или это его колотит дрожь? Судя по всему, его, потому что он снова и снова пытается сделать выбор между двумя плохими вариантами – хотя выбор уже не актуален, проехали.
Женщина потрепала его по плечу заскорузлой рукой и произнесла по-нангерски что-то утешительное.
– Да, вы правы, – через силу согласился Хантре.
И все-таки: что бы он выбрал?..
Как на заказ, из тумана вынырнул Дирвен. Азартно сощурился, словно продолжая прерванный пару минут назад спор:
– Ты же спрашивал перед этим, что он задумал, а он отвертелся, а ты все равно ушел, хотя ты же видящий восемь из десяти! А что касается погромов в Аленде, так я не приказывал, чтоб они на невинных людей нападали, ни один король не может каждый чих своих людей контролировать!
Не успел даже собраться с мыслями для ответа – низложенный Властелин Сонхи швырнул в них комом грязи и ретировался, не дожидаясь возражений.
Оказалась, это не грязь, а морковка.
– Тьека, хотите есть? – спросил Хантре. – Сполосну ее в ручье, и сварим в кувшине.
– Хьярошие мьяльчики, – с теплотой в голосе отозвалась повариха на ломаном ларвезийском.
Кувшин достался им, кружка Дирвену. Для Хантре проблем с пропитанием не было: перекинулся – поймал мышь, а Тьеке он варил овощи с огорода. Если посадить Риии на потускнелый бок медной посудины, вода вскоре закипит. Старая женщина всякий раз смотрела на сверкающую золотистую саламандру по-девчоночьи восторженно. Один раз они даже чаепитие устроили: повариха наскребла несколько щепоток красного сиянского чая, высыпавшегося когда-то из коробочки у нее в кармане. Пить приходилось из горлышка, придерживая друг для друга увесистый кувшин.
Тьека была как столетнее кряжистое дерево, побитое непогодой, но с уходящими вглубь корнями. Пока держишься за дерево, тебя не унесет потерявшим берега потоком – так что еще вопрос, кто здесь кого спасает.
Когда Ложа посылала Дирвена Корица добывать ценные артефакты, он ни разу не сплоховал. Бывало, что полевая группа возвращалась ни с чем – если маги свою задачу провалили, а он все, что от него зависело, выполнял так, что не придерешься. Хотя все равно придирались, к чему-нибудь другому.
Сейчас у него нет группы поддержки. Зато нет риска, что кто-то облажается, а ты расхлебывай. Вдобавок сейчас он работает на себя: надо вернуть амулеты, прикарманенные Нетопырем.
«Пятокрылы» у старого гада в сапогах, остальное тот забросил в свою кладовку. К крухутакам не ходи, эта кладовка или в долине – и тогда она под землю провалилась, хотя, может, и раньше была в подземелье, или в окрестных горах. И защищена всевозможными заклятьями, в двух шагах ничего не заподозришь.
У Дирвена был нехилый опыт по отъему чужих артефактов в пользу Ложи, который подсказывал, что тайник где-то поблизости.
Арнахти с двумя уцелевшими придурками рыскал по долине, и это наводило на мысль, что здесь находится что-то для него важное. Иначе давно бы подался в цивилизованные края.
На Эдмара охотится? Так маги раз плюнуть определяют, если в каком-то месте недавно открывались Врата Хиалы: наверняка уже понял, что Наипервейшая Сволочь оставила его в дураках.
Или ищет «девицу Барвилу»? Если живая – сгодится для дальнейшего использования, а если померла – хотя бы кисточку с хвоста отрезать? Тунанк Выри говорила, что кисточка мертвой мучахи ценится меньше, но все равно обладает некоторыми волшебными свойствами, а этот скаредный гад своей выгоды не упустит.
Мелковато, должна быть еще причина.
А что, если он тоже в ловушке – перемудрил с лабиринтом, и теперь из-за катаклизма не может отсюда выбраться? Тогда он слоняется по долине не просто так: то ли выполняет подготовительную работу перед задуманным большим колдовством, то ли ищет что-то нужное.
Дирвен наблюдал за противником, принимая меры, чтобы тот его не застукал. Повелитель Амулетов против старого сволочного мага – ну, посмотрим, чья возьмет!
Ха, и группа поддержки у него все-таки будет: когда агенты Ложи доберутся сюда и сцепятся с Нетопырем, он воспользуется случаем, чтобы завладеть артефактами. Не вчера родился, уже приходилось действовать по такой схеме.
Насчет одного пока не решил: что делать с Огрызком, если удастся его заполучить? Такая дрянная штуковина не должна принадлежать ни Арнахти, ни Тейзургу, ни Ложе, вообще никому. Разъединить ее на семнадцать составных частей и зашвырнуть в недра Унских гор, чтоб еще миллион лет там пролежала? Или отдать рыжей сволочи, пусть ликвидирует?
Если отдать – только рыжему, он этот Огрызок точно уничтожит. А кто-нибудь другой захочет прибрать к рукам или продать, за такое сокровище любой маг кучу денег отвалит.
Или все-таки оставить себе? Он сможет правильно распорядиться «Королевой роя», с ней он снова добудет себе корону, и чтобы все было по справедливости…
Никак не мог выбрать, так поступить или этак, но время еще есть.
И очень хотелось объяснить рыжей сволочи правду. Чтоб эта правда ему поперек глотки застряла. Додумавшись до очередного веского аргумента, Дирвен разыскивал их с Тьекой и швырял в ненавистную рожу:
– Эти гады меня всю жизнь использовали – как Нетопырь хвостатую, даже еще подлее! Я за это и раздавил их дворцы, а не для того, чтобы каких-нибудь там старых служанок убить. Если кто пострадал, случайно вышло. Сами напросились, нельзя же людей использовать, как инструмент или домашнюю скотину.
Хантре сплел заклятье, рассеивающее звуки, а у Дирвена был «Неслухач» – Арнахти дал, чтоб омураки его шагов не услышали. Вблизи можно было разговаривать, даже не особо понижая голос.
– А ты сам разве никогда не использовал других людей, как инструмент или домашнюю скотину? – рыжий сощурил свои сумрачные глазища, под которыми темнели синяки – так уставился, словно врезать хочет.
– Я – никогда, – запальчиво возразил Дирвен. – Эдмару я отомстил, потому что было за что! А кто в Аленде перешел на мою сторону и выполнял мои приказы, с теми я не поступал так по-гадски, как со мной Ложа.
– Никого не забыл?
– Никого.
– А твое отношение к женщинам?
– Так это же другое! – Дирвен аж глаза вытаращил, услыхав такой несуразный довод. – Они же для того и нужны, чтоб было поимелово, они ведь не мужчины! А ты рассуждаешь как придурок, готовый идти у них на поводу!
Сбежал раньше, чем рыжая сволочь успела возразить. Он Магических Академий не кончал, он привык действовать, а не спорить. Хотя рыжий тоже не очень-то умеет спорить. Вот если бы вместо него был Суно Орвехт или Наипервейшая Сволочь –
