и поцеловал под бурные овации родственников.
Но кольца пока не подарил. Решили же какое-то время общаться, чтобы узнать друг друга лучше, пусть так и будет.
Вечер мы дружной компанией провели в ресторане, и после наших рассказов, пересказов истории с гонками, и про то, как де Анджело собирал документы по личному приказу короля, и какие порой комичные моменты возникали, после того как люди узнавали, зачем эти старые и ненужные бумаги кому-то вдруг понадобились.
Другими словами, у меня в стране уже есть поклонники и русская община, и приглашение в Ирландию для личного знакомства с дальними родственниками.
И посреди всей этой кутерьмы, смеха и рассказов, я вдруг ощутила себя в своей тарелке. Это те люди, вреди которых я хочу жить, хочу быть им полезной.
И Тэодор, он ведь реально король, и забот у него столько ежедневно, что от одного предположения о его ежедневном списке дел голова кругом. Но он так запросто, сидит с нами рядом, рассуждает, обсуждает и, кажется, он тоже хочет принять участие в проекте Роберта и Кайла. У нас наметился «Королевский автомобильный сервис Швейцарии». Вот уж неожиданно, но так приятно.
— Девочка моя, ты счастлива? — Матильда подсела ко мне, и теперь мы вместе наблюдаем за увлечённой беседой мужчин на гаражные темы.
— Сама не верю в своё счастье, это какая-то сказка. Но я пока не могу быть точно уверенной, что смогу составить ему достойную партию, — шепчу Матильде, а Тэо словно услышал, повернул голову и долго посмотрел на меня. С такой нежностью, что я уже всё про себя поняла. Когда бы он ни задал этот вопрос, у меня уже готов. ответ.
Глава 53. Соперница
Тэодор оказался прав насчёт своего расписания. Наши короткие встречи случаются редко, не раз в неделю, но и не каждый день, всё в рамках приличия, ведь мы пока «друзья». Но зато неизменно и регулярно, мне привозят утренние букеты от Его Величества, и подписанные лично открытки. Самое приятное, что цветы не из магазина, а из оранжереи дворца, не удивлюсь, если он сам их срезает утром. Так это мило. Но лучше бы нам просто встречаться и гулять, общаться.
На меня тоже «свалился» внушительный список дел, потому что я ещё не сказала «да» ему, но вот королеве отказать не посмела.
А она взяла меня в оборот. И Аннушку! Та отнекивалась, стеснялась, но потом решилась, когда её лично попросила королева-мать заняться сиротским приютом.
Девушка-сирота лучше всех понимает, как нужно устроить быт детей. К слову сказать, их не так и много, зачастую это дети мигрантов, или разорившихся крестьян. Но это дети, и наша страна не такая бедная, чтобы не сделать для них жизнь приятнее, безопаснее и счастливее.
Мы вернулись с Аней с очередного благотворительного мероприятия, и я вспомнила о важном деле:
— Анна, пока ты не уехала к Роберту, хочу отдать тебе одну вещь. Она хранилась в сейфе у господина барона, и вчера я попросила его привезти.
Поймала Анну за руку, развернула ладонью кверху и положила футляр с кольцом, точнее, это не столько кольцо, сколько огромный бриллиант, подаренный мне её отцом.
— Что это? — она прошептала, сначала не поняла.
— Аня, это очень дорогое кольцо, оно стоит около двухсот тысяч. Ну, если ювелир не преувеличил. Его подарил мне герцог а я не успела вернуть. Это твоё приданое, он в долгу перед тобой, и не спорь. Продайте его и постройте дом с Робертом. Он же сделал тебе предложение. Поверь, не стоит отказываться от этой вещи.
Компенсация за все страдания и вполне достойная.
Она с недоверием открыла футляр, долго рассматривала сияющий камень и вернула мне:
— Попроси господина барона продать выгодно это кольцо и отдайте мне деньги.
Это справедливо, но кольцо и память об этом ужасном человеке не хочу оставлять, и даже в руках держать не хочу.
Мы обнялись, и я пообещала, что барон наилучшим образом всё уладит. Но настроение ей колечко испортило. Сразу видно, что неприятные воспоминания нахлынули. Анна быстро попрощалась, ещё раз взглянула на футляр и вышла. У неё много дел перед свадьбой с Робертом.
А у меня свои дела, наконец, составила подробный запрос под чутким руководством барона на создание нового департамента!
Подумать только! Я создам ГАИ в этом мире!
Главный гаишник королевства. Стоит об этом подумать и начинаю глупо смеяться, барон не понимает и сердится, что я отвлекаюсь. А я ему даже объяснить не могу пикантность ситуации, знал бы он, какая это должность.
Зато с Димой-Робертом, мы над этим казусом потешаемся вдоволь. До слёз. Он обещал мне фуражку и палку полосатую подарить, когда короли подпишут указ!
Мы три недели вспоминали все правила, записывали их, планировали разметки.
Самые простые знаки, чтобы даже неграмотный крестьянин мог понять, что с телегой тут нельзя или, наоборот, можно!
Работы на годы!
Но зато Его Величество подарил мне небольшую машину, и я теперь свободная, независимая и могу ездить куда хочу, когда хочу, и никого не просить, и не ждать.
А главное, люди меня воспринимают как данность.
«А, это та дамочка, что обставила короля в гонках!» — примерно так меня и зовут.
Сегодня подготовила последний лист с правилами, и пояснения к ним, всё нарисовано, подписано. И пора везти эту красоту к Его Величеству!
А заодно и встретиться, а то за этой работой на личную жизнь у нас времени не осталось.
Собираю две больших папки с бумагами.
Придирчиво осматриваю свой вид в зеркало. Платье простовато для визита во дворец. Переодеваться не хочется. Но нужно!
Простое, стильное платье без корсета, с множеством тонких слоёв, «Платье нимфы» нежно-голубого оттенка. Вместо шляпки закрепляю в волосах цветы. И в завершение простенького наряда выбираю длинные кружевные перчатки из сундука тёти, такие уже не носят, но вполне в духе имперского стиля времён Бонапарта. Эксцентрично, откровенно и даже немного пикантно. Зато необычно.
В таком виде не стыдно показаться при дворе.
Быстро приезжаю во дворец и начинаю волноваться, до сих пор каждая встреча с королём вызывает во мне бурю эмоций, но сегодня всё как-то иначе замечаю непривычную суету.
Что-то происходит? Кто-то важный приехал?
Хотела спросить, что случилось у лакея. Но меня перехватила на входе старшая фрейлина королевы Гертруда.
— Дорогая, это катастрофа! Приехала Виктория!
— Как приехала? — я не поняла, она же отказала Тэодору. Что
