и бедных и слабых граждан. Эти защитники построили вокруг храма Афины баррикады из досок и некоторое время действительно сдерживали персов, скатывая на них камни по склонам Акрополя. Но затем состоялось первое использование огненных стрел на греческой земле: персы сожгли ими деревянные баррикады. Они ринулись на Акрополь, убили всех афинян в храме и сожгли все дотла[350].
Однако, как отмечает Кросби, простые стрелы, обернутые горящей соломой, были «недостаточно убийственны и разрушительны» и тем долго не устраивали античных полководцев. Они практически бесполезны против каменных укреплений, а потушить обычный пожар можно было водой сравнительно легко. «Нужно было нечто, что горело бы яростно, долго держалось и не сбивалось бы при помощи воды»[351]. Какие же химические добавки могли вызвать столь сильное пламя, чтобы оно сжигало стены и машины, помогало брать города и уничтожать врагов? Первой такой добавкой стала смола – горючая субстанция, которая образуется на хвойных растениях. Затем появилась возможность получать перегонкой из смолы чистый скипидар. Смолистый огонь горел жарко и имел устойчивость к воде. Стрелы можно было окунуть в смолу и поджечь – или же облить смолой вражеское оборудование, после чего занимался огонь. Вскоре были найдены и минеральные добавки, позволявшие получить более горячее и горючее оружие[352].
Самое раннее свидетельство применения горящих стрел греческой армией содержится в «Истории Пелопоннесской войны» Фукидида. В 429 г. до н. э. спартанцы осадили Платеи. Этот город был союзником Афин и оказал ожесточенное сопротивление спартанцам, применявшим против них разнообразные методы осады. Известно, что спартанцы собирались использовать отравленные стрелы, потому что платейцы защитили свои деревянные частоколы, повесив на них недубленые шкуры животных (впоследствии это стало стандартной мерой предосторожности). Платейцы арканами захватывали спартанские осадные машины, поднимали их в воздух и резко разбивали о землю. Оставшись без боевых машин и не имея возможности поджечь горящими стрелами стены, покрытые сырыми шкурами, спартанцы пошли на следующий шаг, вступив в неизведанный на тот момент мир химических горючих веществ. Это произошло два года спустя после премьеры трагедии Еврипида с загадочным рецептом «неестественного огня» Медеи.
Прежде всего спартанцы подтащили к городским стенам множество дров. К ним они добавили большое количество хвойной смолы, а также – впервые – серу. Сера содержится в дурно пахнущих желтых, зеленых и белых минеральных вулканических отложениях, вокруг горячих источников, в известняке и растворе сернокислой извести. Самородную серу иногда называли «горючим камнем». Известно было, что при извержениях вулканов образуются реки и озера горящей серы, что вызывает в памяти библейские представления об аде. Комковатую и жидкую серу в античности использовали для разных целей – как лекарство, как пестицид, как отбеливатель плащей и тог. Чрезвычайная горючесть серы делала возможной ее использование на войне. «Ни одно вещество не воспламеняется так легко, – писал Плиний, – то есть сера содержит огромное количество огня».
Когда спартанцы подожгли огромный костер под стенами Платей, из-за сочетания серы и смолы «поднялось такое пламя, какого никогда еще до той поры не создавали человеческие руки», как сообщал Фукидид. И действительно, голубое пламя серы и едкий запах, должно быть, были непереносимы, к тому же фатальное воздействие мог оказывать и дым, поскольку при сгорании серы выделяется токсичный диоксид серы, который может убить человека, если вдохнуть его в большом количестве. Платейцы оставили свой дозор на горящих стенах. Большая часть стен оказалась разрушена, но тут ветер изменился, начался сильный ливень с грозами и потушил пожар. Платеи были спасены – как если бы технологическим новшествам спартанцев воспротивились боги. Отметим, что первое зафиксированное использование греками горящих стрел оказалось и первым зафиксированным применением химического горючего оружия, порождавшего ядовитый газ. Правда, непонятно, знали ли спартанцы об этом смертельном эффекте, когда подсыпали серу в огонь[353].
Защитники быстро научились использовать химически усиленный огонь против осаждающих. В своем руководстве по выдерживанию осад, написанном около 360 г. до н. э., Эней Тактик уделил главу добавлению химических веществ в огонь. Он советовал лить на вражеских солдат или их осадные машины смолу, а затем бросать вниз конопляные ткани и комья серы, что должно было усилить пламя. Затем нужно было сразу же сбросить вниз на веревке горящий хворост, от которого занималась сера и смола. Эней описывал также своего рода деревянную «бомбу» с шипами, наполненную горючим материалом, которую можно было сбросить на осадные машины. Железными шипами устройство цеплялось за деревянную раму. Еще одна оборонительная стратегия состояла в том, чтобы подготовить мешки со смолой, серой, льняной или конопляной куделью, порошком ладана, сосновой стружкой и опилками. После этого мешки поджигались, и их сбрасывали со стен на наступавших[354].
Во время изнурительной годовой осады Родоса Деметрием Полиоркетом (это прозвище именно и значит «осаждающий города») в 304 г. до н. э. обе стороны обменивались горящими смолистыми снарядами – стрелами и глиняными гранатами.
В безлунные ночи во время осады, как писал Диодор Сицилийский, «огненные снаряды ярко пылали в воздухе». Наутро после особенно зрелищной ночной атаки Деметрий Полиоркет заставил своих людей собрать и пересчитать снаряды. Он был поражен, что в осажденном городе осталось столько ресурсов: за одну ночь родосцы выпустили более 800 огненных снарядов разного размера, а также 1500 болтов для катапульт. Родосцы защищались успешно. Деметрий Полиоркет отступил, испортив себе репутацию, и даже бросил ценные осадные машины. Продав эти машины, жители Родоса вложили вырученные деньги в строительство Колосса Родосского в своей гавани – одного из семи чудес античного мира[355].
О технологических прорывах в создании огненных стрел сообщали римские историки Силий Италик и Тацит, описывавшие большое огненное копье – фаларику с длинным железным наконечником, пропитанным горящей смолой и серой. Запускали фаларику особыми машинами. (В первой сцене голливудского фильма 2000 года «Гладиатор» показаны римские фаларики во время ночной битвы в Германии.) Горящие копья выглядели «словно молнии, они рассекали воздух, подобно метеорам», как писал Силий Италик. Разрушения были чудовищными. Поле боя усеяли «отдельно лежащие, дымящиеся конечности», а «люди и их оружие были погребены под пылающими остатками осадных башен»[356].
Метавшиеся с машин и катапульт огненные копья и горшки с горящей серой и битумом применялись при защите Аквилеи (город на северо-востоке Италии), когда ее долгое время осаждал в 236 г. н. э. император Максимин. Аквилейцы выставили вокруг стен горшки с дегтем и серой, которые в любой момент можно было поджечь и либо сбросить на карабкающихся по осадным лестницам врагов, либо вылить на них содержимое. Чудовищные эффекты применения данного оружия описал Геродиан: вязкое вещество ослепляло людей и сжигало их заживо; металлические доспехи раскалялись
