ответил ей Александр.
— Но что было бы, если бы отец купил несуществующее лекарство? — спросил Леша.
— Не знаю. Тогда, наверное, что-то бы и изменилось. Он не договаривался об убийстве. Как минимум.
— Это уж слишком, — встрял в разговор дед Василий.
— Сказал человек, который только что готов был убивать, чтобы защитить собственного внука от мнимой угрозы. — Филимонов расплылся в улыбке. — Не так уж ты и отличаешься от меня. Полагаю, теперь вы поняли, что каждый из них получил по заслугам. Мы можем заняться делом?
— Да, — после некоторой паузы ответил старший Чернов.
— Просто великолепно. Давайте мы… Пес, что с тобой?
Зверь навострил уши.
— На улице бежит человек.
Первым среагировал Василий. Он выскочил на улицу, широко распахнув дверь. У забора, опираясь на сломанные доски, стоял крепкий бритоголовый парень в черной футболке.
— Эй, добрый человек, — окрикнул его дед с крыльца. — Откуда ты бежишь?
— Вам туда, — прерывисто выговорил парень, жадно вдыхая воздух, — туда не надо.
— Ну, а все же?
— От дома… культуры.
— О, да ты спортсмен, — пошутил дед.
— Лучше так, чем быть сожранным, — отмахнулся парень и побежал дальше.
Василий вернулся в дом. Люди и Пес посмотрели на него:
— Предлагаю дальше не думать. Парень бежит от дома культуры, как будто за ним сама смерть бежит. Надо нам туда наведаться.
Глава XX
Люди внутри были напуганы. Напуганы до смерти. Многие из них видели, на что способны мохнатые монстры. Остальным эти многие в красках рассказали о произошедшем. Меткость защитников их не успокаивала. Да и другие факторы тоже не облегчали томительного ожидания.
Чудища продолжали выламывать рамы на втором этаже. Их было немного — большинство пришедших на шум продолжали бродить вокруг здания. Ситуация была не слишком радужной — открыть стрельбу полицейские опасались. Из-за неудобного положения монстры могли лишь висеть на окнах — рамы слегка гнулись и трещали от их веса, но без хорошей точки опоры ни одно существо не могло достаточно размахнуться, чтобы выбить стекло целиком и уж тем более сломать раму. При этом любое разбитое стекло, даже самое маленькое, могло дать шанс чудищам проникнуть внутрь.
Постоянный шум снаружи, ревы и подвывания действовали людям на нервы. Многие сидели по углам, прятались по мелким комнаткам, прячась от ужасов, которое им рисовало воображение. Из высоких окон первого этажа практически не было видно улицы, поэтому все сведения люди получали исключительно устно. Многие данные моментально обрастали красочными подробностями. Чтобы избежать паники, на второй этаж не пускали никого.
На сбежавшего Олега полиция махнула рукой. Он вряд ли далеко уйдет, да и сейчас ситуация была более чем опасной, чтобы распылять усилия на поиск виновных в его побеге. Лейтенант Карпов с удовольствием вооружил следователя, окончательно пришедшего в себя.
Большой проблемой оставалось наличие боеприпасов. На пять автоматов распределили чуть более двухсот патронов, которые бойцы, спустившись на первый этаж, заряжали на глазах у тех горожан, кто еще не разбежался. Казалось, людей успокаивал вид бойцов, готовившихся к очередному сражению. Мало кто думал, что оборона может быть безуспешной. Лейтенант отвел мэра в сторону.
— Я надеюсь, вы отлично понимаете, что если помощь не придет вовремя, мы не переживем не только эту ночь, но и следующие пару часов?
— К-конечно, — Кацюк протер лоб в сотый раз. От него разило потом.
— Ваша задача будет очень простой — наверняка есть помещения, в которые можно спрятать людей. Узкие двери, меньше окон — так вы сможете сохранить как можно больше жизней.
— Я попробую, — тяжело вздохнул мэр. — Но не могу обещать, что люди будут послушно следовать моим указаниям. Они близки к панике. Но я сейчас…
— Сейчас не надо, — остановил его полицейский. — Сейчас им надо успокоиться. Если вы начнете делить их прямо сейчас, они запаникуют и тогда ситуация совершенно выйдет из-под контроля. Я дам сигнал. Надеюсь, что дам, — добавил он, выдержав паузу. — Мы будем держаться до последнего.
— Угу, — Кацюк жалобно посмотрел на лейтенанта.
— Ну что вы, — Карпов хлопнул мэра, который был почти на голову его ниже, по плечу. Тот пошатнулся, но неловко улыбнулся. Гримаса получилась та еще. Лейтенант заметил это, кашлянул и убрал руку. — Все получится, не переживайте, — бросил он дежурную фразу и повел своих бойцов наверх.
Второй этаж делился на две части. В одной располагались кабинеты коллективов и управление домом культуры. В другой — внутренний балкон. Между этими частями находилась широкая гранитная лестница с вытертыми ступенями. По периметру, обеспечивая обзор во все стороны, шел коридор. Таким образом, при желании, даже небольшое количество бойцов могло держать периметр. Из мертвых зон оставалось только крыльцо, но за него никто не беспокоился: надежно запертая стальная дверь была недосягаема для монстров.
Прятать людей на втором этаже в многочисленных и довольно просторных кабинетах Карпов не решился — слишком тонкими были стены. Если монолитная полуметровая наружная стена, местами разбавленная силикатным кирпичом, была надежным укрытием от любого живого противника, то кабинеты разделялись тонкими перегородками в полкирпича и вряд ли смогли бы сдержать монстров, захоти они полакомиться спрятавшимися внутри людьми.
Бойцы поднялись наверх. Ситуация снаружи была не лучшей. С момента вызова подкрепления прошло двадцать минут и подмога пока физически не могла добраться. А вот монстров снаружи ходило уже не меньше трех десятков. Карпов не сомневался, что каждый из них успел полакомиться свежей человечинкой. Его люди же не могли похвастаться бодростью или сытостью.
— Итак, — начал он, когда все, включая Сергейцева, поднялись наверх. — Ситуация у нас следующая. При хорошем раскладе подмога прибывает сразу же. Мы отстреливаем врага и выходим. Из-под перекрестного огня эти штуки вряд ли выберутся живыми. Далее, плохой расклад — подмога прибывает, когда монстры уже внутри. Тут наша главная задача — впустить их внутрь. Без жертв точно не обойтись.
Все молчали, чувствуя свою ответственность. И безнадежность. Подмоге нужно не меньше часа, чтобы добраться сюда. А с таким количеством боеприпасов можно ликвидировать не больше половины тварей, которые собрались под окнами.
— Есть еще и очень плохой вариант, — мрачно добавил лейтенант. — Что спасать уже будет некого. Но долг надо исполнить до конца.
— Я вообще на это не подписывался, — пробормотал полицейский, стороживший Олега. — Мы должны были патрулировать улицы и все.
— Так и быть. Если выживем, отправлю тебя патрулировать улицы. А сейчас надо держаться. Держаться до победного. Или хотя бы до последнего патрона. Целимся в головы. Экономим. Бьем без промаха. На этом все.
Лейтенант не любил говорить длинные речи для поднятия боевого духа. Считал это пустым. Если боец не готов
