— Что ты будешь делать, — вздохнул Томаш и метким щелчком отправил бычок в форточку.
Еще возник вопрос, связанный с заправкой автомобиля. АЗС, возможно, еще работают, надо бы заправиться, да еще какой-то запас топлива создать, с теми же канистрами. Вообще, стоит, наверное, раздобыть машину получше. Гольф, конечно, шустрый, надежный и весьма экономичный, но с точки зрения практичности стоит поискать машину побольше и помощнее.
Внезапно Томашу в голову пришла идея. Он вытащил из заднего кармана джинсов ту самую бумажку, где был записан номер сына коллеги отца, и взял в руки телефон.
— Адриан? Привет, это Томаш, сын Гжегожа.
— Ну, здорово. Гжегож — это друг батьки моего, что ли? — пробасил Адриан.
— Да-да, наши отцы уже десять лет вместе плавают.
— Понял, понял. Ну, слушаю тебя, Томаш.
— Есть дело. Ты еще в Торуни?
— Ну да, через часика три думал выдвигаться. Знаю, что слишком рано приеду, но лучше уж раньше явиться, чем опоздать.
— Это точно. Ты один едешь? Как с оружием у тебя? Какая машина?
— Хо-хо, — усмехнулся Адриан. — Сколько вопросов. Один еду, братьев с матерью оставляю дома, малы еще, со мной кататься. С оружием не густо, сразу скажу — пацанам «травмат» оставил, сам вот с Вальтером хожу, полмагазина патронов осталось, блин. Я его у взбесившегося охранника отобрал, и им же и застрелил гада. А машина у меня простая, Опель Астра. А теперь я тебя спрошу — хватит ходить вокруг да около, что предлагаешь?
— Предлагаю тебе выехать из дома прямо сейчас. Прокатимся по полицейским участкам, разживемся стволами и встретим отцов во всеоружии. А еще можно попробовать пересесть на тачки получше, сейчас один хрен никому они уже не нужны.
— А дело говоришь, — сразу же ответил Адриан. — Ладно, я минут через десять выйду и сразу газу до отказу, за час долечу до Гданьска, а то и быстрее, если только какой-нибудь козел не перегородил дорогу.
— Кстати, — вспомнил Томаш, — Там на объездной поаккуратнее, поговаривают, что там огромная пробка. Но это севернее Гданьска, вроде бы. В любом случае, будь осторожен.
— Лады, где встретимся?
— Давай на автовокзале, он как раз на въезде будет.
— По рукам, через час-полтора буду.
— Не потеряешься?
— Нет, у меня навигатор в машине. До встречи.
— Ага, отбой.
Томашу не сиделось дома. Едва он положил трубку, как появилось страстное желание отправиться на полную опасности улицу и заняться мародерством. Черт, да это же просто как в компьютерной игре, только по-настоящему! Можно выйти из дома и взять себе все, что хочешь, и никаких проблем. Никто не арестует, никто не будет даже осуждать, ибо это и делать-то теперь, в общем-то, некому.
Он еще раз выглянул в окно. Фонари пока горели, худо-бедно освещая темную улицу. Дождь монотонно колотил по карнизу, черный асфальт тускло поблескивал под светом уличным ламп. Зомби по-прежнему не было видно. Засели где-нибудь, наверное, твари.
Томаша никак не оставлял в покое чокнувшийся сосед — пан Радослав. Он помнил, как мама сказала ему сегодня днем.
— Томаш, я видела его. Радек бродит где-то здесь! Он убил еще одного человека, помнишь того спортсмена из первого подъезда? Кажется, его звали Габриэль.
Томаш напряг память. Да, кажись, припоминает. Такой высокий, холеный и самовлюбленный тип, постоянно с новыми телками, одна краше другой.
— Ага, помню.
— Так вот, Радек разбил ему голову камнем, а потом прокусил ему горло. Представляешь? Трепал его, как куклу, пока тот не потерял сознание.
Для Барбары это все было совершенно невероятным. Самым большим злом представители ее поколения привыкли считать своего большого восточного соседа, под игом которого поляки прожили почти сорок пять лет. А тут такие ужасы, да причем не по телевизору, а прямо перед носом. Хотя и те, кто выжил, наверняка винили во всем русских — даже заразу у себя удержать не смогли.
Радослав пугал Томаша. Он и в прежней жизни добрым нравом не отличался. Как гаркнет, так и хочется сразу сквозь землю провалиться. Пару раз он гонял Томаша с друзьями прочь из подъезда, когда те искали, где бы попить пивка в тепле. Никто с ним и не пытался спорить. Была в этом человеке какая-то внутренняя сила, и она чудовищным образом сохранилась в нем даже после заражения. Уж лучше встретиться с десятком зомби, чем с одним Радославом.
Еще немного поразмыслив, Томаш решил выдвигаться в сторону Старого Города, к месту встречи с Адрианом, и заодно попробовать найти машину получше и решить вопрос с оружием. Он оделся тепло и основательно — отцовские непромокаемые ботинки, старые джинсы, вязаный свитер, ветровка, шарфик и кепка, полный набор. Теперь погода не будет так досаждать.
С собой он взял только пистолет и фонарик. Наталья смотрела на его приготовления с таким видом, точно вот-вот разревется, а Барбара делала вид, ничего не замечает. Лишь когда Томаш уже встал в дверях с оружием наизготовку, она сочла нужным дать ему хоть какое-то напутствие, незаметно промокнув влажные глаза рукавом свитера.
— Сын, умоляю, береги себя, отец на тебя очень рассчитывает.
— Да, конечно, — пробормотал Томаш, он вдруг почувствовал себя неловко. — И если связи не будет — не переживайте. Потихоньку все отключается, даже Интернет. Так что без света вот-вот будем сидеть.
Первым делом, выйдя на лестничную площадку, надо немножко послушать. Нет подозрительных звуков? Вроде бы нет, ну и прекрасно! Томаш включил свет, замотал предварительно опрысканным одеколоном шарфом нос, и пошел вниз, вытянув перед собой руку с пистолетом.
На весь подъезд воняло мертвечиной. Главный образом смердела та старуха, с которой Томаш разделался позавчера, но к ее вони добавлялась и вонь тех, кто умер в своих квартирах. Таких, как стало понятно теперь, тоже хватало.
Дождь сильно ухудшал видимость, но мешал он не только Томашу, но и зомби, так что здесь счет равный. Больше всего он боялся внезапного нападения, когда заводил машину, но никакого движения в округе заметно не было.
Первым делом оружие, решил Томаш, и направился в сторону полицейского участка на улице Белой. Нужно было проехать около пяти километров, почти весь путь лежал через приснопамятную Грюнвальдскую Аллею. Захотелось сделать небольшой крюк и вернуться на роковой перекресток, с которого началась Гданськая чума. Пришлось включить фары, ибо в кромешной тьме был риск напороться на какое-нибудь препятствие. Так, конечно, для зомби заметнее, но зато в определенном смысле безопаснее.
Автомобили стояли на тех же местах, что и в тот самый вечер. Когда Томаш проезжал мимо, в его голове вихрем пронеслись страшные моменты того дня, которые он уже вряд ли забудет. Вот выпрыгивает из скорой помощи первый зомби, а вот зараженная медсестра терзает припозднившегося пьянчугу. И ведь их было всего лишь двое! Потом, конечно, были и другие, в аэропорту и на вокзале, но началось с двоих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
