чтобы добраться даже до Треденджела. Он мог зайти в церковь и забрать одну из своих канистр с бензином, но здесь он встретил бы Элвина и они бы поговорили, но что тогда пошло бы иначе?
– Одни проблемы, знаешь ли, от подобных тебе людей…
Каких людей? Молодых? Молодых мужчин? Молодых мужчин с играющими гормонами? Молодых мужчин с большими деньгами и отсутствием благоразумия?
– Мне кажется, что я знаю, – ответил он. – Я знаю, какие проблемы возникают с подобными людьми.
Он вспомнил доктора, женщину, которую когда-то повстречал на Уимпол-стрит: с искусственным загаром и настоящими ювелирными украшениями, на шее у нее висели очки-полусферы. Ее звали Марсия Броди. На ее энергичном лице отражалась каждая эмоция. «При-и-и-в-е-е-е-т, молодой Джо!» – восклицала она, когда он заходил в кабинет, при этом каждый мускул на ее лице передавал ее удовольствие. «Что тут у нас?» – спрашивала она, прильнув глазами к офтальмоскопу, выражая преувеличенную заботу. Она выступала в роли корпоративного терапевта, который отвечал за физическое и психологическое здоровье персонала банка. Дважды в год, на девятом этаже, она осматривала всех банковских служащих: измеряла кровяное давление, пульс, уровень холестерина, задавала вопросы, осматривала глаза и уши при помощи специальных инструментов. Вся консультация сопровождалась удивительно притягательным выражением ее лица.
– Я хочу, чтобы вы явились на прием в мою клинику, – сказала она однажды Джо и протянула визитку. – Позвоните по этому номеру и запишитесь. За счет банка.
Итак, Джо сделал, как было велено, и поэтому день спустя он очутился в подвальном медицинском кабинете с паркетным полом и интерьером в арабском стиле. Доктор Броди предложила ему снять рубашку и лечь на холодный смотровой стол. Она давила то там, то тут, и слушала его дыхание с помощью холодного стетоскопа. «Медицина – холодная штука», – подумал Джо. Это серия холодных вмешательств.
– Вдохните, – попросила доктор Броди, ее брови то поднимались, то опускались. – Выдохните. Вдохните. Выдохните.
Позже, пока он надевал свою рубашку, она сказала ему, что у него высокое давление.
– Вы испытываете какой-либо стресс? – спросила она.
«Я работаю на торговом этаже инвестиционного банка», – мог бы ответить он, но она уже знала об этом.
– Возможно.
– Тогда будем вас лечить, – сказала она. – Знаете, какие проблемы возникают с такими людьми, как вы? Вы неправильно реагируете на стресс.
Проблемы с такими людьми?
– …вы думаете, что все знаете, – начал Хокинг. – Вы думаете, что вам нет нужды учиться, если вы зарабатываете столько денег и водите быстрые машины. Что ж, вы ошибаетесь.
Доктор Броди дала ему таблетки и инструкции по выполнению дыхательных упражнений. Вдохните. Выдохните. Отец научил его смотреть на горизонт и считать. Джейн и Джулиан были источниками его стресса, который он не выдержал.
– Я плохо реагирую на стресс, – сказал Джо. – В этом проблема с такими людьми. Я знаю об этом из авторитетного источника.
Викарий с удивлением посмотрел на собеседника. Он явно не ожидал получить ответ.
– Это твое оправдание?
– Единственное, которое у меня есть. – И это было правдой. Но почему цифры на экране приводили к стрессу, а смерть друга и страх собственной смерти – вселяли в него спокойствие?
– Я знаю дыхательные упражнения, – сказал он. – Они пригождаются в стрессовых ситуациях. Желаете попробовать?
– Благодарю, но нет. – Это был краткий ответ. Супругу Полли, наверное, эти упражнения пригодились бы больше, чем самому Джо.
Час спустя Хокинг снова раскаялся.
– Мне очень жаль, – заявил он. – Я не хотел тебя обвинять. Это не твоя вина.
– Спасибо.
– Простишь ли ты меня?
– Конечно.
«Симптомов еще нет», – подумал Джо, лежа ночью на кровати. Нет температуры, кашля или слизи.
На крыше звонницы жили летучие мыши. С наступлением ночи они взметнулись в воздух и теперь порхали под лунным светом. «Летучие мыши в колокольне», – подумал Джо. Это выглядело логично.
Он лежал и слушал биение своего сердца, звук которого усиливался одеялом из пластиковой упаковки. С каждым ударом, казалось, оно разгоняло вирус по кровотоку, словно невидимые злые вражеские силы, которые должны были его уничтожить. Он умрет?
Он спал, когда умерла Джейн. Чутко, но все же спал. Он лежал рядом с ней. Целый час ощущал, как ее лихорадило, ее дрожь, этот поединок демонов в ее крови. Потом она начала расслабляться. Ему показалось, что это было выздоровление, но нет. Ее тело сдалось. Именно тогда он провалился в сон. Осталась бы она в живых, если бы он не уснул? Глупая мысль. Он знал об этом, но не мог перестать думать снова и снова. Это напомнило ему слова отца. «Ты знаешь, как жить вечно?» – спрашивал Папа Миккель, а под бородой у него появлялась улыбка. «Просто продолжай дышать. Просто дыши», – говорил он.
В какой-то момент Джейн забыла эту простую истину. Разве это настолько сложно? Вдыхай. Выдыхай. Вдыхай. Выдыхай. «Но смерть жульничает в этой игре», – подумал Джо. Она приходит во сне.
Летучая мышь пролетела так близко, что он почувствовал холодный ветерок от взмаха ее крыльев. Джо с головой залез под «одеяло».
Он чувствовал, смерть – это не какая-то незнакомка. Уже нет. Он увидел себя в бухте, когда – холодный и раздираемый на части чувствами тоски, вины, сожаления – посмотрел прямо в бездну. Там, в темных водах, вне всякого сомнения, его поджидала смерть. Смерть была терпеливой. Значит ли что-то неделя для смерти? Месяц? Год? Неважно, что кит его спас – вытолкнул на поверхность и помог безопасно добраться до берега. Какая для нее разница? Он мог умереть в черной воде, разбиться о скалы или закашляться насмерть в колокольне – смерть не обратит на это внимание, исход будет одинаковым. Медленно проваливаясь в собственные мысли, Джо понял, насколько бесцельно осознание хрупкости собственной жизни.
До него доносилась молитва Элвина Хокинга.
23
Без электричества и телефонов
Некоторые верят, что живущие в опустевших церквях летучие мыши – это души умерших, которые задержались между мирами. На закате они улетают за разрешением переместиться в иной мир, но если они возвращаются – это означает, что они получили отказ. Другие считают летучих мышей духами умерших от чумы, именно поэтому их так много.
Только не в Сент-Пиране.
На подъезде к деревне Мэгвизы установили одни из своих полевых ворот. Бевис Мэгвиз повесил на них цепь с замком; в первый день на страже стояли братья Мэгвиз, которые пропускали только знакомых. Но система была несовершенна. Когда молодой Корин Мэгвиз покинул свой пост на двадцать минут, чтобы помочь пригнать коров на дойку, у ворот остались стоять Амината Чикелу и Элизабет Бартл, которые не смогли
