Потом он произнес стихи, в которых восхвалял свою храбрость и свое племя. И когда Антара, который в это время разговаривал с Аблой, успокаивая ее, услышал эти слова, он вскочил на коня и бросился к Муфарраджу, восклицая:
― О сводник, о сын презренных, пусть твоя мать потеряет тебя и пусть тебя оплакивает твоя родня и твое племя! Кто ты такой, о несчастный, чтобы требовать поединка со знатными, и по какому праву ты причисляешь себя к храбрецам? Вот я, один из ничтожнейших рабов этого славного племени, выступил против тебя, чтобы избавить их от трудов и усталости и чтобы ускорить твою гибель. Горе тебе, рогач, сын тысячи рогатых, ты думаешь, я забыл, что ты сделал с Аблой и скольких наших всадников ты погубил!
И когда Муфаррадж и Антара сшиблись, разница между ними была столь велика, словно лиса вышла против льва, и Антара одолел Муфарраджа и дал ему испить чашу гибели.
[Антара нападает на племя Бену Набхан и убивает их предводителя Джабира, а других кахтанитов обращает в бегство.
Шесть тысяч кахтанитов прибывают к Муфарраджу и, увидев поражение соплеменников, направляются против абситов. Антара бросается на кахтанитов, а его враги Малик и другие решают спастись бегством в разгар битвы, оставив Антару и Аблу на гибель, но возвращаются, так как, убегая, наталкиваются на отряды абситов во главе с Кайсом и Шасом, посланные Зухейром на помощь Малику и Антаре. Ободренный подмогой, Антара обращает врагов в бегство. Абситы отправляются в родные земли. Отец Аблы Малик приходит к Шасу и просит у него покровительства, говоря, что не может отдать свою дочь за раба, который пас его верблюдов. Шас приказывает позвать Антару и набрасывается на него с бранью и запрещает ему домогаться брака с Аблой и даже произносить ее имя или упоминать о ней в стихах. Антара решает покинуть становище, поселиться в Мекке и оттуда следить за тем, что будет происходить у абситов.
Исчезновение Антары вызывает горе друзей и торжество врагов. Малик с согласия Шаса решает отдать Аблу Умаре. Царь Зухейр возмущен неблагодарностью Бену Зияд и Малика и решает наказать Умару за похищение Аблы.]
И царь Зухейр приказал позвать Умару, и когда Умара явился, царь обрушился на него с упреками и сказал:
― Горе тебе, несчастный, последний из негодяев, слышал ли ты, чтобы кто-нибудь похищал свою двоюродную сестру, плоть от плоти своей, и увозил бы ее прочь от ее родины и родных краев? Горе тебе, так ты воздал Антаре за то, что он спас тебя от плена и рисковал ради тебя своей жизнью?
Потом царь приказал рабам заковать Умару в колодки и избить его, а Рабиа видел все это, но не мог сказать ни слова, так как знал, что царь возненавидел их из-за Антары, и все присутствующие дивились гневу царя. А Урва стоял там и смотрел на все это, говоря про себя: «Вот ему первое благословение от Аблы! Клянусь Аллахом, я заметил, что всякого, кто посягает на нее, ждет горе и он в конце концов становится телом без головы».
А рабы избивали Умару, и он потерял сознание и был близок к гибели и от сильной боли обмарал свое платье. И когда царь увидел это скверное дело, он зажал нос рукой и приказал рабам прекратить наказание. Тогда рабы подняли Умару и бросили его в один из подвалов. Там он лежал, стеная и крича от боли, и слезы катились у него по щекам, и на его крики собралось множество людей и знатных и простых, но никто не сжалился над ним. После этого Шаддад подошел к царю и попросил у него, чтобы он приказал Малику, отцу Аблы, возвратить все, что дал ему Антара, потому что он решил отдать свою дочь за Умару. Тогда царь Зухейр сказал Малику:
― А ты, злосчастный старик, забывший справедливость, как можешь ты одобрять подобные деяния, о собака, о сводник?! Как можешь ты брать выкуп с сына твоего брата, а потом менять свои намерения и отдавать дочь другому? Сначала ты подверг его неисчислимым опасностям, послав за верблюдицами царя Мунзира, — об этом знают все от мала до велика! Но он воздал тебе добром за зло, и если бы не он, вы скитались бы сейчас с бродягами по широкой степи.
И Малик ответил ему:
― О господин мой, клянусь твоей милостью, которой нет предела, я не обманывал его, ведь такому, как я, не пристало обманывать! Просто я не знал, что мне делать, и вручил свою дочь твоему сыну Шасу, доверив ему решение этого дела, и он сказал, что дочерям знатных арабов следует выходить замуж за им подобных, за доблестных героев вроде Умары ибн Зияда, потому что он и его братья принадлежат к славным шейхам племени. Я сказал ему, что Антара отдал мне выкуп за мою дочь, но он приказал мне оставить разговор об этом позорном деле, а потом позвал к себе Антару, стал ругать его за то, что он хочет жениться на Абле, и запретил ему упоминать ее имя. Тот в гневе покинул нас ночью, и с тех пор я сгораю от беспокойства за него, как на горячих угольях.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
[Тем временем сын царя Шас во время охоты попадает в плен к Майсуру, всаднику из Бену Харис, брату воина, убитого Шасом в одном из его набегов. Майсур мучает Шаса, не дает ему есть и пить, держит его в железных колодках и каждый день избивает. В шатер Майсура приходят женщины и девушки Бену Харис и осуждают Майсура за жестокое обращение со знатным пленником. Соплеменники советуют Майсуру отправиться к царю племени Абд аль-Мадану, чтобы испросить его одобрения на казнь Шаса.)
И когда Майсур уехал, Шас спросил его жену:
― Как ты думаешь, удастся ли мне найти выход из этого трудного положения?
И она ответила:
― Клянусь Аллахом, о родовитый юноша, может быть, ты получишь отсрочку, а потом с тобой случится то, что предназначено судьбой, может быть, ты получишь неожиданную помощь, а может быть, выкупишь свою жизнь большим количеством скота, потому что богатство склоняет на свою сторону и женщин и мужчин. Ведь правильно сказал тот, кто сложил эти стихи:
Ты купишь за деньги и душу, и тело, И славу!Был мудрым, кто золото сделал Ценой человека…
И Шас сказал ей:
― Богатства у меня не счесть, но кто доставит весть обо мне в мою землю?
И вдруг в шатер Майсура вошло несколько свободных женщин редкостной красоты, которые склонялись, подобно ветвям ивы, когда над ними дует северный ветер; но все они были одеты в траур. А впереди шла старая женщина, которая приветствовала жену Майсура и спросила ее о пленном, и та рассказала ей все. Тогда та женщина подошла к Шасу и спросила его:
― Правда ли, что ты сын царя Зухейра и что вас десять сыновей?
И он ответил:
― Правда, о тетушка.
Тогда она воскликнула:
― Слава матери, которая родила десятерых сыновей, и каких сыновей!
