— Он заслужил такой конец. Стало быть, теперь ты знаешь, как расправиться с этими варварами?
— О да, — заверил его Мэт. — Дастур обучил меня кое-каким заклинаниям.
— Тогда, вероятно, ты смог бы помочь нам в том, в чем недостает умения моим чародеям, — заключил калиф Сулейман. — Они способны разделаться только с теми колдунами, которые черпают помощь от шайтана.
— Я так и думал, что ваши чародеи без труда отражают колдовство шайтанистов, — кивнул Мэт. — Однако им намного труднее бороться с заклинаниями, обращенными к Ариману. Обращение к иному аспекту Князя Лжи меняет пропорцию намерений и эффекта.
Калиф нахмурился:
— Это чародейские речи.
Мэт попытался выразиться более доступно:
— Все дело в том, чтобы добиться нужного коэффициента эффективности... впрочем, ладно. Пока я не видел варваров в деле, но если увижу, быть может, пойму, как на них воздействовать — то есть как их сокрушить.
— Тогда пойдем. — Калиф проворно поднялся. — Близится заход солнца, а варвары начинают атаку с наступлением темноты.
— Они нападают по ночам? — вытаращил глаза Мэт. — Ну конечно, они нападают по ночам, если служат Ариману. Несомненно, о господин. Давайте взглянем на их боевые порядки.
* * *
Химена, которая была способна без дрожи и слез противостоять целому войску, зажала рот ладонью, чтобы приглушить рыдания, раздиравшие ее грудь. Широко открытыми от ужаса глазами она озирала опустевшую детскую.
Рамон обнял жену и, обернувшись, отдал совершенно бесполезный приказ:
— Обыщите дворец и все вокруг, сэр Орин. Только законченный идиот остался бы где-то поблизости от замка, но быть может, тот, кто похитил детей, еще не успел убежать далеко.
Побледневший от страха сэр Орин быстро поклонился и торопливо выбежал из детской.
— Няньки... — Химена, заливаясь слезами, пыталась овладеть собой. — Быть может, они что-то видели, что-то слышали. Надо спросить у них.
Сэр Жильбер щелкнул каблуками, ударил по стальному нагруднику и поспешил прочь.
— Савл... — Химена дрожащей рукой поманила к себе Знахаря. — Поищи детей с помощью волшебства. Быть может, остались хоть какие-то следы. Как же еще, как не колдовством, кто-то похитил детей из замка во время осады?
— Да-да, конечно, — кивнул Савл, только что вошедший в детскую, и протянул Химене руку. — А вам бы лучше пройти в солярий и присесть, леди Мэнтрел. Нам сейчас так нужна ваша проницательность, а вы не соберетесь с силами, если будете здесь стоять.
Химена взяла Савла под руку и, опираясь также на руку Рамона, пошатываясь, вышла из детской. Они втроем прошли по коридору и поднялись в королевский солярий. Стоило Химене опуститься на стул, как эта комната одной только своей привычностью и уютом и теплом и светом солнца, заливавшего ее, тут же подействовала на нее успокаивающе и отрезвляюще.
— Чаю, — распорядился Савл, обратившись к стражнику, застывшему у дверей.
Стражник бросился разыскивать слугу. Говоря о чае, Савл имел в виду травяной настой — торговля с Дальним Востоком сейчас приостановилась. Но и настой трав обладал живительной силой. Пока же Савл решил, что стоит налить Химене немного бренди. Подав ей бокал, он налил бренди Рамону и себе.
Химена отпила глоток и стала не такой бледной.
— Что же нам теперь делать? — потерянно проговорила она. — Ждать требований выкупа?
— Мы не в Нью-Джерси, дорогая, — с едва заметным укором отозвался Рамон.
— И все равно Химена, вероятно, права, — возразил Савл. — Зачем бы еще кому-то похищать принца и принцессу, как не для того, чтобы использовать их как заложников?
Рамон кивнул и поджал губы.
— Следовательно, выкуп должен заключаться в каких-то деяниях, а не в золоте.
Вернулся сэр Жильбер и привел трех нянек. Те вошли в солярий с выпученными глазами и заметно дрожа и выстроились в ряд перед Хименой.
Химена поняла, какие чувства владеют ими.
— Не бойтесь, — заверила она нянек. — Я никого из вас не виню. — Но тут она нахмурилась и обвела придворных дам взглядом. — Но где же леди Виолетта? Была ее очередь присматривать за детьми.
— Мы не смогли найти ее, миледи, — сказала леди Элидори — самая старшая из нянек, которой было за тридцать.
— Не смогли найти ее? — изумилась и испугалась Химена. — Неужто ее тоже похитили?
— Или она сама повинна в похищении? — грозно проговорил Рамон, помрачнев как туча.
В это мгновение прозвучал громкий взрыв, приглушенный расстоянием и толстыми стенами, но и пол, и стены дрогнули. Один из гобеленов сорвался с крюков и упал на пол.
Химена устремила взгляд к окнам.
— А это что такое?
— Если это — требование выкупа, то оно прозвучало более нарочито, чем нужно, — объявил Рамон и бросился к дверям, но выйти не успел, так как из коридора послышались крики и топот ног. Вбежал стражник.
— Милорд! Миледи! Мы обречены!
Все, кто был в солярии, выбежали в коридор. Пока они мчались по винтовым лестницам вверх, к выходу на крепостные стены, замок сотрясся от нового взрыва. Выбежав наружу, все застыли, не в силах пошевелиться.
Она парила над зубчатой стеной в вышине — огромная роскошная женщина с налитыми кровью глазами, прекрасная в своей ярости. В кулаке она сжимала здоровенный булыжник и явно намеревалась запустить им в стену.
— Зовите его сюда, говорю вам, презренные! — Ее голос был подобен раскатам грома, камни, из которых была сложена стена, сотрясались. — Где этот никчемный, этот кусок грязи, этот перст шайтана? Пусть выйдет и предстанет передо мной, иначе я изничтожу этот замок!
— Пощади нас, о прекраснейшая из джинн! — умолял начальник стражи.
— О да, пощади нас, принцесса Лакшми, заклинаю тебя! — присоединился к его увещеваниям Рамон. — О каком таком персте шайтана ты говоришь?
— О твоем сыне, маг, и не надейся улестить меня сладкими речами и видом своего красивого лица! Я говорю о Мэтью Мэнтреле! Немедленно приведите его ко мне, иначе можете распрощаться с жизнью!
* * *
От дворца маршировал отряд пехотинцев, расчищавших дорогу для калифа. Толпа, заполонившая аллею, расступалась. Горожане дружными криками приветствовали Сулеймана, ехавшего верхом на белой кобылице. Мэт ехал следом на караковой лошади, рядом с мужчиной, бросавшим на него подозрительные взгляды. Этот человек, как сразу догадался Мэт по невидимой ауре, окружавшей его, был придворным чародеем.
Мэт попробовал завести с ним профессиональную беседу.
— Какие заклинания вы уже испытали против этих неверных?
— Все, какие только могли измыслить, — буркнул чародей и в гневе отвернулся.
Мэт вздохнул и натянул поводья, следуя примеру калифа. Затем он спешился и последовал за Сулейманом вверх по ступеням, выводящим на городскую стену. Где-то по пути он ухитрился потерять Балкис. Он мысленно уговаривал себя не волноваться за нее, твердил себе, что она так же живуча, как он, если не более, и все же никак не мог избавиться от тревоги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
