– Этот телохранитель, Данте, настоящая находка, – похвалил Сильвио. – Сколько ты платишь ему?
– Меньше, чем он того заслуживает, – ответил Марко. – Он надежен и предан мне. И он уже дважды спас мне жизнь. Хотя собеседник из него скверный.
– А кому нужен болтливый телохранитель?
– Мы пришли, – сообщил Гримальди, когда они приблизились к незаметной двери в стене позади зданий у площади Санта Мария Дзобениго. Эцио держал дистанцию между собой и ними, прекрасно понимая, насколько бдителен Данте. Он завернул за угол и увидел, как заговорщики входят внутрь. Оглянувшись и удостоверившись, что горизонт чист, Эцио влез по стене здания на балкон прямо над дверью. Окна комнаты, в которую вел балкон, были открыты, а внутри на массивном дубовом стуле за обеденным столом, заваленном бумагами, одетый в пурпурный бархат сидел Испанец. Эцио отступил в тень и стал ждать, готовый подслушивать столько, сколько будет нужно.
Родриго Борджиа был в отвратительном настроении. Ассасину уже удалось помешать ему в нескольких крупных предприятиях, и ему всякий раз удавалось уходить от смерти. Теперь он не только был в Венеции, но и уничтожил одного из самых верных союзников кардинала. И как будто всего этого было недостаточно, Родриго пришлось провести первые пятнадцать минут встречи, выслушивая перебранку сборища идиотов, что состояли у него на службе, по поводу того, кто из них станет новым Дожем. Тот факт, что он уже сделал выбор и дал взятку ведущим членам Совета Сорока Одного, казалось, был вовсе не принят во внимание этими идиотами. Поэтому его выбор пал на самого старого, тщеславного и наиболее гибкого из троих.
– Довольно, кучка глупцов, – перебил он. – Все, что мне нужно от вас, это дисциплина и полнейшая преданность нашему общему Делу, а вовсе не трусливые попытки возвысить себя над остальными. Я принял решение. Следующем Дожем станет Марко Барбариго. Именно его изберут на следующей неделе сразу после смерти Джованни Мочениго. Его гибель, учитывая почтенный возраст в семьдесят шесть лет, все-таки должна выглядеть естественно. Гримальди, ты сумеешь все устроить?
Гримальди бросил взгляд на братьев Барбариго. Марко распирало от гордости, а Сильвио пытался сохранить лицо, не смотря на разочарование. Какие же они глупцы, подумал Гримальди. Дож или не Дож, какая разница. Все они лишь куклы в руках Господина, и сейчас Господин возлагал большую ответственность именно на него. Гримальди помечтал о лучшем и ответил:
– Конечно, Господин.
– Насколько ты близок к нему?
Гримальди задумался.
– Я могу свободно ходить по дворцу Дожей. Пусть Мочениго недолюбливает меня, но доверяет мне не меньше, чем остальным. Я чаще других прихожу на его зов.
– Отлично. Отрави его. При первой же возможности.
– У него есть дегустаторы пищи.
– Господи, ты думаешь, я этого не знаю? Вы, венецианцы, достигли высот в отравлении. Подмешай что-нибудь в его пищу, после того, как они попробуют ее. Или подсыпь что-то в варенье из Сардинии, говорят, он его очень любит. Придумай хоть что-нибудь или тебе не поздоровится!
– Я все сделаю, ваша светлость.
Родриго раздраженно перевел взгляд на Марко.
– Ты сможешь быстро достать подходящий яд?
Марко улыбнулся, словно извиняясь.
– Стоит обратиться к моему кузену. Он подлинный знаток ядов.
– Скорее всего, я сумею достать кантареллу, она подойдет как нельзя лучше, – отозвался Сильвио.
– А что это?
– Разновидность сильного мышьяка. Обнаружить почти невозможно.
– Отлично! Значит, решено!
– Простите, Господин, – произнес Марко, – я хотел сказать, что мы все восхищены тем, что вы настолько углубились в детали нашего заговора. Но разве это не опасно для вас?
– Ассасин не осмелится напасть на меня. Он хитер, но ему никогда не перехитрить меня. В любом случае, я чувствую, что должен заняться этим лично. Пацци подвели нас во Флоренции. Я надеюсь, что вы, Барбариго, этого не сделаете.
Он сердито посмотрел на них. Сильвио издал смешок.
– Пацци были кучкой дилетантов.
– Пацци, – оборвал его Родриго, – были влиятельным и уважаемым семейством. Но их уничтожил один молодой ассасин. Не стоит недооценивать врага, который охотится в вашем городе. Иначе Барбариго разделят судьбу Пацци. – Он помолчал, чтобы его слова дошли до союзников. – Теперь отправляйтесь, и действуйте быстро. Мы не имеем права потерпеть еще одно поражение!
– Позвольте узнать, каковы ваши планы, Господин?
– Я возвращаюсь в Рим. Времени мало!
Родриго резко поднялся и вышел из комнаты. С выгодной позиции на балконе Эцио смотрел, как Родриго в одиночестве выходит из дома и пересекает площадь, вспугнув стаю голубей, направляясь в сторону Моло. Остальные последовали за ним, на площади разделились и пошли каждый своим путем. Когда все стихло, Эцио спрыгнул на мостовую и поспешил в штаб-квартиру Антонио.
Там он первым делом встретил Розу, которая поприветствовала его долгим поцелуем.
– Убери кинжал в ножны, – рассмеялась она, когда они обнялись.
– Только ты заставляешь меня извлечь его. И только ты, – со знанием дела добавил он, – заставляешь убрать его в ножны.
Она сжала его ладонь.
– Пошли.
– Прости, Роза, но я не могу.
– Я тебе уже наскучила?
– Ты прекрасно знаешь, что это не так! Я должен поговорить с Антонио. Срочное дело.
Роза внимательно посмотрела на него и заметила решимость на его лице и в серо-голубых глазах.
– Хорошо. На этот раз я прощу тебя. Он в кабинете. Думаю, он решил, что его модель Палаццо Сета и есть реальный дворец! Иди!
– Эцио! – воскликнул Антонио, как только увидел его. – Мне не нравится твой взгляд. Все ли в порядке?
– Хотелось бы, чтобы это было так. Я узнал, что Карло Гримальди и двое братьев Барбариго – Сильвио и Марко – в сговоре с человеком, которого я хорошо знаю, и которого люди зовут Испанцем. Они собираются убить Дожа и поставить на его место своего человека.- Плохая новость. Если это случится, в их руках окажется вся Венеция и весь ее флот. – Он помолчал. – И они еще называют меня преступником!
– Ты мне поможешь остановить их?
Антонио широко раскинул руки.
– Я на твоей стороне, братишка. Да и все мои парни тоже.
– И девушки, – добавила Роза.
– Спасибо, любимая, – улыбнулся Эцио.
Антонио озабоченно нахмурился.
– Эцио, на нужен план. Дворец Дожей охраняется так, что Палаццо Сета по сравнению с ним – открытый парк. У нас нет времени, чтобы построить модель дворца, и все как следует спланировать…
Эцио поднял руку и твердо сказал:
– Нет ничего невозможного.
Друзья посмотрели на него, потом Антонио рассмеялся, а Роза мягко улыбнулась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
