— Ну да, конечно, — пробормотал Стас.
Мы — вампиры — последовали за девушкой, но перед высокими дверьми вдруг остановились в нерешительности. Никто не хотел на своей шкуре испытывать, безопасно ли входить в святилище Актарсиса. Конечно, нас уверяли, что святая вода, распятие, молитвы и церкви не могут причинить вреда вампиру, но, с другой стороны, есть альп и его уязвимость перед освященной водицей. Есть серебро, непонятным образом убивающее вурдалака.
— Кто первый? — хмуро поинтересовался Шокер.
Стас махнул рукой и сквозь зубы выругался:
— К черту! Давайте вместе.
Мы дружно сделали шаг вперед, как синхронные пловцы на олимпийских играх. Широкий вход позволил нам переступить порог церкви одновременно…
Ничего не произошло. По крайней мере, ничего плохого. Мы оставались целыми и не превратились в прах, пылающие факелы или еще что-нибудь в том же роде. Я вообще не заметил каких-либо отклонений в ощущениях, если не считать едва слышное, прилетевшее из далекого далека си духовых, как будто где-то со звоном лопнули сразу несколько струн.
— Вроде целы, — заметил Макс. — Это уже хорошо.
— Ну вы долго будете топтаться у входа? — крикнула из глубин церкви Светлана. Ее голос многократно усилился высокими сводами, разрисованными картинами религиозного содержания. — Как дети, честное слово!
Мы, сохраняя шеренгу, догнали девушку и проследовали в неприметную дверцу с правой стороны алтаря. Спустились по небольшой винтовой лестнице в подвал, ярко освещенный электрическими лампами. Подвал оказался библиотекой с большими и явно старыми книгами, высокими книжными шкафами, массивным дубовым столом и тщедушным старичком в рясе, сидящим в кресле и занятым чтением.
— Здравствуйте, святой отец, — поклонилась Светлана.
Мы предпочли остаться в тени за ее спиной. Конечно, старик не мог не заметить нас, но приветствовать его мне казалось издевательством. К тому же, трепещущее чувство морального превосходства этого священнослужителя над нами сковало мышцы тела.
— Здравствуй, дочь моя, — улыбнулся святой отец, поднимаясь навстречу гостье. — Вижу, ты привела в дом Божий вампиров.
— Эти вампиры встали на путь исправления, святой отец, — заверила девушка, сделав нам молчаливый знак оставаться на месте и не встревать в разговор. — Собственно, мы пришли по делу и у нас мало времени.
Священник закивал, соглашаясь, погладил длинную седую бороду. Затем подошел к нам вплотную и пристально посмотрел в глаза каждого.
— Эти вампиры совершили много зла, — уверенно сказал святой отец, как будто мы и сами не знали этого. — Они лишили жизни очень многих людей, принесли много горя. Им поздно становиться на путь исправления.
— Но вы говорили, что раскаяться никогда не поздно, — вежливо возразила охотница. — Эти четверо окончательно стали вампирами и уже не смогут превратиться обратно в людей, но то, на что они решились, поможет заслужить милость Божью.
— Господь милостив, но не настолько, чтобы прощать великий грех проклятой крови и сотни убийств, — более резко, чем следовало, ответил священник. — Я чувствую за плечами одного из приведенных тобою вампиров настоящие реки крови. Он совершил столько убийств, сколько звезд на небе в самую ясную ночь.
Указательный палец святого отца уперся мне в грудь. Сначала я хотел отвести руку священника и объяснить ему, что тыкать пальцами в незнакомых людей и вампиров — признак дурного тона… но сдержался.
— Его зовут Сергей, — сказала Светлана. — Именно он уничтожил многих вампиров в нашем городе, а также почти две тысячи негельносов в Новосибирске. Он вобрал в себя их энергию, энергию Старейшин Максимилиана и Фридриха, поэтому аура его так черна. Но в убийствах, совершенных теми вампирами, он не повинен.
— Вобрав в себя их силу, он вобрал и их грехи, — не согласился священник.
Светлана, как мне показалось, стала немного нервничать. Действительно, у нас оставалось все меньше и меньше времени, а почтенный святой отец был настроен на полемику.
— Но он сможет искупить их все, одержав победу в битве, которая состоится сегодняшней ночью. Он и его друзья смело выступили против сильных демонов Яугона и целой армии Тьмы. Они вампиры, перешедшие на нашу сторону, святой отец! И нам срочно нужна ваша помощь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Старик, наглаживая бороду, медленно вернулся к своему креслу и с невозмутимым видом уселся, чтобы продолжить прерванное нами чтение.
— Отец! — воскликнула Светлана. — Нам нужна ваша помощь!
— Существу, живущему во Тьме, нельзя доверять, дочь моя, — ответил священник, не отрывая глаз от пожелтевших страниц. — Рано или поздно оно покажет спину и совершит предательство, ибо покровитель и отец его — Дьявол. Нельзя доверять Дьяволу, нельзя заключать союз с первопричиной мирового Зла.
— Сергей сразится с Познавшим Кровь! — почти выкрикнула девушка. Глаза ее заблестели от бессилия перед черствостью священнослужителя.
Но старик прервал чтение и вновь пристально посмотрел на меня.
— Ты говоришь, что этот молодой вампир бросил вызов Познавшему Кровь? Но ведь это абсурд! Никто из детей Познавшего не в силах одолеть его.
— А Сергей бросил! И я верю, что он победит!
Старик глубоко задумался, невольно шевеля губами. Наконец сказал:
— Даже расправа над Познавшим Кровь не сможет искупить греха проклятой крови, но лишь усугубит его. Однако уничтожение этого демона — поступок, заслуживающий похвалы Небес. наверное, я не совершу ошибки, если спрошу, что именно нужно вам от меня?
— Нам нужна святая вода и… немного вашей крови, — на одном дыхании выпалила Светлана, опасаясь, что старик откажется.
— И зачем же кровь моя понадобилась вампирам? — усмехнулся он. — Неужели по улицам ходит так мало народу, что существа Тьмы стали впредь наведываться в церкви?
— Один из наших противников — альп, которого можно одолеть лишь вбитым с сердце и орошенным кровью священнослужителя колом.
Старик сложил губы трубочкой и причмокнул.
— Я слышал о таком способе победы над альпом. И знаю, что он действительно помогает.
— Так вы ради благого дела пожертвуете небольшим количеством вашей крови? — в надежде спросила Светлана.
«Чирок» летел по проспекту прочь из города. Жилые дома остались позади, и где-то во тьме впереди скрывалось обширное кладбище, которому суждено этой ночью превратиться в поле брани.
— Черт, и нас же называют упырями! — причитал Стас, когда мы покинули церковь. — Да этот твой отец — самый настоящий жук.
— Не смей говорить так о нем! — прорычала Светлана. Ее глаза сверкнули недобрым огнем.
— Тихо-тихо, — прыснул вампир. — Контролируй свой гнев, а то недолго и до греха довести.
— Заткнитесь, — велел я. — Пока мы решали вопросы о демонах, упустили кое-что существенное.
— Что именно? — обеспокоился Шокер.
— Мы забыли… подкрепиться. Лишние силы не помешали бы.
— Обойдетесь, — грубо сказала Светлана. — А если проголодались, так скоро будут оборотни. Вот ими и утолите свою… жажду.
— Посмотрю я на тебя, когда вместо воды ты будешь пить ослиную мочу, — заворчал Стас.
Легкая перепалка между вампиром и охотницей продолжалась до самого кладбища. Когда же мы подъехали к воротам места массовых захоронений, то воцарилась тишина. Мы заметили, что ворота были открыты, как дуто кто-то или что-то оставило их в таком виде специально для нас.
Топор пробежался до сторожки охраны и сообщил, вернувшись:
— Сторожа спят как убитые. Похоже, их усыпили.
— Значит, нас ждут, — заключил я. — Который час?
— Полночь через пять минут, — отозвался Шокер. — Ну, поехали, что ли?
Джип, тихо урча, въехал на территорию спящего кладбища. Яркий свет галогеновых ламп выхватил из темноты ряды памятников самых разных цветов, форм и размеров. Чем дальше мы углублялись в царство мертвых, тем мучительнее было смотреть на кресты и мраморные плиты могил, тем мрачнее становились предчувствия. Мы знали, что из каждой могилы может вылезти давно усопшее тело, демонической силой поднятое против нас. Плотные облака закрыли от глаз звезды и луну, в высоких скворечниках завывал ветер; даже сквозь шум двигателя мы могли слышать далекое завывание волков.
