Улыбнувшись своим мыслям, Евгения накрыла крышкой кастрюлю, уменьшила огонь и поспешила в прихожую, по пути заглянув в зеркало — не растрепалась ли, хороша ли?
По дороге споткнулась о Кузьму, тоже выскочившего встречать хозяина.
— Ах ты глупый! Куда лезешь? — подхватила котенка и посадила его на верхнюю полку вешалки — Кузьке всё будет видно, там на него никто не наступит, а слезть он потом и по одежде сможет.
И распахнула дверь.
Улыбка всё ещё блуждала по её лицу — не успела перестроиться, когда свёкор бесцеремонно отодвинул Женю в сторону и вошёл в квартиру.
— А Дениса нет, — бросилась она вдогонку.
— Как — нет? А где же он? — мужчина остановился, будто налетев на стену. Повернулся к девушке. — Впрочем, мне и тебя хватит.
Женя, увидев выражение лица Валерия Вадимовича, попятилась назад к двери, мужчина наступал, слегка наклонившись, нависая над ней.
— Сучка! — выдохнул он. — Задурила мужику голову и рада? Думаешь, тебе это так с рук и сойдет? Я всю вашу гнилую натуру, бабскую, насквозь вижу!
— Валерий Вадимович, вам лучше уйти! — стараясь, чтобы голос не дрожал, выговорила Евгения. Ссориться с отцом мужа она не хотела, но свёкор был в неадеквате, разговаривать бесполезно. Тем более, она не желала оставаться с ним один на один.
— Да кто ты такая, указывать, что мне делать? — возмутился мужчина. — Шалава! Думала, что всё, Денис у тебя на поводке? Нет, милая, у Дениса еще и отец есть, ему так легко мозги не запудришь! Я выведу тебя на чистую воду!
— Уходите!
— Это не я, а ты вылетишь отсюда в три счета! Как только мой сын узнает, какая ты сучка, ноги твоей ни в этой квартире, ни в городе не будет, — и резко выпрямился, будто только что его посетило озарение. — А, так я понял, почему Денис квартиру продает и куда-то уезжать собрался — это же все ты?! Думаешь, утащишь моего сына подальше, и я ничего не смогу сделать? Ошибаешься! У меня руки длинные, отовсюду достану, и раз сын подкаблучник, я сам с тобой разберусь. Говори, от кого нагуляла?
Женя испуганно отшатнулась от свёкра и судорожно сглотнула, не в силах отвести взгляд от его глаз, горящих ненавистью и злобой.
— Валерий Вадимович, уходите! — голос уже дрожал, спина уперлась в вешалку, отступать Жене было больше некуда. — Вы опомнитесь, вам потом будет стыдно за такие слова. Неужели вы не понимаете, что Денис сделает с вами, когда узнает, что вы мне тут говорили? Если вы продолжите в том же духе, то рискуете окончательно потерять сына и внука никогда не увидеть!
— Какого внука? Щенка, которого ты где-то нагуляла? Неужели ты не понимаешь, что впарить чужого ублюдка у тебя не получится? Мой сын выкинет тебя на улицу, а я ему помогу. Девок у него может быть сколько угодно, а родители — одни, других не будет.
— Вы не можете так со мной говорить, я ни в чем не виновата! Уходите или я вызову полицию, вас посадят за нападение на женщину! На беременную женщину! — в отчаянье воскликнула Женя и ахнула, когда рука Валерия Вадимовича больно ухватила её за предплечье, а вторая рука сделала движение, будто собирается ударить ей в живот.
— Ты кому угрожаешь, шлюшка? Беременная, говоришь? Сейчас исправим, и ты ничего не докажешь!
Едва не теряя сознание от ужаса, Женя рванула, что было сил, уходя в сторону, чтобы удар прошел по касательной, а не прямо в живот. Пальцы, стискивавшие её предплечье, разжались, и Евгения, уже падая на пол, увидела, как что-то свалилось свёкру на голову.
Мужчина взревел, как раненый тигр.
Раньше Жене никогда не приходилось слышать, как ревут раненые тигры или другие звери, поэтому, может быть, Валерий Вадимович ревел, как подстреленный бизон. Или слон. Во всяком случае, именно с грацией последнего свёкор сейчас и метался по небольшой прихожей, снося все препятствия. Молодая женщина еле успела заползти в угол за входной дверью и теперь испуганно следила за траекторией передвижений мужчины.
Изрыгая ругательства вперемешку с возгласами боли, он пытался стянуть с головы какую-то тряпку. Присмотревшись, Женя опознала в ней свою ветровку и удивилась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сначала — реакции Валерия Вадимовича — не могла же ветровка его ранить? А потом — себе, что ещё способна удивляться. Хотя ей не представление нужно смотреть, а поскорее убраться от свихнувшегося свёкра подальше. Дверь не давала возможности быстро выбраться в подъезд, где можно позвать людей на помощь, а дорогу в комнаты, где есть телефон, перекрывал ревущий мужчина.
Наконец, ему удалось сдернуть ветровку, и Женя поняла, отчего незваный гость так орет — на голове свёкра, вцепившись всеми четырьмя лапками, вооруженными крепкими рыболовными крючками, растопырился Кузьма. Через одну щеку мужчины тянулись четыре глубокие царапины, сочащиеся кровью, с другой стороны головы когтистая лапка зацепилась за веко, заливая кровью и эту половину. Перепуганный котёнок шипел и прижимался к голове, а Валерий Вадимович не знал, как снять с себя зверька, чтобы не остаться без глаза.
— Убери… это! — наконец, не выдержал свёкор.
Ситуация из страшной становилась трагикомической.
Видимо, от перенесенного испуга, нервы Жени не выдержали, и она, зажав рот рукой, принялась смеяться.
— Чего ржешь, идиотка? Сними кошку! Я же сейчас освобожусь, и ты пожалеешь, что на свет родилась!
— Я… ха-ха-ха! Я на вас… ха-ха-ха! Снова Кузьму натравлю, если продолжите меня оскорблять! Он же… ха-ха-ха! охранный обученный кот, в ЧОПе служит, по ночам… ха-ха! Обходы выполняет. А ну, сядьте на пол! — отсмеявшись, неожиданно для себя грубо скомандовала она. — Если не хотите, чтобы я сняла Кузю вместе с вашим скальпом!
Валерий Вадимович завис на секунду, но тут котенок издал утробное «Мяу» и сделал хватательное движение лапками, углубляя захват, и мужчина, сдавленно застонав, послушно плюхнулся на пол.
— Кузя! Ку-у-зенька!
Котенок вращал глазами и Женю не узнавал.
Правильно — сидел себе на полочке, никого не трогал, вдруг полочка покачнулась, и он упал на что-то странное, что принялось кричать и биться о стены. Причем, еще с головой тряпкой накрыло. Конечно, Кузьма испугался и сделал то, что ему велел инстинкт — как можно крепче вцепился в свой «насест».
— Кузя, кыс-кыс-кыс! Хочешь сметанки? Курочки?
Взгляд котенка принял осмысленное выражение — вот она, магия любимых блюд!
— Мя?
— Да, курочку, сметанки. И кусочки в соусе. Шебу. Хочешь?
— Мр-мя.
— Вот и умница. Иди-ка ко мне, — осторожно отцепила одну переднюю лапку, перехватила, проделала тоже самое со второй. А задними, мстительно улыбнувшись, позволила зверьку «прошагать» по волосистой части головы свёкра, отмечая, как тот дергается от каждого когтистого «шага».
А не будет врываться в чужой дом, оскорблять и руками махать! Чудо, что Кузьма так удачно упал, и она смогла увернуться от удара, иначе могла потерять малыша.
Прижав к себе рыжего друга, молодая женщина выпрямилась и отступила в сторону, широко распахнув дверь.
— Уходите, и больше никогда не возвращайтесь!
Валерий Вадимович встал и уже открыл рот, чтобы оставить последнее слово за собой, но тут ручеек крови из разорванного века дополз до его шеи, а Кузьма, испугавшись высокой фигуры незваного гостя, сердито зашипел, и мужчина молча покинул квартиру.
Силы оставили, Женя, как стояла, так и села на пол, прижимая к себе взъерошенного котенка и глотая градом посыпавшиеся слёзы. Кузя притих, а потом включил мурчалку, все громче и громче наращивая звук и вибрацию. Кто бы мог подумать, насколько хорошее успокоительное мурчащая кошка!
— Женя, что случилось? — Денис возник, будто из ниоткуда. Погруженная в свои переживания, она не слышала, как он поднимался по лестнице, только вздрогнула, возвращаясь в реальность.
— Женя, милая, что случилось? — Денис присел перед ней, обнял, мягко высвободив изрядно пожамканного котёнка. — Внизу встретил отца, всего в крови. Он от меня, как черт от ладана шарахнулся, бегом в машину и уехал, будто за ним инквизиция гонится. Я так испугался… С тобой все в порядке?
