От одного взгляда на неё стало хуже: медленно накатывала тошнота, пространство расплывалось и вскоре мрак наполнил стены комнаты.
Панический страх сковал тело, и мысли заволокло дурное предчувствие.
Когда очнулась, за окном вовсю светило солнце, белые облака медленно плыли по небу, и весело чирикали птицы. Голова гудела не так сильно, но сесть никак не получалось.
– Мам? – осторожно позвала, боясь, что это всё окажется сном, и Флер что-то напутал.
Женщина вошла в комнату, на её лице читалось беспокойство.
– Лежи, лежи, – она пододвинула стул и села рядом. Дотронулась до лба, меряя температуру. Убедившись, что всё в порядке, начала медленно поглаживать по волосам. – Я позвонила доктору, он сказал, что это из-за перелёта, и ты скоро поправишься.
Сомнения закрались в голову. Из-за какого перелёта? В каком, чёрт побери, лагере я была?!
– Со школы звонили, я сказала, что ты приболела.
Сглотнула ком в горле. Ладони вспотели, осторожно вытерла их об одеяло.
– Милая, ты побледнела… – в глазах мамы читалось непонимание происходящего.
– Оставь меня одну, пожалуйста, – выдавила из себя, повела головой и отвернулась к стене.
Она без лишних слов поднялась, задержалась у выхода из комнаты, оглядывая силуэт, и тихо прикрыла дверь. Медленно вдыхала и выдыхала, задерживая дыхание. Это должно прояснить мысли, должно успокоить пылкий ум, должно остудить.
«Всё, что было – это сон или реальность? Выдумка или воображение? Но боль, раны… Они настолько остро ощутимые, что иначе не может быть. Я что, схожу с ума?»
Схватилась за волосы и свернулась калачиком.
«Как это произошло? Что со мной не так?!»
В мыслях промелькнули образы Иона, Себастьяна, Хаски, Флера. Они безумно улыбались, в их глазах горел огонь.
– Нет, оставьте меня! – пропищала, мотая головой.
Жители Хо-Джо растворились, но на их месте возникло другое существо… Пугающее, жуткое, вселяющее страх. Хаос.
– Помни, кто ты есть, – говорил он, и голос эхом отдавался в голове. – Не забывай своё предназначение.
– Пожалуйста, хватит, – шептала, сглатывая слёзы.
И он ушёл. Сделал любезность. Я пролежала весь день, то забываясь сном, то с ужасом просыпаясь и осознавая реальность. Мама заглядывала в комнату, но, видя меня спящей, не тревожила.
Когда наступила глубокая ночь, и на небе ярко светил диск луны, с трудом поднялась и дошла до подоконника. Приложив немного усилий, открыла окно. Морозец ударил в лицо, наполнял комнату холодом. Я вдохнула свежий воздух и прикрыла глаза. Снег. Вокруг снова снег. Только здесь он не такой беспощадный, как…
– Царство Хо-Джо, – шепчу, и в груди становится больно. Отчего же? Я вернулась домой, как и хотела. Ясно осознавала, что мой дом – это Архангельск, это планета Земля, и ничто другое.
Только сердце говорило обратное. Оно твердило, что там я обрела и потеряла часть себя. Старалась больше дышать, но воздуха категорически не хватало.
– Если бы не ушла, то они бы убили меня, – произношу, и на душе становится тяжелее.
Тело задрожало и покрылось мурашками. Закрыла окно и пробежала в кровать по холодному полу. Удивительно, весь день то и делаю, что сплю, но при этом усталость всё не проходит.
Во сне зовут по имени. Голос жалобный, молящий, словно хочет, чтобы я откликнулась. Молчание в ответ выводило зовущего из себя. Ветер донёс до меня всхлипы и шёпот, повторяющий имя. Тяжело вздохнула и безэмоционально посмотрела на светлое небо.
Проснувшись, решила проверить одну теорию.
– Если я владею магией, то без труда могу колдовать и здесь.
Только совсем забыла, что в моём мире расход магической энергии занимает намного больше сил. Села, резво опустив ноги вниз, и вытянула перед собой ладонь. Сжав пальцы в кулак, сосредоточилась, представляя искры. Капелька пота скатилась от виска к подбородку. Зажмурилась.
– Давай же!
Выпрямив пальцы, внутри теплилась надежда, но ничего не произошло. Стиснув зубы, махнула ладонью. К губам подступила вязкая жидкость, я дотянулась до носа и охнула. Кровь.
Мама зашла в комнату, держа руку у сердца.
– О боже, Кейт! – она подняла брови, заметив алую дорожку. – Нет, так дело не пойдёт. Умойся и одевайся. Поедем в больницу.
Хотела возразить, но она мотнула головой. Спорить с мамой себе дороже: такая же вредная и упёртая, как и я.
***
Доктор хмурит брови, поправляет очки и пробегается глазами по результатам обследования снова и снова. Мама ёрзает на стуле, нервно облизывает губы. Не может больше ждать.
– Ну что с ней? – спрашивает она, чуть ли не влезая между доктором и листком.
Тот хмыкает, смеряет её взглядом исподлобья, переводит взгляд на меня. Я наклоняю голову в сторону.
– Вы уверены, что рассказали мне всё, как есть?
– Конечно!
– Обследование показывает, что с вашей дочерью… Всё в порядке.
Мама дотрагивается ладонью до груди и облегчённо вздыхает. Даже не знаю, кому здесь было плохо – ей или мне. Ей хватило пары секунд, чтобы переварить услышанные слова, после чего приступила к следующему вопросу.
– Если всё в порядке, то почему её состояние ухудшается? Пару недель назад она была здорова, ничего не тревожило, но сейчас… Кровь идёт носом второй день, кожа бледная, слабость. С чем это связано?
Доктор положил лист на стол, заваленный карточками, разными бумагами с показателями пульса, температуры и признаков ОРВИ, снял с себя очки и деловито начал протирать оправу краем уже серого халата. Он расслышал вопрос, но у него не было ответа.
– Кейт сейчас шестнадцать лет. Это возрастное. Не успеет оглянуться, как всё пройдёт.
Я подняла брови, удивляясь банальности ответа.
«Было бы смешно, если бы он сказал мне найти молодого человека».
Посмотрела на лицо мамы и сглотнула. Она явно не ожидала услышать подобной фразы.
– Милая, подожди в коридоре, – говорит, и я следую её совету, зная, что сейчас будет.
Не успела закрыть дверь, как услышала повышенный мамин голос. Голову закружило. Сделала пару шагов к мягким диванчикам и присела.
«Я возьму половину твоей жизни и отдам её принцу».
– Вот значит, какая расплата…
Я не понимала, сожалею о сделанном выборе сейчас или нет. Было как-то… Всё равно. Прошлое не вернуть, время вспять не повернуть. Значит, нужно смириться со всем и дожить свою короткую жизнь. Хотя бы счастливо. Хотя бы постараться это сделать.
***
Пока отлёживалась дома, всё было относительно хорошо. Прокручивала в голове миллион исходов и, казалось, подготовилась на все случаи жизни. Когда хруст снега под ногами утих, и носки ботинок смотрели в сторону ворот школы, тогда-то поняла – ни к чему я не готова. Сердце то ускоренно стучало, то замирало.
«А если он… Здесь?»
Но кто он? Рыжеволосый мужчина, притворявшийся двумя личностями и обманом утащивший в другой мир? Или тёмноволосый с белой прядью маг, так и не решивший, что со мной делать? Я не знала ответов на вопросы, но всей душой верила, что никого из них здесь нет. Здесь – это не только школа, но и весь мир.
Нужно сделать шаг вперёд, но ноги приросли к
