— Конечно, мы не знаем, где искать, но можно хотя бы попытаться…
— Обязательно. Мы ведь семья.
— Я знал, что не просто так выбрал именно тебя, — хмыкнул Фэллон.
— Ты выбрал меня?! — фыркнула Ларина. — Если я ничего не путаю, Фэллон Маклауд, — а я редко что-то путаю! — то это я тебя выбрала. Ты, насколько мне помнится, вообще не хотел иметь со мной дела.
— Что ж поделаешь, такой уж я дурак, — смиренно кивнул Фэллон и снова привлек к себе жену. — Но, согласись, я очень скоро понял свою ошибку.
Привстав на цыпочки, она с улыбкой наградила мужа поцелуем.
— Истинная правда, мой воинственный лэрд.
Фэллон крепко прижал ее к себе. Будь его воля, он ни за что не отпустил бы жену, даже если бы мир вокруг стал разваливаться на куски. Он знал, что Ларина сходит с ума от тревоги за Малькольма. Но с того дня, как Фэллон попытался убедить ее, что Малькольму сейчас нужно побыть одному, она больше ни разу не пыталась вернуться к этому разговору.
— Куин и Арран сейчас с Рамзи, пытаются его успокоить, — вздохнула Ларина. — Лукан говорит, он еще никогда не видел Рамзи в таком состоянии. Бедняга просто места себе не находит.
— Боюсь, у Рамзи скоро лопнет терпение. — Фэллон устало потер глаза. — И он сам, не дожидаясь нас, отправится на поиски Брока.
— А Дейрдре только этого и хочет, — упавшим голосом сказала Ларина.
— Я тоже думал об этом. Возможно, она решила переловить нас по одному. А Брока с Соней использует в качестве приманки.
Ларина подняла на него глаза.
— Если Рамзи уйдет, Хейден с Логаном отправятся вместе с ним. Ты же это знаешь.
— Тогда я тоже пойду с ними! — кивнул Фэллон.
— Тогда мы все пойдем, — отрезала Ларина.
— А кто останется здесь, чтобы защищать друидов? Не можем же мы взять их с собой.
Ларина подозрительно покосилась на мужа, и глаза ее сузились.
— Если ты намекаешь, что с ними останусь я, то можешь сразу выкинуть это из головы, Фэллон Маклауд! По-моему, я уже доказала, насколько полезной может оказаться моя помощь, если нам придется искать способ пробраться в подземелье Дейрдре!
— Мне бы и в голову не пришло оставить тебя в замке, — поспешно возразил Фэллон. — А учитывая, что с нами сейчас Маркейл, я подумал, что Куин сам не захочет покидать ее.
— А Арран, Йен и Дункан не бросят Куина одного. Значит, они тоже останутся.
— Скорее всего.
Ларина, сдвинув брови, о чем-то задумалась.
— Ты уже все просчитал, я угадала?
— Это мой долг. И обязанность.
— А ты неплохо справляешься.
Польщенный, Фэллон галантно проводил жену в замок. Но вскоре от его хорошего настроения не осталось и следа. Нужно было срочно поговорить с Рамзи — до того как тот, отчаявшись, решится на какой-нибудь безумный шаг. Фэллон не мог позволить себе роскошь потерять кого-то из своих людей.
Соня, сжавшись в комок и обхватив колени руками, молча наблюдала за сидевшим у входа в пещеру Броком. После их недавнего разговора он держался отчужденно. Как будто жалел, что позволил ей заглянуть к нему в душу. Или — что хуже — опять принялся думать о проклятии.
Оставалось только надеяться, что это не так.
Брок не сводил глаз со звезд, как будто спрашивал их о чем-то. Соне отчаянно хотелось присоединиться к нему, но ей казалось, что Броку нужно немного побыть одному. Уткнувшись подбородком в колени, она принялась разглядывать подол платья.
Но Брок вдруг поднялся и нерешительно направился к ней. Присев возле нее на корточки, он осторожно взял прядь ее волос и поднес к лицу.
Соня, застыв, смотрела, как он зарылся лицом в ее волосы, и по ее спине побежали мурашки. Ей даже в голову никогда не приходило, сколько жутких воспоминаний скрывается в его душе. Брок позволил ей только на миг заглянуть в нее, что привело Соню в содрогание. Неудивительно, что он всегда старался держаться особняком.
— Ты удивительная женщина, Соня. Почему ты хочешь меня?
— А почему тебя это так удивляет?
Брок осторожно пропустил ее волосы между пальцами.
— Мне следовало попытаться убедить тебя не связываться со мной.
— Я все равно не стала бы тебя слушать.
В темных глазах Брока мелькнуло беспокойство.
— Так было бы лучше для тебя, для нас обоих. Если проклятие настигнет и тебя, я этого не переживу.
— Ответь мне на один вопрос. Чего ты хочешь больше всего на свете?
— Тебя.
На миг Соня онемела. Слова Брока оглушили ее. А потом она вдруг почувствовала, как в груди разливается тепло. Целый вихрь чувств захлестнул ее: ликование, счастье, надежда.
Она видела, как в глазах Брока вспыхнуло пламя. Его сжигало то же желание, что и ее. То, что случилось с ними, связало их навсегда. И эта связь становилась крепче с каждым днем.
— Это желание… Мы оба сгорим в его пламени… — Брок опустился на колени.
Соня последовала его примеру. Теперь они были так близко, что дыхание Брока обжигало ей щеку.
— Возможно. Может, проверим? Я бы не возражала.
— Боюсь, для меня пути назад уже нет.
Соня не успела ответить — лицо Брока оказалось совсем близко. А мгновением позже он поцеловал ее.
Глава 25
Брок был нетерпелив. Ему мучительно хотелось притронуться к ней, снова почувствовать вкус ее губ, убедиться, что она принадлежит ему одному. Острое, нестерпимое желание захлестнуло его.
Брок жадно припал к Сониным губам — они были мягкими, словно лепестки розы, и он вдруг почувствовал, как вся его решимость тает, словно снег в жарких лучах солнца. Пораксус, разом утратив всю свою свирепость, мурлыкал, словно довольный кот, и очень скоро Брок забыл обо всем, кроме женщины, которую держал в объятиях.
Безумное желание насладиться гладкостью ее кожи вдруг овладело им, и Брок, не колеблясь ни минуты, поддел когтем ее платье и одним рывком разорвал его до талии. Соня чуть слышно ахнула от удивления, платье сползло с ее плеч, и Брок, зарычав, отшвырнул его в сторону.
Он целовал ее до тех пор, пока она не потеряла голову, — глубокими ненасытными поцелуями, от которых все тело ее содрогалось в экстазе. А потом его горячие губы двинулись вниз по ее трепещущему телу. Он целовал ее груди, втягивая в себя соски, пока наконец с ее губ не стали срываться хриплые крики. Кончик его языка описывал дразнящие круги вокруг ее пупка, а потом он двинулся дальше, зарылся головой меж ее бедер, и она на мгновение оцепенела, почувствовав, как язык Брока жалящим движением коснулся крохотного чувствительного бугорка.
Дрожь пронзила все тело Сони. Вскрикнув, она выгнулась дугой. Но его уже ничто не могло остановить. Зарычав, Брок одним быстрым, резким движением развел в стороны ее бедра.
