— Что, ты это сам придумал? — поинтересовалась Балкис.
— Да нет, идею у Лонгфелло* [5] позаимствовал, — честно признался Мэт. — Ах да, ты же не знаешь, кто это такой. Был такой поэт.
Балкис посмотрела вниз, выглянув за край циновки.
— А если бы копьями швыряли? Такой стишок у тебя тоже заготовлен?
— Поищем, — кивнул Мэт. — Но сейчас главное — завоевать доверие.
Как только циновка коснулась земли, Мэт встал, выпрямился, поднял руки и произнес одну из немногих знакомых ему арабских фраз:
— Салам алейкум! — что означало «мир вам». Копейщик, на голове которого красовался самый высокий тюрбан, замер и подозрительно нахмурился. Он что-то ответил по-арабски, но Мэт, за счет переводческого заклинания, понял, о чем речь.
Увы, заклинание лишь помогало Мэту понимать чужую иностранную речь, но сам он положительно ничего с его помощью сказать не смог бы.
— Франк, — проговорил Мэт, надеясь, что это слово звучит на обоих языках одинаково. — Магия.
— Что ты владеешь магией, это мы видели! — воскликнул мужчина в высоком тюрбане — по всей видимости, это был начальник стражи. — И верно, кожа у тебя белая, как у франка. А почему же ты одет, как гебр?
Гебр? Что это еще за «гебр»?
Наверное, так здесь называли зороастрийцев. В конце концов, все они одевались, как персы...
— Я недавно ушел из их страны.
Главный стражник нахмурился:
— Что? Говори по-арабски! Я тебя не понимаю!
Мэт вздохнул, делать было нечего. Надо было добиться того, чтобы переводческое заклинание работало в обе стороны.
Срочно надобно наладитьАдекватный перевод...
— Эй, без заклинаний тут!
И под ребра Мэту ткнулся наконечник копья.
У Мэта челюсть отвисла. Без заклинания он никак не смог бы добиться того, чтобы его слова были поняты. Но тут послышалось мяуканье:
Что ни скажешь иноземцу...
Бросив взгляд вниз, Мэт убедился в том, что кошка благоразумно опустила голову, дабы стражник не видел, что ее губы движутся.
Стражник огляделся по сторонам, но вниз посмотреть не додумался.
— Ты что, чревовещатель?
Балкис промяукала:
Сразу он...
Она запнулась, подыскивая рифму ко второй строчке, к слову «перевод».
Стражник вскинул копье и упер его кончик в шею Мэту.
— Как ты произносишь эти звуки, колдун? Говори!
Тут Мэта озарило. Если стражник не понимал его, то как он мог понять, что он не ответит на его вопрос? Мэт с благодарной улыбкой завершил заклинание:
Сразу он тебя поймет!
Балкис облегченно вздохнула.
Стражник изумленно опустил глаза и наконец заметил кошку. Видимо, он решил, что она недостойна его драгоценного внимания. Оторвав взгляд от кошки, он снова гневно глянул на Мэта, перебросив копье в другую руку.
— Назови свое имя и скажи, зачем явился, только без всякого колдовства, а не то расстанешься с жизнью!
Ясно, что пока это была всего лишь угроза, но Мэта прошиб холодный пот.
— Ладно, ладно! Не надо так торопиться!
— Как же не торопиться, когда нашему калифу грозит опасность! — Губы стражника скривились в издевательской ухмылке. — Ага, значит, ты все-таки умеешь говорить по-арабски!
Мэт вытаращил глаза, сообразив, что собеседник понял его. Напомнив себе о том, что при случае надо будет угостить Балкис лишней сардинкой, если таковую удастся найти, он задал стражнику вопрос:
— А кто такой гебр?
— Огнепоклонник, — буркнул стражник и нахмурился. — Как это — на тебе их одежды, а ты не знаешь, как они зовутся?
— Не знаю, потому что эти одежды мне дали люди, называющие себя парсами, — объяснил Мэт. — Они обитают намного восточнее тех, кого вы зовете гебрами, но они придерживаются той же веры. Они — маздеанцы, почитатели Ахурамазды и последователи пророка Заратустры. Мы попали в плен к приспешникам верховного жреца гур-хана, Арьяспа, а маздеанцы спасли нас.
Стражник недоуменно уставился на Мэта.
— Тебе ведомо имя верховного жреца гур-хана?
— Теперь знакомо, — кивнул Мэт. — Я же тебе сказал, нам довелось побывать пленниками тагов, его прихвостней.
Начальник стражи сдвинул брови.
— Кто ты такой, франк?
— Мэтью Мэнтрел, лорд-маг Меровенса, — ответил Мэт. — И я нахожусь здесь в ответ на письмо калифа королеве Алисанде.
— Муж франкской королевы?
Начальник стражи опустил копье. Страх, охвативший его, был понятен Мэту. Ведь теперь он осознал, кому угрожал!
* * *
На западной стене Химена наблюдала за наступающим войском герцога Гурундибира. Вверх по склону вползала толстенная «змея» из дубленой кожи. Внутри нее прятались воины, намеревавшиеся, добравшись до крепостной стены, начать подкоп. Не исключалось, что у них была припасена какая-нибудь магическая взрывчатка.
— Как же нам сражаться с этим чудовищем, леди Мэнтрел? — спросил сэр Орин, командовавший защитниками крепости на западной стене.
— Стрелы способны пробить эту броню? — спросила Химена.
— Посмотрим, — прищурился сэр Орин, развернулся к лучникам и крикнул:
— А ну, подстрелите этого червяка. Стреляйте!
Зазвенела тетива, и стрелы усеяли кожаного «змея» на половину его длины.
Сэр Орин покачал головой:
— Поглядите, миледи, как неглубоко вошли стрелы. Они проткнули броню и застряли в ней. Быть может, такую броню могли бы пробить топоры, а быть может — и нет.
— Тогда придется призвать на помощь более могущественные силы, — заключила Химена.
Если мы себя заставимПозабыть, как он широк,Как он длинен и высок,Если мы на миг представим,Что пред нами — червячок,
То тогда легко и простоПтичка крошечного ростаПриземлится свысокаИ проглотит червяка.
Но для кожаного змеяНужен кто-то покрупнее.Нужен ястреб-великанС клювом крепким, как капкан!
В то же мгновение на замок упала громадная тень, покрывшая заодно и большую часть подступавшего к его стенам войска. Вражеские воины задрали головы, но тут же пригнулись и закрыли головы руками, крича и ругаясь на чем свет стоит.
Химена тоже посмотрела вверх и увидела в вышине силуэт гигантского ястреба. Он уже успел затмить полнеба и по мере снижения становился все больше и больше.
— Леди, что вы натворили? — в ужасе вскричал сэр Орин. Огромные крылья взметнулись и опустились, и их движение вызвало порыв ветра такой чудовищной силы, что сэру Орину пришлось ухватиться за зубец на стене, чтобы удержаться на ногах, одной рукой, а другую руку он протянул Химене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
