за праздничным столом? — ухмыляется ведьма.
— Ага, почему бы и нет?
Не знаю, дело в том, что она не хочется быть связана столь серьёзной сделкой, или в том, что не хочет потерять маму.
Впрочем, уже на балу я заметила, что ей уже не так и интересно участвовать в троллем балагане.
Без главной соперницы.
Гуня обнимает меня, Джек недовольно её отпускает.
— Если и я откажусь, что тогда будет?
Мы остаёмся вдвоём.
Я должна разбить его фигуру.
И фигуру Кая.
Как символично.
Ведь ясно, что даже за молоток не возьмусь. Потому что цель была в том, чтобы освободить Кая, а не лишится его навсегда.
— Мне нужна ведьма. Ты лучше всех, — усмехается он, будто над самим собой, ведь сколько разговор слышал троллий город от него про мою некчёмность. — Я сделаю исключение. Можешь сломать только одну фигуру.
— Дай угадаю, твоя сестра тоже ломала твою? В детстве?
— Да, — отзывается Джек глухо. — Не думал, что застану ещё одну похожую сцену.
Сломать.
Замахнуться не сложно.
Несколько движений — и готово.
Больше не думать о нём.
Получить силу, получить Кая и просто уйти.
Снова.
Как и всегда.
Но на этот раз в бесконечный праздник, где я буду жить так, как хочу. Без скачков по мирам.
Вот только…
— Джек, — зову его тихо, шёпотом.
Будто надеясь, что он не услышит.
Что ещё можно повернуть назад.
Но он отзывается торопливо и с жаром, подходя ближе.
— Изольда?
Когда-то я была Гердой.
Но…
От Герды уже ничего не осталось.
Изольда идёт мне гораздо больше.
— Я кажется люблю тебя, — произношу это и всхлипываю, а затем и вовсе чувствую, как лицо заливают горячие слёзы.
Он обнимает меня крепко, запускает пальцы в волосы и целует в макушку.
— Я не люблю… — отзывается тихо. — Её. И не могу поступить так с тобой.
— Что это значит?
— Я должен отпустить её. И вернуть людям времена года.
— Значит… — начинаю я.
Но он не даёт договорить. Оставляет горячей поцелуй на лбу и усмехается вдруг:
— Ты должна мне одно желание, помнишь? Такую ценность отдала за сахар. Отвратительный сахар!
— Мороженое тебе понравилось!
— Неа, — он высовывает язык. — Изольда, послушай… Моё желание такое: будь счастлива.
— Что? — не верю своим ушам.
— Как хочешь, но выполни. Сделка с троллем нерушима.
Он исчезает, чтобы попрощаться с той, которая удерживала его под снегом так долго.
В этом году будет весна…
В сердце уже расцветают подснежники.
Но это не конец.
Самое сложное впереди.
Глава 50. Прощание
Мы проводим вместе с Каем прекрасный день. Лёгкий, так любимый мной снегопад украшает город, тот самый, где я нашла Ёлку. Мы гуляем по улочкам, заходим в лавочки, где продают кофе (цены на него, конечно, бешеные), наблюдаем за людьми.
— Здесь слишком тихо для меня, — усмехается он. — Даже удивительно.
— Как ещё не устал от шума?
Мои пальцы в его горячей руке, это приятно даже учитывая то, что я не могу слишком уж замёрзнуть.
— Знаешь, последние года были даже слишком медитативными. Я был поглощён созерцанием льда и снега. Потом, конечно, пришла ты и навела шуму, но всё же…
Я чувствую его магию. Она, тяжёлая и обжигающе-горячая, искрится в воздухе, грозя совсем скоро стать явной и для людей.
— Кай… тебе нельзя так долго здесь находится.
Он вздыхает.
— Мне кажется, что это дурной сон. До сих пор не могу поверить. Прости. Я жду, когда проснусь.
— Мне жаль.
— Ты уже говорила. Милая… давай уберёмся отсюда. В спокойном месте ты обдумаешь всё ещё раз. Никто столько не прошёл вместе сколько прошли мы. Никто столько не преодолел. Мы любим друг друга. Ты просто вымотана. Тебе нужно отдохнуть.
Я крепко-крепко его обнимаю.
Люблю. Правда люблю. Но уже не так, как раньше.
— Ты всегда останешься родным мне, — оставляю поцелуй на его скуле. — Мы будем видеться, если ты этого захочешь. И если это ошибка… Я с этим справлюсь. Хорошо?
— Почти четыреста миров, ещё больше лет, проведённых в них… Герда. Мы доказали этой твари всё, что было нужно. Пожалуйста…
— Я не хотела никому ничего доказывать. Хотела просто спасти тебя. Потому что любила и люблю до сих пор. Но когда это стало другой любовью… Не знаю. Мне жаль, что я не поняла сразу. Жаль, что не оборвала всё быстрее. Сколько бы лет мы не пробыли вместе, Кай, это не повод в угоду прошлому находится в том настоящем, в котором я находится не хочу.
Как говорила Сандра — нет ничего лучше, чем войти в Новый год обновлённой.
Без старого багажа.
Такие решения трудно принимать. Поэтому я не буду винить себя, что не поняла раньше. Не поняла, что разлюбила. Не хотела это признавать.
— Ты останешься здесь?
— Да, — отвечаю без доли сомнения. — Здесь мне хорошо.
— С ним?
Я киваю.
Кай лепит снежок задумчиво, но он мгновенно плавится в его руке. Время поджимает. Но попрощаться всё же удалось.
— Если ты передумаешь, я… — начинает он, но я обрываю:
— Не обещай ничего, хорошо? Но ты можешь положиться на меня.
— А ты тем более, я должен тебе много, много спасений, моя Герда.
У него дрожат губы и скульптурно-тонкие пальцы. В глазах мечется магия.
— Можно мне… поцеловать тебя?
Я бы хотела. Очень хотела и сама. Но…
— Нет.
Если обрубать, то обрубать полностью.
Он отводит взгляд и всё же находит в себе силы обнять меня ещё раз.
После за руку мы идём к тихому месту, где он вспышкой огня исчезает из этого мира, возвращается домой.
В большой и шумный город с небоскрёбами и очаровательными чудовищами с крашеными волосами и роботами в карманах.
Или как это называется?
Да, мне пришлось вновь отдать часть магии и памяти сове, чтобы лучше прижиться в этом мире.
С таким как Джек, если честно, того что есть вполне достаточно.
А вернуть можно в любой момент.
Я застываю на несколько мгновений, не зная, как уйти с того места, где только что стоял тот, кого я звала любимым так долго.
Мне тяжело и свободнее одновременно, хочется плакать и смеяться.
Сова ухает и садится на плечо.
— Пойдём, дорогуша? — провожу пальцами по её пёрышкам. — Нас уже заждались.
Я уже успела заглянуть украдкой в деревню, которую могу назвать родной. Девочки прекрасно себя чувствуют, Робер задарил их подарками в праздник. Бруклия всё такая же. И на удивление она нашла общий язык с Агнией. А та — мысленно бровирую — с Робером. Иванко ещё пока
