— Не! Нам такого не надоть! Чтоб всё было… однохренственно?! Дык с ума сойдёшь же ж!
— Это называется регулярная застройка. Так строился в древности Вавилон.
— Во! И я ж про то! И где тот Вавилон?! Нетути! Сдох. От этой твоей… ле… легулярности.
Тут есть разные мнения. От чего «сдох» Вавилон. Так, квадратно-прямоугольно, начиналась застройка Санкт-Петербурга, так организован Манхеттен. В Солт-Лейк-Сити в нижнем городе только одна маленькая улочка выпадает из общей прямоугольной сетки.
— Нихт. Нет. Нет льзя. Земля… колдо… э… ебнутая. Да. Ровно места — нет.
Кто Фрица материться научил?! Найду и уши оторву! Нет, это будет излишне милосердно — пусть слушает. Оторву язык.
Но, по сути, Фриц прав: при таком рельефе, при перепаде высот от реки до «Гребешка» больше, чем в сотню метров — регулярной прямоугольности не получится. Здесь не плоские островки, намытые Ефратом, Невой, Нилом, Гудзоном.
— То, что предлагаешь ты — нормальный средневековый город. С радиально-кольцевой структурой.
— Почему средне?! Совсем не средне!
— Извини. Конечно. Мда… Современные города строятся от крепости. От центрального холма, от замка, от усадьбы.
Я стираю грозди квадратиков, нарисованных на песке. Вычерчиваю, поглядывая на макет Фрица, кольцо.
— Вот твоё центральное укрепление. Люди будут приходить и селиться. Сначала — внутри. Потом — вокруг. Где? На пляже? — Половодье снесёт. По склону? — Оползни поубивают. По оврагам? Наверху?
— Нейн. Наверху — нет. Там вода нет.
Умница! Вот главная проблема. Вода там есть. Есть ручей в Почайновском овраге. Есть Чёрный пруд. Есть подпочвенные воды. Но эти источники — нестабильны и не качественны.
Скотоводы во времена былинных Скворца и Дятла могли там жить — скот можно пригнать к реке. Но горожанам нужна вода во дворах. Много воды. А водоносные пласты здесь… есть, конечно. Но даже до первого — 40–50 метров. Такие колодцы копать… А потом воду из них таскать… Бурить-то — нечем. Бура у меня нет… А вот решение… кажется, есть.
— О воде — после. Смотри: вот так строится обычный… современный город. Например, холм у слияния двух рек. На холм сажают замок, цитадель. Вокруг, по этому берегу — посад. Посад растёт — вокруг роют ров, ставят частокол. Потом — стену. Потом новый посад за меньшой речкой. Потом — другой посад за другой рекой. Снова стена. Внешние укрепления соединяют, но город растёт и выплёскивается дальше. Следующее кольцо стен. Дороги и мосты — радиусы. Посады — кольца. Радиально-кольцевая структура.
Так будет расстраиваться Москва, расползаясь с Боровицкого холма, прихватывая то Белый Город, то Китай-город. Так, «матрёшкой», будет бурно расти в ближайшие десятилетия Великий город — Биляр. Здесь, в средневековье, именно это — норма. Причина не во внутренних особенностях городской жизни — в уровне и форме внешней опасности.
Этот фактор — опасность — часто игнорируют исследователи средневекового и древнего градостроительства в 21 веке. Рассуждения о материальных потоках, о транспортных перекрёстках — могут быть любопытны. Только не надо забывать: подавляющее большинство человеческих поселений — погибло. Было уничтожено насильственным путём.
Здесь, на «Святой Руси» только за четыре года Батыева нашествия — сожжены две трети городов из, примерно, 300. Для сравнения: в Великую Отечественную в СССР уничтожено 1710 городов из общего числа городов — 1241, пгт — 1711 по административному делению на 1 января 1941 года.
— Не, боярич. Не получится. Речки у нас тута… великоваты. Чтобы за них посады ставить. Да и головка городская… маловата будет.
Приятно. Не ошибся — Глазко видит проблему. Нужны мосты. А Ока и Волга — не Неглинная с Яузой. Да и цитадель должна быть достаточного размера, чтобы принять и разместить, на время осады, всё население города и окрестностей.
— На одну сторону строить надо. Вдоль этих… Дятловых гор. А иначе никак.
Можно и так. Пример — Волгоград. Сто вёрст в линию по одному берегу. Скоростной подземный трамвай — средство обеспечения связности.
Можно. Но — не нужно.
Глазко чешет затылок. И осмеливается критикнуть:
— Ох, и худое ж ты место для городка выбрал, боярич. Негожее. Жить-то тута… только мучиться. Эк ты… прошибся.
Вот, уже и свои меня критикуют. А — зря. «Видят, а не разумеют». Дурнем его выставить? Жалко. У меня есть правило: если можешь — согласись. Хоть с чем-нибудь. Хоть — с алфавитом.
— Правильно говоришь, Глазко. Строить надо на одной стороне. По параболе.
— Чего-чего?! Как это, как это?! Что за хрень? Пара и ещё боле? Тройка, что ль?
Я загадочно улыбаюсь. Народ взволновался от непонимания. И раскрыл души от предвкушения. Сходно с цирковым фокусом: публика — прониклась. Прониклась ощущением возможности невозможного.
Ну вот же! Всё — перед тобой! Задача — поставлена, все решения — плохи. Все, даже и те, кто рта не раскрыл, слова не сказал — про себя-то думали. Как бы они, как бы по их суждению… И ничего приличного не выходит. В их голову не приходит. А Ванька вон — зубы скалит. Додумался до чего-то. Своей плешивой тыковкой. А я своей — нет. Ну так Ванька — воевода, он городом правит, а я тута — только дерева роняю. Ну! Давай! Давай воевода! Ну нет же решения! Ну, скажи. Хоть намекни-то!
Вот сейчас… оп-ля… И из рукавов — козырные тузы веером, из-за пазухи — голуби стаями, из штанин — кролики толпами. И все — визжат и аплодируют!
Всё просто, ребята — Парабола Ладовского. Я — не додумался. Я просто вспомнил.
Когда вы слышите жужжание оводов — вы же не додумываетесь, вы просто знаете: скотину нужно быстренько угонять в воду. Это вбито в вас отцами-дедами. Повседневный опыт местной жизни. В нужный момент — опыт вспоминается. А мне эта «парабола» просто где-то когда-то на глаза попала. В первой жизни. А теперь — всплыла.
Я аккуратно стираю рисунок на песке, оставляю только большое Т наших рек.
— Город будет строиться вот так, по параболе. По берегам обеих рек.
Я вписываю в правый нижний квадрант… кривую второго порядка. Парабола или гипербола? А я знаю? Как получится. При наложении на реальный рельеф местности… произойдут аберрации. Но для начала: берега рек — асимптоты застройки. Между центром и вершиной гиперболы — овал. Здесь будет моя резиденция. Диаметр кривой направлен на юго-восток — город получится солнечным. В фокус посадим церковь… Или торговую площадь? Хорды — перпендикулярно оси. Вероятно, с загибом на концах наружу. Дальше, при развитии, впишем в первую кривую — подобную. Со смещением по оси.
— Э… а почему так не строят? (Глазко прав — обратимся к опыту предков).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
