он, тщательно подбирая слова, — вы наверняка знаете требования Империй Альянса. Все подвластные миры обязаны платить налоги, включая поставки колонизаторов и рекрутов в другие колонии. Даруя беззаботную жизнь и будущее миллиардам, я был вынужден отправлять две тысячи человек ежемесячно. Но мы никого не принуждали силой — всем добровольцам либо их семьям мы выплачивали Системную валюту, а также обеспечивали жильем и образованием. Поэтому я не чувствую за собой вины. Я искренне не знаю, что происходит с людьми дальше. Возможно те, кто не нашли своего счастья на земле, находят свое призвание там.
Самое интересное заключалось в том, что Сайто действительно верил в свои слова и при этом он ни разу мне не соврал. Однако в нем преобладал страх, буквально животный страх передо мной, но не за людей, нет, и не за свое правление в целом-то успешное правление. Он искренне считает, что я явился мстить за организацию моего убийства, а также за поимку моих товарищей, а также захватить власть на планете.
— Прежде чем мы продолжим нашу безусловно интересную беседу, отмени свои указания, зачем людей зря гонять, пускай отдыхают. — Созерцая сад, настоятельно попросил я одаренного.
— Дай мне минуту Фауст-сан. — Кивнул Сайто, а взгляд его тем временем стал рассеянным. — Я выполнил твое пожелание. — Спустя пол минуты ответил он, привлекая мое внимание.
Глава 22
— Что будет дальше? — твёрдо спросил Сайто, хотя сам был на грани эмоционального срыва. Его голос дрожал, но он старался держаться уверенно, глядя мне прямо в глаза.
Понятно, что после устранения одного из аватаров Порядка и Канцлера, который присматривал за этим миром, у японца были все основания предполагать, что я пришёл захватить власть. Но я был вынужден его разочаровать. В моей голове проносились мысли о том, как сложно порой бывает развеять чужие ожидания.
— А ничего, собственно, — неопределённо пожал я плечами, стараясь сделать вид, что происходящее меня мало касается. — По крайней мере для тебя и жителей планеты.
Неверие, надежда, сомнения терзали голову Сайто. В его картине мира всё было очевидно: сильные захватывают и порабощают слабых. Он не мог понять, почему я не собираюсь воспользоваться своим преимуществом.
— Но как?.. — начал было он, его голос дрогнул, словно он сам не верил в то, что говорит.
— Да никак, — заставил я его в очередной раз замолчать. — Лично я не собираюсь ничего менять в устоявшейся политике, однако тебе в скором времени придётся присягнуть нашему Императору. Но это вопрос будущего, а сейчас у тебя остался ещё один должок.
Сайто простонал, словно от невыносимой боли. Он понимал, что я не шучу, и что его ждёт нечто ужасное.
Я не стал менять обстановку и погружать его в глубокую иллюзию, но и так одаренный смог прочувствовать самый разный спектр болевых ощущений. Десятка клинков проткнули его тело с разных сторон, и он корчился от боли, пытаясь закричать, но я не желал, чтобы сюда сбежался весь персонал башни, поэтому благоразумно заткнул ему рот.
— Мммммм!!! — продолжал корчиться от боли Сайто, его тело содрогалось в конвульсиях.
— А это тебе должок за мою смерть, а также за слёзы матери, — смотря ему в глаза, наблюдал, как несколько фантомов, словно змеи, обвили его тело, впиваясь в мягкую плоть своими острыми зубами. Я видел, как страх и боль отразились в его глазах, и это доставляло мне странное удовлетворение.
Не сомневаюсь, что к фантомным болям, вызванным иллюзией, добавилась и реальная боль. Все же фантомы при контакте с жертвой повреждали как плоть, так и энергетическую структуру одаренных. Сайто извивался, пытаясь сбросить с себя фантомов, но они были слишком быстры и сильны.
В воздухе витал запах страха и боли, и я наслаждался этим ароматом, хоть и понимал, что это банальная месть, а не акт восстановления справедливости, но так или иначе, он понес заслуженное наказание и получил по заслугам.
— Ладно, хватит с тебя, — махнул я рукой, прекращая пытки. Всё же я не был садистом.
Наслаждаясь ароматным напитком, я стал ждать, когда одаренный оклемается после пережитого кошмара. Но по всей видимости, произошедшее очень сильно сказалось на его эмоциональном состоянии. Сайто просто сидел и плакал, при этом сохраняя осанку и замер в величественной позе, как это диктовали традиции его родины. Его плечи слегка дрожали, а слёзы оставляли блестящие дорожки на щеках.
Прошло два часа, прежде чем он смог заговорить.
— Простите, Фауст-сан, — произнёс Сайто срывающимся голосом. — Это было заслуженное наказание.
— Во как… А я уж думал, ты затаишь обиду, будешь ненавидеть меня, — ответил я, и мои губы растянулись в змеином оскале. — Поистине человеческая душа — потемки, так говорили у меня на родине.
— В общем так, раз уж ты готов к разговору, то слушай первую мою просьбу: ты восстанавливаешь доброе имя моих друзей, компенсируешь им все издержки, связанные с проведённым в заточении временем. Деньги, жильё… Дальше уже сами обсудите условия.
Затем я продолжил, чётко формулируя свои требования:
— Этого мелкого предателя Тура лишить титула, на его место можешь как раз поставить кого-нибудь из ребят. Я думаю, кто-то да согласится. И вообще, все предатели должны быть лишены текущего статуса. Их карьера и счастливая жизнь должны закончиться уже завтра. Учти, я проверю. Список виновных, кто был ко мне приближён, тебе известен лучше меня.
Каждое слово падало тяжёлым молотом, подчёркивая серьёзность моих намерений. Я видел, как Сайто напряжённо слушает, впитывая каждое слово.
— Пожалуй, этих пожеланий будет достаточно. А теперь распорядись доставить друзей сюда, — сказал я.
Сайто лишь кивнул, его взгляд снова рассеялся, словно он погрузился в свои мысли. Через десять минут я смог лицезреть ошарашенные лица друзей и знакомых. Они стояли передо мной, не веря своим глазам. Рэм же, как всегда, сохранял невозмутимый вид, будто всё происходящее его не касалось.
— Воу! Вот это поворот! — воскликнул Лис, не сдержав эмоций. — Я верил, что ты надерёшь им задницу!
— Так, ребята, у меня мало времени, поэтому слушайте, что будет дальше, — начал я, стараясь собраться с мыслями.
И я пустился в рассказ о том, что ждёт их в будущем. Я предоставил им возможность самим определить свою судьбу: чем именно заниматься. Это возможность просто отдыхать и наслаждаться жизнью или править какой-нибудь провинцией, а может, потратить
