с ними обращаться. Смотрите, как нужно.
Действительно, охранница оказалась более подкована в вопросах общения с волшебными существами. Правда, вначале она получила пинок и чуть не оказалась сбитой с ног, но не прошло и минуты, как ей удалось схватить концы волочащихся по земле поводьев.
– Полное отсутствие хороших манер! – прикрикнула она на единорогов.
Те тут же приняли вид оскорблённого достоинства и покорно позволили себя увести. Стражник, прибывший на место происшествия первым, рассматривал образовавшуюся дыру, которую единороги успели проделать в стене лабиринта.
– Ну, в этом секторе заключённых нет, а злотёрн быстро восстановится.
– И всё же я пойду проведу внутренний обход, – сказал второй.
Все трое удалились, ведя в поводу единорогов.
– Селестен меня убьёт! – простонала Джун, как только они остались одни.
Мангустина и Чарли огорчённо молчали. Их план с треском провалился, как почти всё, что они пытались предпринять с момента своего приезда в Тэдем.
– Эти звери и впрямь большие гурманы, – пробормотала наконец Мангустина. – Для осуществления нашего плана понадобилось бы не меньше сотни единорогов.
– Ну, зато мы не попались, – попытался утешить её Чарли. – Давайте возвращаться.
– Нет, правда, что я скажу Селестену?! – стенала Джун. – «Простите, я сунула ваших единорогов в карман, да вот беда – случайно где-то обронила»? Теперь он лишит меня сладкого, это уж как пить дать! – Джун жаловалась всю обратную дорогу до школы и бурчала, даже когда они шли по подъёмному мосту. – И вообще, ваш план – полный отстой! Не надо было одалживать вам единорогов Селестена. Как нам теперь их вернуть? Честно говоря, я думала, вы знаете, что делаете, поэтому в следующий раз…
– Тс-с-с!
Чарли подскочил к Джун и зажал ей рот ладонью. У стены притаилась рептилия с красным бантом и глядела прямо на ребят. Время словно остановилось… В следующую секунду шептун повернулся и бросился наутёк.
– Держи его! – завопил Чарли.
Троица рванула в погоню за шпионом, но у того была приличная фора. Не обращая внимания на расставленные тут и там неподвижные доспехи, преследователи пронеслись по двору, обогнули башню Золотой ноги и наконец влетели в башню Знамений, где находилась комната директора. Рептилия проскользнула в маленькое отверстие в нижней части двери, и трое подростков резко остановились.
– Нужно как можно скорее вернуться в общие спальни! – предложил Чарли.
Девочки без возражений согласились, и все трое со всех ног помчались в Башню прачек, не обращая внимания на стук подошв по каменному полу. Когда они добрались до двух дверей, за одной из которых находилась спальня девочек, а за другой – спальня мальчиков, и уже обменивались сложными рукопожатиями с металлическими ручками-пятернями, Мангустина прошептала:
– Шептуны ненадёжны. Отрицайте всё наотрез!
16. Признания
Лилий Атравис с задумчивым видом наматывал на кулак косу, украшенную тремя бантами, и поглядывал на злосчастную троицу.
– Итак, что вы скажете в свою защиту? – спросил он наконец.
– Это не я, – пробурчала Джун больше по привычке, и прозвучало это неубедительно.
После завтрака всех троих вызвали в кабинет директора. Чарли затылком чувствовал пронзительный взгляд почтенной матроны с портрета, и от этого нестерпимо хотелось почесаться. Все тома «Грязных секретиков», прежде стоявшие в шкафу, теперь валялись разбросанные по комнате – очевидно, последние несколько дней их прилежно перечитывали.
Директор казался крайне раздосадованным. Наконец он щёлкнул пальцами. Прикованный к столу гном торопливо схватил перо, аккуратно обмакнул в чернильницу и лишь потом подал хозяину.
– Я отправил сообщение Селестену Бурпену, – сказал Лилий Атравис. – В ближайшее время он должен прибыть сюда. Мы вместе проясним этот вопрос, раз уж ваши маленькие товарищи ничего не видели.
К счастью, среди учеников Святых Розог стукачей не было. В час ночи директор разбудил всех своих подопечных, но не нашёл ни одного свидетеля ночной вылазки Чарли; пансионеры все как один клялись и божились: «Месье, я спал и ничего не видел, честное слово!»
– Вроде бы я что-то слышал… – начал было Панус, мрачно глядя на Чарли… – Ой нет, это мне просто кошмар приснился.
Они с Карибом и Силасом вернулись в замок минут за десять до Чарли и очень разозлились из-за того, что едва не попались – впрочем, не до такой степени, чтобы отдать Чарли на растерзание.
– Я запишу ваше признание в этой своей работе, – протянул Лилий Атравис, открывая свой нынешний дневник.
Стоящий на письменном столе гном поспешно отбежал в сторону: не поспеши он – тяжёлый кожаный переплёт его бы раздавил. Шептун, наябедничавший на ребят, лежал на плечах директора и злобно таращился на провинившихся. Один из его собратьев отдыхал в корзинке на шёлковых подушках, а третий, вероятно, шнырял по замку, вынюхивая новые сплетни.
– Если вы признаетесь, я обещаю проявить милосердие. Знаете, я великодушен, поэтому позволю вам самим решить, кому придётся расплачиваться. Одно наказание по цене трёх – не упустите выгоду. Соглашайтесь, пока я не передумал.
Мангустина и Чарли упорно молчали.
– Это-не-мы, – скороговоркой повторила Джун.
На этот раз оправдание прозвучало удивительно правдоподобно – казалось, бедняжка вот-вот расплачется из-за вопиющей несправедливости.
– В таком случае вы будете наказаны все трое. А теперь подытожим, что нам известно. Вчера вы злоупотребили доверием одного из выдающихся членов общества и украли единорогов. В котором часу совершилось это злодеяние? Я полагаю, вечером?
Директор заметно нервничал. «Шептуны ненадёжны, – напомнил себе Чарли. – Наше слово – против слова этого ползучего гада».
Тут в коридоре послышался звук шагов, и Лилий Атравис, встав, пошёл открывать дверь:
– Селестен, вот и вы! Как раз вовремя, теперь можно устроить виновным очную ставку.
– Вы поймали этих шалопаев? Заметьте, ничего серьёзного не случилось, сегодня утром мне вернули моих любимцев. Мне придётся возместить причинённый ими ущерб, но, в общем-то, ничего страшного.
– Поверьте, так просто мы этого не оставим.
Селестен Бурпен вошёл в кабинет и, поправив на носу огромные очки в красной оправе, пристально поглядел на трёх подростков. При виде Джун в его глазах промелькнула тень разочарования. Чарли решил испытать удачу.
– Месье, вчера вечером мы и впрямь пошли посмотреть на ваших единорогов, это правда. Джун по доброте душевной согласилась нам их показать, потому что нам было очень любопытно. Потом мы ненадолго отвлеклись, и единороги убежали. Мы не смогли их догнать, но собирались сегодня их поискать. Нам очень-очень жаль.
Селестен насмешливо выгнул бровь. «Он нам не верит, – сообразил Чарли. – Это конец». Однако Бурпен широко улыбнулся и обратился к директору:
– Понимаю, трудно устоять перед моими милашками – потому-то я их и купил! Право слово, не из-за чего беспокоиться! – И добавил, глядя на подростков: – Хотя могли бы меня и предупредить!
