теперь ты, — Филимонов повернулся к Алексею. — То, что ты так быстро освоил передачу мысли, очень похвально. У тебя будет время потренироваться — попробуй погонять предметы, не касаясь их. Если ты сам понял, как можно общаться, не открывая рта, ты разберешься и с этим.
Леша кивнул, не сказав ни слова. С одной стороны, он радовался, что ему не придется идти к этим монстрам и сражаться с ними, но с другой стороны хотелось стать героем. А этой возможности его только что лишили. В смешанных чувствах он не нашелся, что ответить.
— А ты, друг мой, страховка. Если все будет плохо, позовешь, — обратился Филимонов к Псу и махнул рукой Антону: — Давай!
Каменный гигант зашевелился и бодро двинулся вперед. Чудовищная масса выламывала бетонные плитки и заставлял дрожать фонарные столбы. Металл гудел. На шум повернулось несколько монстров. Они сменили направление и более не стремились забраться внутрь здания. Они почуяли угрозу и намеревались ее устранить.
Антон не стал выжидать подходящего момента. Голем, не останавливаясь, замахнулся левой рукой и, прежде чем ближайший монстр успел хоть как-то среагировать, свалил его мощным ударом, в который была вложена вся скорость и масса каменного гиганта. Булыжник, служивший кулаком, попал прямо в голову, с хрустом проломил череп, окрасившись красным.
Мгновенная гибель еще одного сородича на несколько мгновений остановила остальных. Голем занял выжидающую позицию на крыльце, прикрыв Александра, который стоял у самой двери. Еще один орк, сунувшийся к крыльцу, сразу же получил по макушке — пара ступеней разницы играли большую роль, особенно если кулаками были камни по несколько десятков килограмм.
Ровная тропинка открывала Антону отличный вид. Даже сбоку он мог рассмотреть все перемещения монстров перед фасадом дома культуры. Дед Василий, держа карабин в руках, посматривал глазами во все стороны, опасаясь нападения с любой стороны. Пес молча сидел, наблюдая за происходящим.
* * *
Как только начал трещать балкон, несколько человек бросились помогать выносить оттуда раненных, прежде всего, тех, кто мог хоть как-то передвигаться сам. Тяжелораненных взяли позже, вчетвером или даже впятером уносили в главный зал и клали между рядами, чтобы в случае, если не удастся спастись, спрятать от монстров хотя бы раненых.
На втором этаже стреляли без перерыва. Редко, но почти без остановки. Кацюк даже сбился со счету, сколько было сделано выстрелов, хотя поначалу завороженно считал. Но потом понял, что не разбирается — попали их защитники в цель или не попали, и бросил это дело. Теперь он старался уловить сигнал от Карпова, чтобы начать уводить людей. Но не мог слышать и этого — начиналась паника и люди шумели, перекрывая порой даже стрельбу. Мэр принял решение:
— Расходитесь по отдельным комнатам, — орал он, — давайте, давайте быстрее! Пока еще светло, пока вы еще видите дорогу!
Люди, испуганные, сидели на своих местах, не зная, куда им податься. Наконец, с места тронулись несколько мужчин и женщин. Они знали, куда идти, выбрав один из многочисленных кабинетов, где занимались детские коллективы. В отличие от блоков второго этажа, на первом стены были гораздо толще.
Следом за первой группой последовали и другие люди. Некоторые продолжали уносить раненых. Тех, кто мог идти, уводили с собой. Балкон продолжал трещать и сыпаться, обрушая на людей внизу куски штукатурки. Десятки человек отходили все дальше и дальше, но под бетонным навесом лежало еще слишком много людей.
— Уходите, ну же, — командовал Евгений Васильевич — Спасайте себя, не ждите, пока тут все рухнет.
Он обливался потом в духоте огромного помещения, покрытый пылью и грязными разводами, но продолжал руководить процессом.
— Нет, там же еще раненые! — крикнула девушка со второго курса медицинского и бросилась под балкон.
Прямо перед ней рухнул большой кусок штукатурки, упал на каменный пол и рассыпался на мелкие части. Девушка споткнулась, но уверенно поднялась на ноги, прошла к лежащему на пиджаке мэра человеку. Она собралась позвать еще пару человек на помощь, как балкон с оглушительным треском проломился, накрыв плотным покрывалом из ломаного бетона ее и еще с десяток людей. Прочие бросились бежать.
На лестницу никто не бежал — наверху было еще страшнее. Все бежали в узкие коридоры, прятались по отдельным комнатам, толкались, но уже никто не рвался вперед. Было слишком темно, чтобы бежать, сломя голову. Кто-то из последних, уходящих в комнаты, достал смартфон и включил фонарик. Луч прошелся по засыпанному полу, остаткам одежды, следам крови. Мужчина услышал звук и направил фонарик в ту же сторону. Свет выхватил огромное туловище монстра. Не торопясь, он шел прямо на источник света.
Страх сковал движения. Нельзя было сделать ни шага в сторону, ни опустить или выключить фонарь. Мужчина просто смотрел, как на него надвигается целая гора. Живая, подвижная, пахнущая грязью, потом, кровью. И смертью. Он вжался в стену и зажмурился. Сверху раздалось три выстрела. Открыв глаза, мужчина с облегчением увидел, что это чудище лежит поверженным на полу. Он уже собрался крикнуть «спасибо», но неведомая сила смела его с места. Что-то хрустнуло у него в теле. Последовал жестокий удар, адская боль пронзила все тело. Телефон выскользнул из ослабевшей ладони, упал на пол и разбился вдребезги. Туда же чудище бросило и покалеченное тело. А затем обратило внимание на второй этаж.
* * *
Ввязываться во все это было вообще дурной идеей, решил для себя Леша. Чтобы не выглядеть плохо в глазах своей девушки, он согласился помочь остальным. Наверняка и дед тоже присоединился, чтобы не оставлять внука одного. А теперь есть отличный шанс погибнуть. Или просто ничего не сделать. Дьявольщина. Абсолютно бесполезное времяпрепровождение.
Юноша наблюдал, как голем раскраивает черепа мохнатым тварям и немного повеселел. Кажется, ситуация не такая уж и проигрышная, хотя их было меньшинство. Может быть, орки были и разумны, но слишком уж туповаты, раз так напролом пытались сломить каменного гиганта. Леша отвернулся и пнул камушек. Вспомнил просьбу Филимонова. Да, было бы здорово научиться перемещать предметы. Вот только как это сделать, он совершенно не понимал.
Если с мыслями все было проще: подумал о человеке, потом высказал мысленно нужную мысль и все — ты уже настроился, то здесь как? Нельзя идентифицировать камень. Тем более взять горсть камней. А если там еще что-то.
— Леш! — окрикнул его дед.
— Чего?
— Далеко не отходи!
Парень заметил, что в раздумьях прошел с полсотни шагов по тропинке. Спросить бы у Антона, как он контролирует свою каменную глыбу. Нет, плохая идея. Мало того, что он занят, так еще потом выглядеть, как дурак, в
