на дипломатический вопрос зазнобы. — О чём-то же вы говорили? Понятно, что ты за ними не следил, но, может?..
— О многом они поведали мне, не скрою, — уже совершенно не таясь, ухмыльнулся Качикано. — Но у меня всё из головы вылетело: что мне заботы отмеченного духами старика, от великого ума подобного ребёнку? А на Лукиньо, буду откровенен, мне и вовсе плевать, старший касик!
Ага, вон он как запел! Ладно, так и запишем: торгуется. Вернее, прощупывает почву для сделки. Теперь главное не спугнуть. И чтобы кто-нибудь ещё типа шамана Агуэя не припёрся в разгар торга…
— «Первый» «Четвёртому», — ожил эфир.
— Внимательно.
— Вань, тут суета какая-то начинается. Народ потихоньку подтягивается, толпятся вокруг глайдера, да на «Третьего» пялятся.
— Агрессивно? — уточнил я.
— Скорее с любопытством. Пальцами тычут и ухмыляются.
— Э-э-э… а собираются сами, стихийно, или шаман подсуетился?
— Шаман свалил в джунгли, — огорошил меня Розанов, — так что митинг стихийный.
Н-да… странно это, странно это, быть беде. Я-то по наивности своей ожидал, что Агуэй начнёт воду мутить, а тот взял, да и дал по тапкам! Видимо, и впрямь местные служители культа весьма далеки от народа. Впрочем, нам же и проще…
— Ну и ладно тогда.
— Указания?
— Бдите. Думаю, обойдётся без силового воздействия. Но если что, предупреждай, дядь Мить.
— Принято, — заверил тот. — Отбой связи.
— Так на чём мы остановились? — снова задумчиво покосился я на касика. — Что-то с памятью твоей стало?
— Ага, — кивнул тот, — стало. С моей. Тут помню, а там не помню. Помню, из гамака вывалился… и затылком ударился. Вот такая незадача, старший касик!
— Хм… а если я тебе сейчас по башке дам? — задумался я вслух. — Ну, чтобы память простимулировать?
— Думаю, не сработает, старший касик. Только хуже сделаешь. Возможно, я и тебя самого сразу же забуду. Глупо получится, не находишь?
Да чтоб тебя! Вот это плут… что я там говорил про природную хитрость? Вот не угадал ни разу! Это не хитрость, это откровенное издевательство. Такое ощущение, что младший касик Качикано воспринимает происходящее как… развлечение?.. Фига себе… это до какого же отчаяния надо дойти в борьбе со скукой, если для него бодание с наследником рода, по одному слову которого весь архипелаг может исчезнуть с лица Гессионы, крайне забавная ситуация? Да и пьянство… я могу понять, когда в бутылку лезут от осточертевшей реальности, от доставшей до печёнок обузы, от которой иным способом не спрячешься, но чтобы младший касик, на котором целое поселение? Не, это даже для меня слишком наплевательский подход. Ну ладно, если бы ему лет под восемьдесят уже было, из которых он две трети на своём посту просидел… но этот-то молодой ещё!..
Стоп! Молодой… хм… у меня есть мысль, и я её думаю. А не замешаны ли здесь некие «булыжнички», у одного из которых, я точно знаю, выявлены свойства, которые невозможно объяснить с точки зрения современной науки? А этот момент неплохо бы и уточнить… вот только как мотивировать чёртова аборигена? Побои, есть у меня такое подозрение, не помогут. А подкупить его тупо нечем… даже поставки удваивать бессмысленно, ну не нужно столько ширпотреба местным! Бухлом залить? Ну уж нет, чего-чего, а алкогольного геноцида мне на Ликейском архипелаге точно не надо. Что же делать, что же предложить?.. Офигеть какая сложная задача, когда имеешь дело с пресытившимся типом. Ведь у него, по сути, единственный враг — скука. А как её можно победить? Н-да… а вот и ответ, причём лежит на поверхности: скуку можно победить только развлечениями. Вопрос лишь в том, какими именно. И вот это мне и предстоит выяснить в первую очередь, да.
— Ладно! — хлопнул я себя по бедрам и предвкушающее потёр ладони. — Значит, говоришь, побои не помогут? А если как-нибудь иначе твою память… простимулировать?
— Прости… что? — невольно скаламбурил касик.
— Ну, работать заставить, — пояснил я.
— Кого?! Меня?! — полезли у вождя глаза на лоб.
— Нет, память твою.
— А!.. Фух! От сердца отлегло… а я уж испугался! А как будешь… это самое? Мулировать?
— Ну, например, предложу тебе что-нибудь ценное, — пожал я плечами.
— Что, например? — заинтересованно прищурился Качикано.
— Ткани. Леску. Крючки. Пиво.
— Так у меня всего хватает! — развёл руками младший касик.
— И что? А будет в два… нет, в три раза больше! — посулил я. — Не нужно самому, раздашь людям. Они тебя ещё сильнее уважать станут. Будешь для них главным авторитетом, шаманам заодно нос утрёшь…
— Э, нет! К подземным духам такие подарки! — неожиданно для меня отпёрся оппонент. — Это же у них у всех излишки появятся! Жить начнут богато!
— Так это же хорошо?! — опешил я. — Или нет?..
— Да чего хорошего-то?! Нам же все соседи завидовать станут! А где зависть, там и козни, злобными духами нашёптанные! Рано или поздно они придут и скажут: давайте делиться! А не захотите делиться, мы тогда заберём всё! И начнётся драка. А когда закончится, те, кто останутся живыми, спросят: ну и зачем ты, Качикано, нам такие дары принёс? Уж не желал ли ты нам смерти изначально? А давайте-ка его тоже убьём… на всякий случай? Ты такой мне судьбы желаешь, о старший касик Иван Елагин? — закруглил свой эмоциональный спич вождь.
На это я даже не сразу нашёлся, что ответить. А если честно, то просто офигел от такого поворота. Лично мне подобное бы и в голову не пришло. А тут нате вам! Такое ощущение, что Качикано личным — и весьма плачевным — опытом поделился. Но откуда он может взяться, в его-то годы?! Или на Ликейском архипелаге подобное в порядке вещей? Но тогда бы в архивах хоть какие-то упоминания остались. Или, что гораздо вероятнее, СБ соответствующий доклад сварганило с пометкой «Обязательно для ознакомления». Но ничего подобного я не нашёл! Разве что в засекреченной части, относящейся ко временам на заре освоения планеты? Но там, я подозреваю, вообще пусто, в связи с утерей данных. По злому умыслу или просто по раздолбайству — без разницы. Мне от этого не легче. Ну вот чем его цеплять, спрашивается? Бессребренник, мать его так! Наивное и чистое душой дитя природы, блин! Попробовать первую версию?
— А тебе не всё ли равно, касик? — таки выдавил я, как только привёл мысли в порядок. — Ну, порезвятся людишки… но и ты с ними заодно! Скучно же!
— Да лучше я ещё пятьде… э-э-э… десять лет скучать буду, чем так развлекаться! Пиво, вон, попью… на рыбалку, опять же… бабы, того… этого самого. Потом, конечно, с мелкими детьми морока, но уж как-нибудь потерплю.
— А может,
