Читаем без скачивания Подснежник - Джейк Арнотт

Мой собеседник слегка подался вперед и смерил меня пронзительным взглядом, который, похоже, давался ему естественно, без малейших усилий. Его ноздри слегка раздулись, а между сросшимися на переносице бровями пролегла неглубокая морщина. Он больше не улыбался.

– Ты ведь понимаешь, в чем дело, да?

– Да. – Я вздохнула. – Питер…

Питер Рачман. Я познакомилась с ним на вечеринке в клубе «Латинский квартал» в Сохо. Он поселил меня в одной из своих квартир и убедил бросить клуб. «Здесь тебе ловить нечего, – сказал он. – Эта работа быстро тебя состарит. Через сколько-то лет твоя мордашка покроется морщинами, и что ты будешь тогда делать?» Он дал мне достаточно денег, чтобы я снова могла ходить на пробы и прослушивания, и даже достал мне небольшой спортивный автомобильчик марки «эм-джи». За все это он просил не особенно много. Через равные промежутки времени он появлялся у меня и без особых церемоний вел меня в спальню.

Питер был полным лысым коротышкой и говорил по-английски с визгливым польским акцентом. Когда мы занимались сексом, он всегда заставлял меня сесть на него сверху, спиной к нему, чтобы я не видела его лица. Во время войны он побывал в концентрационном лагере и, я думаю, так и не сумел этого забыть. Ко времени нашего знакомства Питер уже был довольно состоятельным человеком, но по привычке продолжал прятать под матрас засохшие хлебные корки. Он, однако, мало походил на жертву нацистов, во всяком случае, его глаза никогда не утрачивали холодного, жесткого блеска. Будучи владельцем нескольких домов, он пользовался довольно странными методами, когда требовалось выбить из жильцов просроченную квартирную плату. Я слышала, что по его приказу несколько головорезов травят должников немецкими овчарками. Несколько раз я спрашивала его об этом, но в ответ он пожимал плечами с таким видом, словно действительно не понимал, что тут особенного. «Бизнес есть бизнес, Руби, – отвечал он. – Если, к примеру, человек согласился платить за квартиру десять фунтов, значит, он должен платить вовремя. В конце концов, я же несу расходы, связанные с эксплуатацией зданий».

На протяжении довольно долгого времени я не тяготилась нашими отношениями. Мне вполне хватало времени и денег, чтобы еще раз попытаться сделать карьеру на артистическом поприще. Кроме того, у Питера были связи, хотя в большинстве случаев это было не совсем то, что требовалось. Со временем я, однако, поняла, что превращаюсь в его собственность. Я почти утратила способность добиваться чего-то для себя. Мне казалось – я полностью потеряла контроль над своей собственной жизнью. Живя на содержании у Питера, я обленилась и привыкла плыть по течению.

У него были, конечно, и другие любовницы, но он настаивал на том, чтобы я не встречалась ни с кем, кроме него. Самые невинные обстоятельства вызывали в нем ревность. Он был просто не в состоянии представить, что мужчина способен испытывать к женщине какой-то другой интерес, кроме сексуального.

В конце концов я решила, что с меня хватит. Поначалу я пыталась под тем или иным предлогом уклоняться от встреч с ним, снова и снова откладывая дату его визитов ко мне на квартиру. Когда это стало невозможно, я просто уходила из дома в тот день, когда Питер должен был прийти, хотя и знала, что он будет в ярости, найдя квартиру пустой. И вот с некоторых пор я стала ждать появления одного из его головорезов.

– Мистеру Рачману хотелось бы знать, куда, черт возьми, вы пропали.

Этот человек в прекрасно пошитом костюме говорил почти спокойно. Да и держался он совсем иначе – не так, как большинство людей Питера.

– Вы совсем не похожи на тех, кого Рачман обычно посылает выколачивать долги, – сказала я.

Он пожал плечами и сделал деликатный глоток из бокала.

– Я к ним не принадлежу, – ответил он. – Я, в некотором роде, свободный художник.

– Питер начал нанимать бандитов со стороны? Это на него не похоже. Что случилось? Может, у него неприятности?

– Да, вашего приятеля действительно кое-что беспокоит. Не только вы… Есть люди, которые хотят иметь долю в его доходах. Всегда опасно, когда какая-то фирма становится чересчур известной – на нее непременно попытаются наехать. И как мне кажется, Питер был бы не прочь взять меня на работу.

– Для чего? Чтобы вы защитили его от… от этих людей?

– Вроде того. Но я не собираюсь лезть в их дела. Они обычно плохо кончаются.

– Но вы не отказались явиться ко мне сегодня, чтобы запугивать меня по его поручению.

– Почему бы нет? Он неплохо мне платит.

– Все равно я не понимаю… Зачем он послал именно вас, а не кого-то из своих головорезов?

– Мне кажется – ему хотелось, чтобы эта проблема была решена по возможности деликатно. Кроме того… – Он слегка откашлялся, – кроме того, во всем, что касается вас, он может мне доверять.

– В самом деле? – Я улыбнулась. – Значит, мое очарование на вас не действует?

– Можно сказать и так, – отозвался он с некоторым раздражением в голосе.

Я поняла, что попала в больное место. На секунду его взгляд утратил суровость и сделался каким-то по-детски обиженным. Пытаясь принять более неприступную позу, он даже слегка откинул голову назад; лицо его искривилось в угрожающей гримасе и застыло, словно он стыдился того, что мои слова застали его врасплох.

– Питер хочет, чтобы ты вела себя как положено, – сказал он резко, как отрубил.

– А не то..?

Внезапно он резким движением опустил свой бокал на столик, и я слегка вздрогнула.

– Послушай, детка, ты получила от него квартиру, машину, продолжаешь регулярно брать у него деньги. Ты знаешь Рачмана – он рассчитывает, что ты со своей стороны будешь соблюдать условия соглашения. И водить его за нос не самая удачная идея. Он может выйти из себя и совершить что-то очень нехорошее.

– Или послать кого-то, кто совершит нехорошее за него.

– Ты права. Я пришел сюда вовсе не потому, что мне больше нечего было делать.

Он поднес к губам бокал, допил остатки скотча и поставил опустевший бокал на место.

– И что дальше?

– Дальше ты поедешь со мной к нему.

– А если я откажусь?

– Я бы не советовал тебе этого делать, – сказал он ровным голосом.

На протяжении нескольких секунд он рассматривал комнату, потом снова повернулся ко мне.

– Ну так как? – требовательно спросил он. – Что ты решила?

Я начала всхлипывать. Я испытывала самый настоящий страх, поэтому мои слезы не были притворством в полном смысле слова. Вместе с тем плакала я так, как учили в «школе очарования», – я как бы играла слезы, внутренне отстранившись от их причины. Моего гостя, впрочем, это представление почти не тронуло. Тяжело вздохнув, он поднялся и, подойдя к коктейль-бару, налил мне и себе по порции виски. Вручив мне стакан, он достал из верхнего кармана пиджака носовой платок и протянул мне, чтобы я могла высморкаться.

– Посмотрели бы вы, во что вы превратились, мисс Райдер.

– Руби… – поправила я срывающимся голосом. – Зовите меня просто Руби. Что мне делать, мистер?

Он еще раз вздохнул и покачал головой. Потом он снова сел и стал терпеливо ждать, пока я снова встречусь с ним взглядом.

– Мы поедем к нему, ладно? Раз уж ты решилась покончить с ним, значит, надо идти до конца. Отдай ему ключи от машины и от квартиры тоже.

Я вытерла слезы и уставилась на него.

– Но Питер чертовски разозлится! Он даже может меня ударить!

– Да, пару-тройку оплеух за свое поведение ты, безусловно, получишь. Но мне почему-то кажется, что этим все и закончится.

Я медленно кивнула, делая вид, будто стараюсь собраться с мыслями.

– Ладно, – сказала я. – Поехали.

Он встал и потрепал меня по плечу.

– Допивай виски и приводи себя в порядок. Мы поедем в моей машине.

Я посмотрела на него и с беспокойством прикусила губу. Он усмехнулся.

– Не бойся, это быстро закончится.

– Да, да, я понимаю. Спасибо…

– Гарри. Гарри Старкс.

Гарри отвез нас обоих в какой-то дом в Северном Кенсингтоне. Это был разваливающийся особняк в викторианском стиле, в котором сильно пахло сыростью. Несомненно, он тоже принадлежал Питеру. Увидев нас на пороге, Рачман схватил меня за руку и потащил в гостиную. Не выпуская моего локтя, он сильно ударил меня по лицу, а потом толкнул на потертый диван.

– Глупая, глупая сука! – заорал он.

Гарри тоже вошел в комнату. Отвернувшись от меня, Рачман шагнул к нему навстречу, на ходу отделяя несколько банкнот от толстой пачки денег, которую он достал из заднего кармана.

– Спасибо, мистер Старкс, – сказал он неожиданно сердечным тоном и протянул Гарри деньги. – Хорошая работа. Жаль, что вы не хотите работать на меня на постоянной основе.

– Что мне у вас делать? Собирать квартирную плату?