Хэдли подняла голову и увидела, как он взял пиджак, свисавший со столбика кровати, вытащил небольшую жестяную баночку и быстро снял крышку. Промелькнуло изображение колесницы, запряженной парой львов.
О. Интересно. Она никогда ничего подобного не видела. Хэдли чуть не призналась, что использует новый метод подсчета дней цикла, и сейчас, в принципе, не опасно. Вместо этого зачарованно наблюдала, как Лоу достал кружок латекса и раскатал его по всей длине члена. Боже мой. Он мог бы продавать билеты на это зрелище. Каждая горячая девушка в Сан-Франциско с радостью бы заплатила. Если всего несколько минут назад в руке Хэдли он казался плотным и тяжелым, то теперь размеры просто устрашали. Она разрывалась между беспокойством и восхищением.
И решила остановиться на последнем, когда еще одна волна удовольствия согрела ноющее лоно.
Лоу накрыл Хэдли своим телом, теплым, сильным и крепким. Замечательное чувство. Поврежденной рукой прижал ее кисть к кровати, как совсем недавно его прижимала она.
– Это всего лишь я, – повторил он, целуя ее нижнюю губу. Их пальцы переплелись, когда Лоу раздвинул ее ноги, устраиваясь между бедер. Он прижался лбом к ее лбу. – Я никогда и никого так не хотел. Никогда. Боже мой, Хэдли, скажи, что ты хочешь почувствовать меня внутри.
– Да, – едва выдавила она.
– Скажи. – Он обнял ее свободной рукой за шею и приподнялся на локтях. Выгнувшись, прижался к ее входу, дразня и нажимая, заставляя извиваться.
– Скажи.
– Я хочу тебя…
Он вонзился в нее еще до того, как Хэдли договорила. Одним беспощадным ударом. Не ожидая почти болезненного вторжения, она вскрикнула, впиваясь ногтями ему в шею.
– Не шевелись, – резко приказал он, напрягаясь все телом.
Хэдли и не могла двигаться, лишь затаила дыхание. Раз, два, три… Тело расслабилось. Лоу застонал и отодвинулся… Нет!… И снова вошел в нее, только медленно. Ужасно медленно. Идеально медленно. Достаточно медленно, чтобы Хэдли зажмурилась, охваченная желанием.
– Да? – прошептал он.
– Лоу, – ответила она.
От его поцелуя она расслабилась, наслаждаясь близостью и упиваясь трением их тел. Свободной рукой провела по теплой мужской коже, исследуя и радуясь тому, насколько крепки плечи и спина. Царапнула ему бок, и Лоу задрожал.
Хэдли подняла колени, чтобы он вошел глубже. Оба застонали, когда ее мышцы сжались вокруг его плоти. Она вскрикнула и подвинула бедра, приноравливаясь к проникновению, пока его кучерявые волоски не защекотали чувствительный комок нервов, пульсирующий в клиторе.
Какое сильное удовольствие. Достаточное, чтобы стереть годы мучений. Каждый страх, каждое волнение, каждую ночь, которую она провела в одиночестве, размышляя, что ждет ее в будущем. Теперь с прошлым покончено. Навсегда. Она почувствовала теплые слезы, стекающие по вискам, от радости сдавило горло.
– Хэдли.
– Это так прекрасно, – пролепетала она.
– Как и должно быть, – прошептал Лоу, целуя милые глаза. – Этого я и хотел. – Он прижался губами к ее губам и почувствовал вкус соли.
«Я тоже», – подумала она.
Не жди ничего и не разочаруешься. Она убеждала себя, что если во время близости испытает всего лишь избавление от фобии и легкое удовольствие, этого будет достаточно.
Но не тут-то было.
Неважно, что за те несколько раз с Джорджем Хэдли ни разу не ощутила оргазма и много лет даже не целовалась. Все это не имеет значения. С Лоу ей внезапно захотелось всего, здесь и сейчас. Как легко он кончил под ее неопытной рукой. Он не стыдился и не сопротивлялся. Чувствовал лишь страсть и доверие. Она хотела того же. Ее тело снова жадно обхватило его плоть, и желание превратилось даже не в решимость, а в нечто большее.
– Черт побери! – прошептал Лоу. – Да, min älskling, ja [9].
– А, а!
Это происходит на самом деле.
Срочно нуждаясь в якоре, Хэдли свободной рукой сжала его крепкий бицепс, двигаясь навстречу поднимающимся и опускающимся бедрам.
На лбу Лоу выступили капли пота. Он сжал пальцами ее кисть, завел за голову и придавил к матрасу. Хэдли была так близка к пику и так отчаянно хотела его испытать. Через пару мгновений их с Лоу уже было не остановить. Сюда могла ворваться толпа, а Хэдли даже не смутилась бы. Ее не было. Она потерялась. Устремилась к забвению, неизвестности и собирающейся тьме, грозившей поглотить ее целиком, если бы Хэдли решилась туда нырнуть.
И боже, она-таки испытала это чувство!
Оргазм пронесся, как летняя буря, вырвав долгий страстный крик из ее легких. Она испытывала бесконечное удовольствие, которое трясло и сжимало, пока не потеряла способность дышать. Хэдли показалось, что она умрет. Тело Лоу сжалось, и он, тоже закричав, кончил вместе с ней. Казалось, он был так же потерян и потрясен, как и она. Лоу рухнул, и Хэдли обняла любимого за шею и обхватила ногами его бедра.
Глава 24
Хэдли дважды проверила будильник. Три часа. Она не запомнила, как уснула. Кровать, к сожалению, пустовала. Однако паника, нахлынувшая на Хэдли поначалу, понемногу ослабла. Она прислушалась к шуму и, к своей радости, поняла, что Лоу еще не ушел. Под веселый свист раздавались звяканье и постукивание, в трубах шумела вода. В доме чувствовалось присутствие другого человека, на этот раз Лоу, а не служанки, которая бросит хозяйку на следующий день.
Лоу.
Хэдли улыбнулась, глядя в потолок, зажмурилась, ощущая нахлынувшее ликование, и выбралась из постели.
Поспешно сбегав в ванную, Хэдли натянула шелковый пеньюар цвета серого чибиса, покрытый яркими бегониями, быстро подпоясалась и бросилась на поиски источника шума – в кухню. На пороге она задержалась, поморщившись от яркого света лампы, отражавшегося от белой плитки. Когда глаза привыкли к освещению, она увидела любопытное зрелище – обнаженный зад Лоу.
Магнуссон уперся рукой в дверцу холодильника и, наклонившись, разглядывал его содержимое. Длинные ноги, покрытые светлыми волосками, переходили в красиво очерченные ягодицы с ямочками. Однако у нее в груди потеплело от того, что мельком заметила меж его ног.
Боже, он такое творил с ней за последние несколько часов… а она с ним. Хэдли не могла поверить. Вот он каков. Вовсе не сон, а мужчина во плоти. Очень крепкой плоти. Как красиво перекатывались мышцы на спине Лоу, пока он рассматривал баночки и коробочки. Холодильник был почти пуст: масло, варенье из инжира, красные апельсины. Немного вареной курятины для кота, который терся о ноги Лоу, будто они с гостем стали лучшими друзьями.
– Что это, как думаешь? – спросил он Четвертого. – Зеленый пух лишает меня надежды. Вроде что-то мясное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
