Размышляя об этом, он взбежал по ступенькам дома Магнуссонов и, открыв сетчатую дверь, едва не столкнулся с Уинтером. Тот неподвижно стоял, источая холод сильнее, чем мясо в морозилке.
– Где, черт побери, тебя носило?
– И тебе, черт возьми, добрый день, – поздоровался Лоу, обходя брата.
Уинтер вытянул руку.
– Тебя не было всю ночь, и ты возвращаешься в таком виде? Что ты натворил? Путался с проституткой?
Лоу пристально посмотрел на брата.
– Только попробуй повторить!
– Ты защищаешь хранительницу музея? – Разные глаза Уинтера сузились, а на губах заиграла мрачная кривая усмешка. – О да, я знаю. Грета рассказала, что ты приводил ее сюда.
Черт побери слуг и их болтливость.
– Ты не впервые шляешься по ночам. Неделю назад Йонте рассказал, что ты приехал домой в «паккарде» под утро. Ты и тогда был с хранительницей?
– Не твое дело.
– Она наследница из высшего общества. Черт побери, Лоу! Если уж встречаешься с такой девушкой, то хоть веди себя, как полагается. Если тут все болтают, думаешь, ее слуги молчат?
Он хотел было возразить, что у Хэдли нет горничной, но передумал. И Уинтер не так уж не прав. Хэдли дружила с лифтером, который сегодня холодно посмотрел на Лоу, спускавшегося вниз. Не говоря уже о других жильцах ее дома, которые, если бы заметили его в неурочное время, точно бы сплетничали. Он особо не таился.
– Сфера антиквариата Сан-Франциско не так уж обширна. Пойдут слухи, что ты с ней встречаешься, и молва дойдет до сотрудников ее музея. Попечители, спонсоры… Осторожно, а не то испортишь репутацию дамы.
– Я осторожен.
– И ты обычно не выполняешь свои обещания и удираешь из спальни через окно. Не обижай ее.
– Мне приятно знать, как ты веришь в меня, – кисло ответил Лоу.
– Зачем ты заходил к Велме?
Хоть кто-нибудь может держать язык за зубами?
– Не твое дело. По просьбе ее отца мы с Хэдли работаем кое над чем для музея.
Уинтер вскинул бровь со шрамом.
– Пожалуйста, скажи, что в этом деле не замешан Голдберг.
– Конечно, нет. – Во всяком случае, насколько известно Хэдли. И ему не хотелось об этом думать ни сейчас, ни когда-либо. Боже, в доме так жарко. Лоу ослабил галстук, чувствуя капли пота на лбу.
Между ними повисло натянутое молчание, пока Уинтер не сдался, и, тяжело вздохнув, не продолжил по-шведски:
– Луве, так нельзя. Я знаю, что ты хочешь пробить свою дорогу в жизни, но ты не можешь мотаться по всему земному шару с дядей, в противном случае ты, как и он, останешься один.
– Ненавижу Египет и раскопки, – раздраженно признался Лоу по-шведски.
– Значит, брось это занятие! Работай на меня. Ты можешь управлять новым складом, встречаться с клиентами.
– Nej. – Лоу покачал головой. – Не выйдет. Я на грани великого открытия, если бы я только… – Он замолчал. – Не хочу заниматься этим вечно, но сначала нужно выполнить последний заказ.
Уинтер смерил брата долгим взглядом, будто хотел сказать что-то еще, но передумал. Он снова перешел на английский и выпалил:
– Звонили из судоходной компании. На следующей неделе прибудут ящики, которые ты послал из Египта. Грета расскажет тебе подробнее.
Лоу пробормотал «спасибо» и обошел брата.
– Ты уже разобрался с Монком?
Ради бога! Уинтер хуже матери. Пора убраться из этого дома до того, как сойдет с ума. Наверное, надо снять квартиру в деловом районе. В большой план Лоу это не входило. Он собирался купить уютный дом и позаботиться об Адаме и Стелле. Но ведь не завтра же! А в списке есть дела поважнее. Самое неотложное: как можно скорее собрать нужное количество наличных и заплатить Монку.
И ближайший источник финансирования связан с охотой за перекладинами, которая оказалась намного сложнее, чем он предполагал. Здоровье доктора Бэкола, Ноель Ирвинг, магия… Хэдли.
Хэдли.
Лоу мог обойтись без штата слуг и предметов роскоши. Лучше жить свободным и в бедности. Но он не солгал брату: перекладины – его последняя подделка. Хэдли подобного ни за что не потерпит. А заполучить ее, ему хотелось гораздо больше, чем заполучить деньги. У Адама и Стеллы есть все необходимое, а Лоу заберет свою долю и уйдет на покой.
Надо найти последние перекладины, продать настоящий амулет доктору Бэколу, а Монку – подделку в уплату за фальшивую статую крокодила. Надо только упросить Бэкола отдать настоящую купчую на перекладины, чтобы предоставить ее гангстеру с официальными документами на основание амулета. Отец Хэдли не собирался перепродавать проклятую находку. Он желал лишь избавиться от Ноеля Ирвинга.
На самом деле, простая схема. Никто не пострадает; все довольны. И Хэдли не стоит знать, что он собирался обмануть ее отца. Пока для выполнения задуманного надо найти две последние перекладины.
Но сперва побриться и принять ванну.
Его ждет охота вместе с напарницей с волосами цвета вороного крыла.
***
Лоу с радостью снова встретился с Хэдли. За одну ночь между ними все изменилось. Упали барьеры. Теперь она встретила его с распростертыми объятиями. Он подхватил ее с колотящимся сердцем, не собираясь отпускать. Лоу никогда не был так счастлив.
И в то же время так встревожен…
Потому что везенье, благодаря которому они нашли первые две перекладины, испарилось. Два адреса они посетили за выходные, еще два в начале следующей недели, выбираясь во время обеденного перерыва Хэдли и после окончания ее рабочего дня. Каждый раз скрывали следы с помощью зачарованных мешочков Велмы. Они изображали сотрудников благотворительной организации, агентов, торгующих вразнос, давно потерянных родственников. Лучше всего им удалось сыграть роли сельского священника и его скромной жены.
И зря только устраивали водевиль. Потому что, к их огромному сожалению, все имена вели в тупик.
Однако эта неделя принесла свои плоды. Отец Хэдли шел на поправку. И пусть Лоу не удалось подтвердить, что Ноель и Оливер – одно и то же лицо, «Денежный мешок» не появлялся. И на головы им больше не сваливались волшебные химеры.
Но приятнее всего было топить неудачи в утешительных встречах, полных смелых сексуальных выкрутасов: на пассажирском сиденье серебристого «паккарда», в темных коридорах, в общественной уборной и, в особо мерзкий день, – на лестнице черного хода в пустую церковь во время осмотра запущенного кладбища.
Каждая новая встреча была подарком. Все равно Лоу снедало растущее раздражение, никак не связанное с перекладинами. В его голове звучали слова Уинтера: «Если уж встречаешься с такой девушкой, то хоть веди себя, как полагается». Почему его брат всегда прав? Потому что Лоу старался скрыть их связь: ходил на цыпочках вокруг ее отца и коллег; пробирался в ее квартиру в неурочное время, где преодолевал множество лестничных пролетов, чтобы не встречаться с лифтером; парковал Лулу через дорогу у гостиницы «Фэрмонт».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
