— Кэлли повезло, что ты был рядом и знал, что делать.
— Просто оказался в нужном месте в нужное время.
— Главное, ты знал, что делать. Это комплимент. Так что не упирайся.
— Я и не упираюсь. — Он отхлебнул кофе.
Усталость давила. Тело наливалось тяжестью. Ей нужно было о многом поговорить с ним, но не сейчас. Сейчас самое главное — помочь Кэлли.
— И все-таки мне не верится, что ей только пятнадцать. — Она помассировала поясницу — бессонная ночь не прошла даром. — Наверное, я просто ждала чего-то другого и не обращала внимания на очевидное…
Джей Ди отошел к окну, из которого открывался вид на пролив и далекие горы, тронутые оранжевыми лучами восходящего солнца.
— У подростков возраст определить трудно. Я видел двенадцатилетних, которые выглядели совершенно взрослыми, и ребят за двадцать, которые сошли бы за старшеклассников.
— Что ты знаешь о диабете?
— Немного. Основные симптомы, меры неотложной помощи.
— Что с ней сейчас делают?
— Обычно в таких случаях определяют уровень сахара натощак и проводят оральный глюкозотолерантный тест. Потом проверяют содержание гемоглобина, щитовидную железу. Ну и еще много чего. Доктор практически уверена в диагнозе — резистентность к инсулину.
Кейт с уважением посмотрела на него. Джей Ди хотел стать врачом, и она надеялась, что однажды его мечта сбудется. Из него вышел бы отличный врач.
— Резистентность к инсулину? Это плохо.
— Плохо, но не смертельно. Главное — контролировать уровень сахара. Лекарства есть, но сначала они попытаются достичь нужного результата через строгую диету и упражнения. Ее ждет долгий путь. Очень трудный путь — для подростка. Кэлли придется научиться самой контролировать уровень сахара, определять режим питания, решать, какие при необходимости принимать лекарства. Жить в таких условиях нелегко. Это требует дисциплины и самоконтроля, а подростки такими качествами не отличаются.
— Ты знал, что она нездорова.
— Подозревал, — сказал он, по-прежнему глядя в окно.
— Почему?
— Замечал некоторые симптомы. Ничего определенного. Лишний вес, проблемы с кожей. Но такое у подростков не редкость.
— Ты разговаривал с ней об этом?
— Она была не готова обсуждать такие вопросы. — Джей Ди отвернулся от окна. Глаза у него были усталые, на лице залегли тени. — Надо было отправить к врачам, но приказать ей я не мог. Тащить девушку на медосмотр против ее воли… Нет, ничего хорошего из этого бы не вышло. Она могла бы просто сбежать. И сейчас может.
— Никуда она не сбежит, — сказала Кейт и тут же почувствовала, как подскочил пульс. — Я ей не дам. — Заметив, что он смотрит на нее как-то странно, она тряхнула головой. — Что?
— Уверена, что справишься?
— Не уверена, но иначе я поступить не могу.
— С тобой такое часто случается?
— Что случается? Часто ли я принимаю вот так близко судьбы незнакомых людей? — Кейт покачала головой. — Конечно нет. Это же очевидно.
— Почему очевидно?
— Посмотри, что случилось с Кэлли. Это ведь я ее подвела, и она едва не умерла. И что, просто взять и отмахнуться? Сделать вид, что я ни при чем?
— Кейт, ты чудесная женщина.
Она отвернулась, зная, что если заговорит сейчас, то скажет лишнее. Солнце поднялось выше и уже чертило узоры на покрытом линолеумом полу.
— В том-то и дело, что вся эта ситуация немного странная. Обычно я не суюсь в чужие дела — мне и домашних проблем хватает. Но Кэлли… Она уже не чужая. И теперь, зная, что ее ждет, я хочу сама о ней позаботиться. Я успела ее полюбить. Не знаю, как и почему это случилось, но она дорога мне, как мой собственный ребенок. Если с ней что-то случится, никогда себе этого не прощу.
— Черт возьми, Кейт, что ты говоришь! Ты можешь помочь ей справиться с болезнью, но ее жизнь — не твоя забота.
— Не кричи на меня.
— Я и не кричу. — Джей Ди допил кофе и бросил пластиковый стаканчик в мусорную корзину. — Просто не могу смотреть, что ты с собой делаешь.
Она прислонилась к стене.
— Я все понимаю. Понимаю, что будет трудно. Но почему это должно помешать мне открыть перед Кэлли сердце?
Он подошел к лавочке и сел рядом. Взял ее за руку. Повернул к себе. Провел ладонью по щеке. И столько нежности и тепла было в этом простом жесте, такая доброта светилась в его глазах, что у нее перехватило дыхание.
— Скажи что-нибудь, — прошептала она.
— Что ты хочешь услышать?
Кейт устало вздохнула:
— Ты всегда так делаешь.
— Как? — Он провел пальцем по ее подбородку.
— Ну вот опять. — Она могла бы до конца жизни сидеть так и смотреть в эти глаза, но сейчас отвела его руку и даже немного отодвинулась. — Знаешь, после нашего вчерашнего разговора у меня никак из головы не выходит… — Ей не хватало слов. — Ты, наверно, уже и не помнишь, что говорил перед тем, как Кэлли потеряла сознание.
— Это когда я сказал, что схожу по тебе с ума, а ты спросила, говорю ли я о сексуальном влечении или о любви…
Кейт облегченно вздохнула. По крайней мере ей это не показалось.
— Да. Мне вот интересно, ты говорил серьезно или нет?
Несколько секунд он только смотрел на нее, ничем не выдавая своих чувств, и Кейт собрала в кулак все силы, готовясь к отрицательному ответу. Она указала ему выход, путь к отступлению. Он мог сказать «нет», объяснить, что выразился так под влиянием момента, а теперь, подумав, понял, что поторопился.
— Извини. Мне не стоило спрашивать об этом. Можешь не отвечать.
— Я все же отвечу.
Где-то дальше по коридору прозвучал хрипловатый голос, вызывающий кого-то по системе громкой связи. Кейт не расслышала, кого именно. Она смотрела на Джей Ди. Он медленно снял очки, придвинулся поближе и обнял ее за плечи. А потом наклонился и поцеловал — сначала лишь слегка коснувшись ее губ, потом настойчивее, требовательнее, с просыпающейся страстью.
Сердце подпрыгнуло. Ее словно обдало жаром. Она ничего не могла с этим поделать. Он мог делать с ней все — она была воском в его руках. И даже ответ на заданный вопрос ее уже не интересовал.
Кейт потеряла счет времени, но, к ее удивлению, Джей Ди первым прервал поцелуй и отстранился. Она едва не застонала, желая продлить наслаждение еще и еще, но потом тоже подалась назад. Он сглотнул…
И все. Осталась только слабая загадочная улыбка. Он снова надел очки и посмотрел на нее — спокойно, даже отстраненно. Внутри еще бушевала буря, а Кейт уже корила себя за то, что вообще тронула опасную тему. Но прежде чем она успела что-то сказать, улыбка вдруг растянула его губы.
