Под ногам образуется ветер и замедляет неумелое падение.
Я приземляюсь, осматриваюсь и понимаю, что местность-то знакомая. Мне понадобилась секунда, чтобы вспомнить, что я здесь уже бывал.
«Территория Романовых…»
Август, сука. Всё это время предателем был ты.
Я посмотрел на небо в надежде увидеть солнце. Оно должно было быть. Полчаса назад я его видел!
Но его там не было.
Небо застилали тучи, а светило, символизирующее надежду… почему-то меркло.
— Порез! — приказал я своей руке.
Небольшая рана расползлась на руке, но больше ничего. Вряд ли бы иллюзионист предсказал такое, так что, я не в иллюзии. Но что тогда происходит, твою мать? Как я поглотил второй куб? Потому что он вошёл в реакцию с Гео-Вортексом? Но тогда почему я телепортировался? Почему именно к Лоуренсу?!
«Всё дело в этом?», — смотрю на уже пепельную руку с золотыми и голубыми трещинами.
Но полюбоваться мне не дали.
Послышался треск и грохот столь сильный, что задрожало всё здание и земля рядом с ней в придачу.
«Что за тварь мне нужно победить?..»
Это похоже на химеру, только вот… абсолютную. То, что стоит на вершине их цепочки.
Это похоже на Короля Химер.
«Он также бессмертен. Плюс мгновенная трансформация и, уверен, адаптация», — разворачиваюсь и срываюсь в бег, — «Заморожу как в прошлый раз»
Нужно его обездвижить. Способ с гидрантом и четвертованием выглядит идеально. Не вижу вариантов как вообще из этого можно выбраться, если провернуть всё идеально.
Нужно лишь найти…
«Ч-что за?»
Послышался очень громкий взмах крыльями. Я повернулся и увидел, как на небе возвышается человеческая фигура с невероятно огромными перепончатыми крыльями и светящимися зелёными глазами.
«Ёп… твою мать!»
Лоуренс взмахивает пару раз и пикирует прямо на меня.
— Спазм!
Мышцы его крыльев на секунду замирают и не расправляются вовремя, из-за чего Лоуренс на полной скорости вонзается головой в землю.
Не прошло и мгновения, как его переломанная шея хрустнула обратно, а сам Лоуренс уже упирался руками, чтобы подняться.
«Да твою мать!», — я ускоряюсь как только могу, подгоняя себя и приказами, и обычной силой ног.
Слышится хлёсткий удар, и я лишь чудом успеваю отскочить от длинной костяной иглы.
Разворачиваюсь и вижу, как прямо из спины всё ещё лежащего чудовища прорастают жгуты с этими самыми иглами.
Ладно, мне уже не убежать, а гидранта и в помине не видно. Нужно переместиться поближе к одному из деревянных домов и прорвать водонапорную трубу. Сука, что-ж я сразу не додумался так сделать!
— Дай догадаюсь, — начал поднимающийся Лоуренс, — Восемьдесят процентов?
Я не стал отвечать, а лишь нахмурился и напряг концентрацию.
— Ни про приказы через речь подчинённых, ни про сильные невербальные приказы, ни про отсутствие отдачи ты не знаешь? — он хмыкнул, стряхивая с себя землю, — Забавно, но всё это разблокируется лишь под самый конец. А до него, увы…, - он поднял голову, — Ты не доживёшь.
Его ноги вздулись и трансформировались, а сам он наклонился и рывком преодолел всё расстояние между нами.
— Щит!
У меня на груди появляется полупрозрачный энергощит, на который приходится удар острым костяным клинком. Защита лопается, порождает взрыв и отбрасывает меня в сторону.
Но я даже в себя прийти не успел.
Враг подскакивает, хватает меня за ногу и со всего размаха вбивает сначала в землю, а потом швыряет в фонарный столб, расположенный на дороге около центра Москвы.
Люди, стоявшие рядом, завизжали. Я же выкашлял весь воздух, схватился за живот и зажмурился от боли.
— Исчезни.
Боль начала пропадать.
Я уже слышу новый громоподобный толчок оппонента.
— В сторону! — его сносит куда-то вбок, — Регенерируй. Щит. Ускорься. Уплотнись. Стань сильнее.
По телу пошла целительная волна, на коже замерцал энергощит, скорость мышления заметно ускорилась, кожа стала плотнее, а мышцы налились энергией. Это всё, что я успел на себя накидать, пока враг кувыркался по земле.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он встал с неспадающей ухмылкой на лице. За его спиной извивались жгуты с костяными иглами, выглядывали сложенные крылья, ноги походили на помесь не то антилопы, ни то гепарда, а из левой руки торчал длинный костяной клинок.
И ни одной, сука, царапины.
— Удивлён, да? — хмыкнул он, осматривая своё тело, — Вот до чего доводят эксперименты американцев в той области, куда им лучше не соваться. Захотели как у япошек, а получился я. Забавно, как они из тела без магии смогли сотворить… это. Представляешь, что они натворили, давая такую силу и даже не представляя, какой на самом деле я обладаю? ЧТО они породили, совместив некромантию, химерологию и Приказы? Впрочем, мы оба знаем, до чего доводят самодуры в управляющих креслах, да?
Концентрируюсь. Чувствую, что сейчас нападёт.
Вокруг нас десятки перепуганных людей. Почти все из них замерли от шока и страха, а те, что были на машинах, с трудом уезжали через образовавшиеся пробки.
Погоди…
Сука, люди!
— А ведь правда, — он прекрасно понимал ход моих мыслей, — Даже с таким пробуждением ты заноза в заднице. Почему бы людям не помочь! Вы ведь, человечишки, такие… альтруистичные!
Он скакнул к группе людей и аккуратно коснулся груди каждого из них. Потом прыгнул к другим и проделал то же. И ещё раз. И ещё. Он коснулся всех, кто стоял рядом с ним.
Он не пощадил никого. Женщины, мужчины, дети… все они превращались в химер.
В вопящих, ужасающих тварей.
— Фас, — мой двойник улыбнулся и указал на меня рукой.
Те, кто превратился раньше, — два ребёнка, — с воплем сорвались до меня.
«Нет… нет-нет-нет!», — впервые за всё время сердце забилось так быстро, а концентрация мыслей сбилась, — «Я… я не хочу их убивать!»
Это ведь обычные люди! Ни в чём не повинные, сука, прохожие!
Я отхожу в сторону и с разворота пробиваю локтем в голову пролетевшему мимо существу.
— Усни.
Удар и приказ заставляют мутировавшего ребёнка с чёрной склизкой кожей потерять сознание.
Второй, вооружённый клинком, успел меня задеть — полосонуть руку. Немного. На бой не повлияет. Но успел.
Я хватаю его за руку, сжимаю кулак и со всей силы прописываю в висок, подкрепляя это приказом.
— Усни.
Врага вырубает.
Тем временем верещащие, сошедшие с ума твари уже приготовились нападать.
«Твою мать…», — давление взглядов ощущалось буквально со всех сторон, — «Как же много», — перевожу взгляд с одного на другого, ощущая, как покалывает рану от встречи с предыдущим.
— Ко мне! В голову!
Одного из них срывает прямо на меня, но стоит ему пролететь несколько метров, как сорвавшаяся автомобильная дверь влетает ему прямо в башку. Минус.
— Замри! Дёрнись и вонзи прямо в голову!
Один из врагов замирает, а второй дёргает рукой и клинком рубит ему по голове. Череп медленно рассекается на две части и сваливается на асфальт.
— Отломись! В голову! — клинок мёртвого отламывается и влетает во вражеский череп.
Троих вырубил. Двоих убил. Осталось ещё человек пятнадцать. Много, да. Но… это возможно.
Я смогу. С текущей силой и количеством подчинённых людей, если приказывать аккуратно и тщательно, это будет легко.
— Замри! Ко мне! Дёрнись! Усни! Замри! Свернись! Взрыв! Окутай!
Я приказывал и приказывал, валил одного за другим и не переставая переходил от врага к врагу. Они верещали, окружали, отступали, а затем нападали. Снова, снова и снова.
Я даже потерял счёт врагов. Их было так много, что я ни на секунду, ни на сраное мгновение не переставал за кем-нибудь следить. Слева, справа, сзади. Да везде! Куча мелочёвки, не сильно опасных, но мельтешащих перед глазами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И когда уже оставались единицы, когда победа близилась как и предел моего горла, я понял, что чего-то не хватает.
