голосом. — Но и нас поймите: вы несанкционированно вторглись на враждебную территорию, да ещё и напали на одну из наших тюрем.
— У меня не было цели развязать войну, — ответил я. — Я пришёл за своими людьми, которых вероломно заключили в темницу.
— Уважаю вашу заботу о друзьях, — произнёс он, наигранно улыбаясь, словно наблюдал забавную игру. — Но Правила едины для всех, если мы начнём их нарушать, то чем мы будем отличаться от дикарей?
— Канцлер, давайте не будем заниматься игрой слов, — произнёс я. — Сложившаяся ситуация невыгодна ни для одной из сторон. Ни я, ни вы не желаем устраивать бой, который определённо скажется на стабильности данной планеты.
— Зрите в корень, — согласился он, его глаза мерцали. — Но и просто так разгуливать вам мы не можем позволить… Война и всё такое, мы же вроде с вами как враги.
— Ваши предложения? — приподняв бровь, поинтересовался я.
— Я, собственно, готов пойти вам на встречу и позволить уйти с миром, — медленно проговорил он, — но и вы пообещайте впредь не вмешиваться в нашу устоявшуюся систему.
— Хорошо, — согласился я. — Но если вы, канцлер, пообещаете, что один дорогой для меня человек, живущий на Земле, будет в безопасности и не станет предметом шантажа.
— Вы верно говорите о своей матушке? — задумчиво проговорил он. — Знаю, знаю… Но я не могу ничего обещать не в текущих реалиях, меня не правильно поймут. Если пожелаете, мои люди доставят её вам, дабы вы могли забрать её с собой, раз и навсегда. Мне важно спокойствие в этом мире и впредь не хотелось бы, чтобы подобные ситуации возникали, поэтому решить разногласия необходимо прямо здесь и сейчас.
Противоречия бушевали внутри меня, разрывая на части. С одной стороны, я не хотел вмешиваться в жизнь матери, но с другой — понимал, что это единственный шанс в ближайшие годы. Оставить её здесь означало подарить врагу мощный рычаг давления, которым они могли бы манипулировать мной.
«Что⁈» — я замер от неожиданности, но моё тело уже действовало на автопилоте.
Этот ублюдок намеренно тянул время, готовясь к масштабному заклинанию. Они не рискнули перемещать меня через планету и выбросили в открытый космос. Вокруг на километры раскинулся кристаллический барьер, известный как Темница Богов.
«Значит, их как минимум пятеро», — промелькнуло в голове. Для создания такого барьера требовались четверо одарённых божественного ранга, и явно не самых слабых. Количество энергии, необходимое для поддержания этой тюрьмы, было колоссальным.
«Слишком много думаю!» — я успел заметить формирующуюся сферу и в последний момент увернулся от луча чистой энергии. Но он, словно живая тварь, с невероятной скоростью преследовал меня. Десяток моих фантомов, которых я планировал использовать для разрушения сферы, были уничтожены в мгновение ока под напором чужой силы.
«Это плохо, очень плохо», — пронеслось в голове, когда следующие минуты превратились в гонку со смертью. Задержаться на одном месте даже на миг означало смерть — настолько мощной была концентрация энергии в слаженной атаке сильнейших одарённых Альянса.
Сфера, способная материализовать бесконечное количество энергии, не принадлежала какому-то одному направлению. Любой одарённый ранга полубога и выше мог создать подобную атаку, просто влив свою силу. Но то, что я видел сейчас, было просто нечто.
Я издал болезненный стон, чувствуя, как моя рука начинает восстанавливаться. Но это была не просто физическая боль — атака повредила мой энергетический каркас, и на его восстановление потребуются долгие часы.
Единственным шансом на выживание было тянуть время. Я знал, что они не смогут вечно поддерживать такие затратные заклинания, но любая ошибка могла стать фатальной. Враг уже задействовал новые заклинания.
Потоки ревущего пламени заполняли собой пространство, превращая его в адское пекло. Только многослойные барьеры из фантомов спасали меня от мгновенной гибели.
«Никакой системы, только хаотические перемещения, ублюдки!» — мысленно выругался я, мгновенно перемещаясь на километр влево. Пространство вокруг сжималось и искажалось, словно живое существо, пытаясь поймать меня в ловушку.
Спустя ещё десяток минут больше половины моих фантомов уже перестали существовать. Они могли бы восстановиться, но для этого нужен был прямой контакт с первостихией, а меня от неё отрезали. Я мог распоряжаться только тем запасом энергии, который был внутри моего ядра, а он уже находился на критически низком уровне — около 30% от общего объёма.
Попытка создать портал с помощью моих особых способностей не увенчалась успехом. Всё пространство было дестабилизировано и насыщено чужеродной энергией, из-за чего только начавший формироваться портал тут же рассеивался, словно дым на ветру.
Я чувствовал, как силы покидают меня, а враг становится всё более уверенным в своей победе. Но сдаваться было не в моих правилах.
* * *
Мои отчаянные попытки вырваться из ловушки не приводили ни к какому результату. Всего 5% энергии оставалось в моём истощённом ядре. Противник, исчерпав запасы качественной магии, перешёл к массированной атаке. Девять сфер, парящих в пространстве, испускали лучи, разрезающие саму ткань реальности. Моё тело уже обзавелось двумя зияющими отверстиями — уклоняться от девяти лучей, пусть и менее мощных, чем раньше, стало практически невозможно. А ведь это не считая других заклинаний, которые постоянно пытались пробить мои последние барьеры.
«Ну вот и всё… Как бы силён я ни становился, каждый раз находится кто-то сильнее, кто готов щёлкнуть меня по носу», — с горечью подумал я, готовясь к бесславной смерти.
Внезапно я услышал удар — нет, УДАР! Словно гигантский молот, годами ковавший судьбы, обрушился на древнюю наковальню. Шесть раз эхом прокатился по пространству этот грохот, и барьер, наконец, затрещал, покрываясь сетью трещин, но всё ещё сохраняя свою целостность.
«Это шанс!» — воскликнул я, со всей оставшейся силой устремившись к одной из стенок барьера. Вложив последние крупицы энергии в единственный «Прокол пространства», я пытался создать хотя бы крохотную брешь в этой несокрушимой стене.
«Да-да-да!» — кричал я, буквально протискиваясь через узкую щель, которая могла стать моим спасением. Каждое мгновение казалось вечностью, пока я продирался через искажённое пространство, но я знал — это мой единственный шанс на выживание.
— Иди, иди сюда, негодник! — прогремел чужой голос в моей голове, словно раскаты грома среди ясного неба. Меня буквально выдернуло из ловушки, словно котёнка за шкирку, и швырнуло наружу. Мощнейший поток живительной энергии тут же хлынул в моё измученное тело, затягивая раны и восстанавливая силы.
— Ну и устроил же ты представление! Говорили тебе,
