Я выковырял из раны на руке отколовшийся зуб, принадлежавший когда-то одному из мертвецом. Тело покалывало и «вело», что означало процесс регенерации тканей, так называемое восстановление. Странно, но мертвецы смогли серьезно искусать меня не смотря на защиту Медальона Бескровия. Пули не вредили, но поднятые демоном мертвецы…
— Теперь демоны не успокоятся, пока не уничтожат всех нас, — заключил Топор. — Доигрались в войну, мля!
Я кисло поморщился:
— Не стоит сходить с ума раньше времени.
— А что, у нас есть козырные карты в рукаве?
— Может, и есть, — уклончиво ответил я, не представляя, однако, какими козырями может располагать наш маленький отряд.
— Если бы уцелели вампиры, — укоризненно произнес Стас, и упрек в его голосе предназначался мне.
— Сколько сейчас времени?
Стас шумно развернулся и в полном недоумении уставился на меня. Даже Шокер против обыкновения не стал смотреть в зеркало заднего вида и тоже повернулся, бросив управлять мчащимся с большой скоростью джипом.
— Ты что, собрался идти на кладбище?!
— Сколько времени? — настойчиво повторил я вопрос.
Леха вернулся к управлению, мелком глянув на наручные часы.
— Без четверти десять.
— Значит, еще есть два часа, — зачем-то уточнил я. — Надо подготовиться…
— О Дьявол! Ты на самом деле псих, Гейзер! — застонал Топор, закрыв лицо руками. — Ты же не представляешь, что там будет, на кладбище! Просто пойди дедуктивным путем и догадайся, зачем Сэктон назначил встречу именно на главном городском захоронении.
Я уже давно сделал соответствующие выводы, но Топор, видимо, и в самом деле считал меня безумцем.
— Там тысячи, десятки тысяч могил! Десятки тысяч воинов, которых может поднять демон! При этом нежить нельзя уничтожить серебром или святой водой, им не страшны глубокие раны — сам видел! Полсотни оборотней — чепуха, но рать с городского кладбища — это страшная сила!
Я отвернулся к окну и минуту смотрел на пролетающие здания, особо не вглядываясь. Затем обратился к боевикам:
— Если Сэктон оживит столько трупов, то Актарсис обязан будет вмешаться. Разве не это втолковывалось мне всеми кому не лень на протяжении нескольких месяцев? Действие одной стороны обязательно вызывает противодействие другой.
— Актарсис не станет вмешиваться, и знаешь, почему? Потому что разборки идут внутри самой Тьмы! Астеры будут спокойно наблюдать, как всех нас посадят на кол и обезглавят, особенно после того, как мы расстреляли два с лишним десятка ментов. Живых ментов, между прочим! Живых людей! Зачем тратить силы на уничтожение отродий зла, когда они сами с успехом справятся с этой задачей.
— Но оживление целого кладбища — это не игрушки! — попытался я возразить, уже зная, что спор проигран. — Что если мертвецы пойдут в город? Астеры обязаны помешать этому!
— После того, как нас убьют, мертвецы преспокойно залезут в свои могилки и опять подохнут. Никто из смертных даже не догадается, что ночью мертвяки всем скопом разгуливали под луной. Сэктон не самоубийца и, выполнив поставленную перед ним задачу, не станет идти дальше. А задача у него, сам знаешь, какая.
Шокер уже подруливал к моему дому. Когда машина замерла перед крыльцом, он заглушил мотор и сказал:
— В любом случае нам надо что-то делать. Самое лучшее — свалить из страны куда подальше. В Африку, в Сахару!
Я вылез в вечернюю прохладу. Зима едва ли чувствовалась, не то что в Сибири.
— Сергей, ты слышал? — крикнул Топор. — Нам надо что-то делать!
— Можете бегать хоть вечность, — пожал я плечами. — А я через два часа буду на кладбище.
Топор завыл от бессилия, бормоча:
— Первый раз вижу вампира-самоубийцу…
Я ожидал, что позади заворчит мотор джипа, и оуросы уедут. Но услышал, как хлопнули двери, и вампиры последовали за мной.
ГЛАВА XVIII
И когда вода отступит назад,
Берег выйдет и откроет героя…
В. Бутусов.
Когда мы поднялись в квартиру, то я обнаружил стоящих у дверей автоматчиков. Черт, они выполнили поручение! На мой вопрос, что они делают снаружи, последовал ответ:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Турин выгнал нас за дверь. Сказал, что мешаем.
Я кивнул, отпер замок и зашел внутрь. На диване лицом к спинке лежала Наташа, укрытая почти с головой мягким пледом. Похоже, она спала. Рядом с ней в кресле сидел Макс с пультом в руках, а перед ним стояла плазменная панель телевизора. Я узнал в ней собственность друга и понял, что тот догадался принести кинотеатр из своей квартиры. Увидев нас, Макс поднялся навстречу, положив пульт на остатки журнального столика.
На мой молчаливый вопрос он ответил:
— Наташа только что уснула. Дьявол, ну и звери поработали над ее лицом!
Я тихо, чтобы не нарушать сон любимой, прошептал:
— Пойдем к тебе. Надо кое-что обсудить.
Мы покинули одну квартиру и гуськом перебрались в другую, велев охране не терять бдительность и зорко следить за спокойствием девушки. Едва дверь за нами закрылась, Макс всплеснул руками и воскликнул:
— Перед самым вашим приходом был экстренный выпуск новостей. Говорили, что некто устроил кровавое побоище в отделении милиции, разрубив всех, кто там был! Я полагаю, это ваших рук дело.
— Наших, — буркнул Топор, падая на диван.
Пока я хозяйничал на кухне и приготавливал кофе, Максу пересказали историю нашего проникновения в отделение милиции на Волгоградском проспекте. Он был в шоке от истории, но тем не менее выразил недовольство тем, что его оставили в стороне. Когда я объяснил, что в стороне его никто не оставлял, но он выполнял важную задачу по обеспечению безопасности Наташи, друг успокоился.
Теперь нам предстояло обговорить то, каким образом противостоять демонам в грядущей битве.
— Черт, если бы не Сэктон! — причитал Стас. — Против него мы совершенно бессильны!
— И непонятно, кто такой этот Альпос, — добавил Леха. — Если он тот самый лейтенант, то с чего ради нам его бояться? Ведь он же человек…
— Странное имя у него — Альпос. Может быть, это кличка? — Макс вопросительно посмотрел на нас. — Я к тому, что, к примеру, Леху зовут Шокером, потому что он в драках пользуется шестом с электрошоками, а Топор — своими томагавками. И тебе, Серега, кличку Гейзер не просто так дали… Может, этот Альпос когда-то в Альпах был?
— И что с того? — хихикнул Стас. — Нам это ничем не поможет.
За нашими спинами раздался голос:
— Его имя произошло от слова «альп».
Мы дружно повернули головы и недоуменно уставились на Светлану, охотницу Ордена Света, стоящую в дверном проеме с большой спортивной сумкой в руке. Как она открыла дверь, я мог только догадываться. У светлых, вероятно, есть свои способы проникновения в запертые жилища.
А Света, не обращая внимание на недоумение на наших лицах, прошла вглубь комнаты, поставила сумку на пол и села на подлокотник кресла рядом с Топором. Последний невольно попытался отстраниться от охотницы подальше.
— Альпами в средние века звались вампиры, обитавшие в северных областях нынешней Германии, — невозмутимо продолжила девушка. — В настоящее время это слово имеет более узкое значение и обозначает особый вид вампиров, практически неуязвимых для оружия.
— Откуда ты взялась? — осведомился Шокер. — И, собственно, зачем ты здесь?
— Затем, чтобы помочь вам.
— Помочь?! — воскликнул Топор. — Вот это да! Еще один псих в нашей банде! Да где это видано, чтобы светлые помогали темным?
— Вы ведь планируете операцию против сил Тьмы, не так ли? — подмигнула Светлана. — Поэтому я вправе считать, что поступаю правильно.
В дверь, которую охотница закрыла за собой, тихо постучали. Еще один волонтер явился, что ли, подумал я отвлеченно. Макс поспешил в прихожую и открыл дверь. После неясного шороха и шепота он окликнул меня:
— Серега!
Я повернул голову и увидел Наташу. Она стояла, понурив голову, но сквозь прикрывшие лицо волосы можно было видеть ужасные раны. Девушка робко прошла и села рядом со мной, никуда особенно не смотря.
