Так легко оборвать жизнь убийцы. И стать таким же как он. Что сказал бы отец? Брат? Элельен?
Что сказала бы мама?
Остро наточенная сталь легко погрузилась в податливую плоть. Она не встретила сопротивления, разрезая кожу и мышцы, как свет режет тьму. Как мучительный крик жертвы режет слух того, кто не смог ей помочь.
Время возобновило бег.
По руке принца струилась горячая кровь, затекая в рукав и уже в который раз окрашивая его кожу в красный. Выпученные глаза бывшего городничего постепенно тускнели. Жизнь утекала из них, просачиваясь сквозь щели оставленные гнусными деяниями в душе убийцы.
Никаниэль смотрел, не отводя глаз. Он сам сделал этот выбор, и теперь ему придется жить с ним до самого конца. Возможно спустя годы и его истерзанную душу заставит покинуть тело какой-нибудь молодой мститель.
И будет прав.
Но до тех пор Ник пойдет своим путем. Прямо к цели. Неся груз ответственности. И пусть боги осудят его, если смогут.
Принцу привиделось будто что-то едва уловимое, словно запах цветов, принесенный ветром с далекого луга, отделилось от тела Тэльмонда. Практически незаметный серебристый силуэт.
Миг — и видение пропало.
Соскользнув с кинжала, труп рухнул на пол сломанной куклой.
Он это сделал. Отомстил. Вот только к чувству злорадного облегчения примешалось ощущение пустоты на месте… На месте чего? Никаниэль не знал.
От сильного тычка в спину Ник чуть было не упал. Ему показалось, что его огрели палкой по спине. И это было недалеко от правды. Под самым потолком открылась пара небольших окошек, из которых время от времени вылетали стрелы, одна из которых и угодила в принца. Если бы не драконидская кольчуга, он бы уже лежал с древком между лопаток.
Надо действовать.
Никаниэль забрал из рук мертвеца свой собственный кошелек и, на бегу оттирая ладонь от крови, бросился к сцене. Там Винцесс тащил во всю упирающуюся шинкацу в противоположную от ширмы сторону. Девушка кричала и вырывалась, но работорговец отвесил ей мощную оплеуху и, заломив руку за спину, поволок прочь.
— Никанор! — раздался из-за спины Ника рычащий крик. — Спаси принцессу! Спаси ее!
Это не Малем.
Принц обернулся. На него время от времени бросал взгляд Сутулый, сражавшийся одновременно с двумя людьми Красавчика. Никаниэль видел его впервые.
Нет времени размышлять. Замешкавшись буквально на мгновение, Ник рванул вперед и в два прыжка оказался за ширмой. Все остальное потом. Он должен вызволить некроманта.
Там действительно обнаружилась дверь. Распахнув ее, принц чуть тут же не лишился глаза, но успел уклониться и пинком отбросил нападающего в глубь помещения. Элитных рабов охранял еще один боец Ночного Полумесяца. Если Винцесс, конечно, не соврал, и их действительно тренировали орки. Похоже Нику предстояло это скоро проверить.
Варвар и некромант стояли прикованные к стене. Там же виднелись и еще несколько пар сиротливо свисавших кандалов. Сюда явно переводили особых невольников на время тайных аукционов.
Боец в маске, оправившись от удара, сделал несколько уверенных взмахов длинными ножами и встал в стойку, держа один из них обратным хватом. Судя по движениям, оружием он владел значительно лучше Туза и представлял куда большую опасность.
Не тратя время, Никаниэль взял в левую руку кинжал и принял одну из основных позиций, направив на противника Люминистилл, выставив вперед правую ногу и чуть согнув колени.
Закончить нужно как можно быстрее, и потому принц первым сделал выпад, целясь врагу прямо в лицо. Обладание более длинным оружием давало ему определенные преимущества.
В ответ человек прижал лезвие второго ножа к предплечью на манер защитной пластины и отбил меч в сторону, после чего попытался сразу же сократить дистанцию. Но Ник успел подтянуть Люминистилл обратно и противнику пришлось вновь отпрянуть.
Следующая пара обменов ударами вновь не принесла никакого результата. Бой затягивался.
Кфхан побери! Он слишком осторожен для убийцы. Похоже Винцесс не врал.
Убийцы? А это шанс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Парой острожных выпадов Никаниэль проверил свою теорию. Каждый его удар противник отклонял в сторону все тем же движением с прижатым к руке ножом. Тогда эльф подцепил носком сапога лежавшую на полу цепь и пинком отправил ее в лицо врага, метнув туда же и свой кинжал. При этом в тот же миг шагнул вперед и выстрелил мечом, стремясь пронзить оппонента насквозь.
Как Ник и предполагал, тот легко уклонился от всех бросков и, точно так же отбил удар, вложив в него при этом немало силы.
Сделав вид что пошатнулся, принц отвел клинок далеко в сторону и, следуя за ним, повернулся к врагу спиной. Все его естество противилось таком маневру и даже волосы на голове встали дыбом. Между противниками было всего пол шага. Никаниэль чуть наклонился вперед, убирая шею на безопасное расстояние и перехватил Люминистилл обратным хватом.
Инстинкт убийцы не подвел бойца в маске, и тот, не удержавшись, ударил врага в открытую спину. Как наверняка делал до этого десятки раз. И именно в этот самый миг Ник, взявшись за рукоять двумя руками, с силой ткнул мечом назад, проведя им вплотную у своих ребер.
Тупая боль пронзила спину эльфа, но драконидская кольчуга вновь с честью выдержала испытание. Принц остался жив.
Чего нельзя сказать о его противнике.
Соскользнув с клинка, тот завалился на пол, скрючившись в позе эмбриона и зажимая руками кровавую рану. Удивительное дело, но при этом он не издал ни звука. Удар в живот не убил человека, но спасти его могло только своевременно вмешательство божественной силы. А так ему предстояло провести ближайшее время в мучительной агонии.
Проявив милосердие, Ник добил врага ударом в сердце.
Глава 54
Вытерев со лба пот, Никаниэль с трудом унял колотящееся в груди сердце. Повернуться к противнику спиной оказалось гораздо сложнее, чем выйти на первый бой против живого врага. Учителя в Эльфхейме потратили не один месяц, пытаясь донести до учеников, что делать этого нельзя никогда и не в коем случае.
Но тренировки с Малемом дали свой результат. Правил не существует. Всегда нужно действовать по обстоятельствам. Нет запретных приемов и грязных трюков. Цель одна — победить. И если для этого нужно драться спиной, значит сделай это.
Наклонившись, принц сорвал маску с головы охранника. И тут же невольно вздрогнул. Все лицо бойца представляло собой один ужасный шрам. Будто кто-то прижал к нему горящий факел и знатно поводил им из стороны в сторону.
Губы и нос отсутствовали полностью, а все остальное сплавилось в отвратительную массу, похожую на высохшую под солнцем грязевую лужу. Сквозь открытый в немом крике рот Ник увидел, что языка там тоже нет. Убийца смотрелся даже уродливее, чем сам Винцесс. И, возможно, не с проста…
Вернув потайной кинжал на положенное ему место, Никаниэль подошел к некроманту. Тот был слаб, но находился в сознании. Его взгляд устремился на распростертое на полу тело. Вернее немного выше. Глаза повелителя смерти постепенно поднимались, пока не встретились с Ником. Некромант ухмыльнулся.
Принц поежился. Было в этой улыбке что-то противоестественное. Как выросшие вместо ног щупальца.
— Спрошу еще раз. — Никаниэль вплотную подошел к опальному магу. — Ты сможешь воскресить одну эльфийку? Не в зомби, не в призрак, не в скелет. Полностью вернуть к жизни. Как было.
Некромант задумался, вглядываясь в золотые глаза принца. Нику стало не по себе, но он не отводил взгляда.
— Смогу. — голос человека шелестел подобно сухим листьям в давно заброшенном склепе. — Мне нужен дневник. Учитель отправил меня за ним. Он у шинкацу.
Звучало как сделка.
— Хорошо. — согласился Никаниэль. Он был готов к гораздо более трудновыполнимым требованиям. По сравнению с ними достать дневник — сущий пустяк. — Я добуду дневник, ты воскресишь Эл… кого скажу. И расходимся. Идет?
Некромант кивнул.
