, то бросало в жар. Здоровье Марии здорово пошатнулось. Даже если все завершится благополучно, пройдет немало времени, прежде, чем девушка сможет полностью восстановиться после пережитого. Можно что угодно думать про ту роль, которую сыграла Маша во всем случившемся, но мне было жалко ее. Сейчас она не вызывала никаких иных чувств: даже Денис забыл про свою ненависть и всеми силами старался облегчить ее положение.
— Ясно, — Игорь перевел взгляд с Маши на Веру, но та лишь поджала губы, и он решил не развивать щекотливую тему. — Лишнего спрашивать не буду.
— Так, минуту внимания, — я крутанулся в кресле и присоединился к беседе. — Кое-что прояснилось.
— Ты нашел его? — в один голос воскликнули Маша и Ден.
— Кажется, да. Теоретически, мы можем его вытащить. Но сначала должен предупредить вновь прибывших: вы имеете полное право отказаться. Уверен, вы ожидали немного другого, когда ехали сюда… Что нам потребуется несколько иная помощь. В первую очередь это касается тебя, Игорь. Прошу высказываться. Только кратко, по-чеховски.
Зарипов негромко прокашлялся: было видно, что он колеблется и тянет время. Но это продолжалось всего несколько секунд.
— Скажу честно: действительно, то, что я здесь увидел, оказалось несколько неожиданным. Но… Но раз уж я пришел, уходить просто так, спасовав перед проблемами, было бы постыдно. Можете на меня рассчитывать.
— Спасибо. Валя?
— Я с вами! Толку от меня немного, но хоть за девочкой пригляжу… Еще я могу связистом быть! Пять лет уж как на телефоне сижу…
— Хорошо, — резюмировал я. — Теперь, когда все высказались…
— А я? — вмешалась стоявшая в дверях Света. — Я тоже здесь и тоже хочу помогать!
До той поры она не произнесла ни слова, но сейчас в голосе ее сквозило такое возмущение, что мне стало стыдно.
