покачал головой я.
– А ты примерь, – ответила Ягиня.
Я пожал плечами. Скинул пиджак и рубашку. Немного смутился, что остался обнаженным. Да и хозяйка насмешливо рассматривала меня и зачем-то облизнулась. Потому быстро надел обновку. Осторожно повел плечами. Поднял и опустил руки. И к моему удивлению, она оказалась впору. А ткань не казалась такой грубой. Девушка пристально осмотрела меня и осталась довольна.
– То есть в этой рубахе я не погибну? – уточнил я.
Ягиня только пожала плечами:
– Это ведает только Всевидящая Мать. Но вряд ли она ответит тебе на этот вопрос.
Оптимизма это заявление не придавало.
– Готов? – склонив голову, спросила девушка.
Где-то над крышей послышалось клокотание. И я поднял голову.
– Это лебеди, – спокойно ответила Ягиня. – Тебе не стоит их бояться. Пока.
– И куда они летят?
– За реку, – произнесла женщина. – Провожают души на ту сторону.
Отчего-то мне вспомнилась серебристая лента реки, которую я видел за деревьями. И от этой мысли меня передернуло. Заметив мою реакцию, хозяйка избы улыбнулась.
– Не беспокойся. Для того я здесь и обитаю. Чтобы никто лишний не ушел и не пришел.
Я зябко поежился. В комнате почему-то стало очень холодно. Ноздри уловили едва заметный запах тлена. А еще фиалок и нарциссов. Впрочем, морок быстро пропал. И я так и не понял, было ли это на самом деле, или просто показалось.
– Погоди.
Ягиня покопалась в корзине и вынула из нее ярко блестевший клубок. В ее пальцах он, казалось, сиял чистым золотом. Но едва предмет лег мне в ладонь, как я почувствовал кожей мягкую шерсть.
– Спасибо, – я склонил голову. – Я верну. Обязательно.
– Попробуй только присвоить мое, – женщина хлопнула в ладоши и мне послышалось, будто птица забила мокрыми крыльями. – Ладно, тебе пора. Друзья уже заждались.
Она указала в сторону выхода, и дверь со скрипом открылась, повинуясь приказу. Я шагнул к порогу. Сильный порыв ветра оторвал меня от пола, поднял в воздух. А через секунду мягко опустил на поляну.
– Кинь клубок на землю, и он сам приведет тебя, – послышался приглушенный женский голос. И я послушался. Зажал в пальцах кончик нити и бросил клубок на землю.
В первую секунду мне подумалось, что вещица вовсе не имеет волшебной силы. Однако клубок завибрировал, а потом, весело подпрыгивая, покатился в траве, указывая мне дорогу.
– Работает компас, – протянул я, глядя на оставленную нить. И направился по следу.
* * *
На поляну я вышел, когда изрядно стемнело. Весь исцарапанный сухими ветвями. Несколько километров назад я заметил между стволов деревьев огонек и пошел в его сторону. Зрение сыграло со мной жестокую шутку. Мне казалось, что до источника света рукой подать, но добрался я до него лишь спустя пару часов.
Я оперся рукой о шероховатый ствол дуба и выдохнул. Передо мной раскинулась поросль колючего кустарника. Едва заметная тропа вилась среди бурьяна и вела к дому.
С виду тот был похож на охотничью сторожку. Только вот никаких охотничьих зон и угодий в Лихолесье никогда не было.
Строение было старым, скособоченным, вросшим в землю, с заваленной замшелыми ветками и палой листвой крышей. Окна дома оказались забраны потемневшими от времени досками. Сквозь щели виднелись мутные стекла. Я с опаской покосился на крыльцо, которое вело к покосившейся, грубо сколоченной двери. Продавленные ступени зияли проломами.
Я подошел к крыльцу, коснулся Плетения прыжка и перенесся на верхнюю ступень. Правая нога соскользнула, и я нелепо взмахнул руками, удерживая равновесие. Выпрямился, с облегчением выдохнул. Ухватился за проржавевшую ручку и потянул ее на себя. Дверь с протяжным скрипом распахнулась, приглашая меня внутрь.
Пахнуло мхом, стоячей водой и гниющей ветошью. Под потолком забилась летучая мышь, которая не решилась вылететь и застыла на месте, пуча глаза бусинки и открывая зубатый рот.
Убранство лесной избы было весьма скудным. Печь в углу, несколько полок вдоль стены, на которых виднелись банки с мутным содержимым. Под потолком висели пучки пыльных палок, бывших когда-то травами. Широкая лавка растянулась у занавешенной тряпкой окна. Большой стол когда-то был добротным, но кто-то однажды сломал его и наскоро скрепил ножки со столешницей длинными темными гвоздями. На полу лежал грязный домотканый ковер. Его угол завернулся, явив крышку подвальной двери.
Но все это я отметил попутно. Потому как все мое внимание привлекла лежащая на лавке девушка. Та сложила руки на груди, и, казалось, спала. Красивая, тонкокостная, с аккуратным носиком, пухлыми губами и длинными ресницами, отбрасывающими кружевные тени на бледные щеки. Только вот даже в полумраке я заметил, что кожа ее бела как снег. Я сощурился, пытаясь понять, поднимается ли ее грудная клетка. Но не смог отвести глаз от выреза белого сарафана, в котором виднелась пышная грудь.
Отвлекло меня то, что люк подпола дрогнул. А затем я услышал приглушенный голос: «Помогите…» Значит, пленники там.
Не сводя напряженного взгляда с неподвижной девушки, я сделал осторожный шаг в сторону люка. Еще один. И в этот момент, ощутил за спиной какое-то движение. И сразу же в голове яркой вспышкой блеснула мысль: обманули! Она смогла навести качественный морок. А сама пряталась за печкой.
Реакция моя была моментальной. Я ушел в сторону, пропуская перед собой широкую лапу с длинными черными когтями.
Активировал Броню и развернулся, на ходу касаясь Плетения призыва. Послышался треск. Тяжелое лезвие ослепительно белого меча проломило крышу, а затем вонзилось в пол. Я же активировал Слово усиления и положил ладонь на широкую рукоять, вытаскивая оружие из серых прогнивших досок.
– Неплохо, бесоборец, – послышалось шипение сбоку.
Голос был неприятным. Скрипучим, словно кто-то открывал и закрывал дверь чулана с несмазанными петлями.
Я обернулся. В паре шагов от меня стояла грязная баба в сером изодранном сарафане. Высокая, ссутулившаяся, с длинными руками, свисающими ниже колен. Когти царапали пол.
Она не атаковала. Просто стояла, склонив голову и с интересом рассматривая меня. Ее лицо было изрезано глубокими морщинами. А на кончике длинного крючковатого носа красовалась большая бородавка. Спутанные седые волосы свисали редкой паклей. А еще на кривом лице был только один глаз. И я наконец смекнул, кто передо мной.
– Бесоборец, – проскрипела баба и облизнула тонкие бескровные губы. – Молодой. Скоро пойдет в печь. А я отведаю сочного мяса. Хотя… Может быть, ты сам в печь залезешь? Сберегли бы время.
– Вот еще, – фыркнул я. – Обойдешься, мерзкая бабка.
Лицо старухи исказила гримаса злости. Она оскалилась, продемонстрировав длинные желтые клыки:
– Зря вы меня разбудили! – рявкнула она, и я отшатнулся. В ушах зазвенело. А затем Лихо бросилось на меня.
Я отпрыгнул в сторону, на ходу активируя Плетения. Щит, Сила, Внутренний огонь. С потолка упал Молот света.
