— Умерь свой пыл, ученик, — раздалось спокойное поучение. — Раж — худший союзник в бою с превосходящим тебя по мастерству противником.
Но я не слушал. Не мог. Упомянутый магом раж застлал уши, заняв разум подбиранием в голове другого, более действенного способа удивить старика Вильфреда, доказать, что я способен на большее — одолеть его!
Я перекатился через спину назад, встав на одно колено. В правой руке сам собой возник сгусток жаркой, сияющей ярко-оранжевым энергии. В левой — холодный, обжигающий прохладой лазурный, чадящий белым паром комок. Поддавшись странному наитию, я принялся сводить две несущие на себе контрастные силы ладони перед грудью. Давалось это невероятно тяжело. Энергии, будто однополярные магниты, наотрез отказывались смыкаться, упираясь в плоть, точно стараясь прорваться сквозь длани и вырваться с другой стороны, дабы больше не встречаться с оказавшейся на пути чуждой мощью. Но все одно я продолжал упорно сокращать разделявшее кисти расстояние, хотя от каждой йоты этого движения плечевые мышцы готовы были разорваться, а руки выпрыгнуть из суставов.
Сгустки уже начали тянуться друг к другу, теряя изначальные шаровидные формы, замерцало ослепительно-белое сияние, раздалось громогласное шипение, как вдруг меня застал новый, в этот раз гораздо более сильный толчок в живот. Он разорвал энергетическую связь, опрокидывая меня спиной на землю и прижимая, словно прессом. Руки раскинулись на всю длину. Над моим падшим навзничь телом навис Вильфред Форестер, навершием посоха едва не упирая мне в лицо.
— Ты что замыслил, мальчишка?! — Его глаза метали искры, а голос срывался.
— Я… — От давящей на каждую точку тела силы и вмиг нахлынувшей усталости язык отказывался сплести и пару хоть сколь связных слов.
— Нет! Ты даже не представляешь, что пытался сделать! Нельзя совокуплять противоположные энергии! От такого столкновения ты, неумелый мальчуган, не только сравнял бы с землей все на лигу окрест, но и сам разлетелся бы на мелкие кусочки! Научись контролировать собственный гнев, ученик, иначе долго ты не протянешь. И боле не смей выкидывать подобное! Как тебе вообще взбрело в голову сотворить такое соитие? Как удалось почерпнуть чистую силу, да еще и в столь грандиозном количестве?!
Вдруг позади, обрывая тираду Форестера, послышался топот копыт. Я приподнялся на локтях, обернулся. По долине, ярдах в пятистах впереди, выныривая головами из низины, показались всадники. Трое людей, облаченных в темно-синие плащи и верхом на разномастных меринах, рысью вели животных в нашу сторону. Вид путников внушал странный трепет, хотя ни сверкающих доспехов, ни знатной боевой хоругви при себе ездоки не имели. Не было заметно даже какого бы то ни было вооружения.
Неожиданно лошади, доселе спокойно семенившие по долине, вскочили на дыбы, громко заржав и замотав головами, стараясь вырвать поводья из рук всадников. Недолго, но яростно побрыкавшись, животные все же успокоились, опустившись обратно на четыре ноги, однако идти дальше, несмотря на призывы и похлопывания по шее, отказывались. Удивительно, чего это они?
— Лошади не переносят магической атмосферы, — словно прочтя мои мысли, ответствовал колдун. — Как и остальная живность, впрочем… Не сходи с этого места.
Он взмахнул открытой ладонью над моей осевшей на земле фигурой, а сам, не спеша, направился в сторону гостей. Я же поначалу и не понял, что произошло, но когда опустил глаза, желая оглядеть нывшие от ушибов конечности… То не узрел ничего. Я ворочал руками из стороны в сторону, взмахивал, трогал одной другую, но все одно — чувствовать чувствовал, а увидеть не мог. Также и с остальным телом. Эк лихо старый колдун накинул на меня мантию невидимости. Лишь одно простое мановение — и я скрыт как от своих, так и от чужих глаз.
Отказывавшихся ступать дальше коней двое ездоков, спешившись, взяли под уздцы и повели фыркающих животных в обратном направлении. Единственный же оставшийся из визитеров, отдав какие-то указания и проводив своих товарищей взглядом, поспешил к тихо приближавшемуся колдуну.
— С добрым утром тебя, Вильфред. — Гость, едва приблизился к старику на расстояние вытянутой руки, снял капюшон, с широкой улыбкой уставившись на мага. На вид ему было лет сорок. Острые черты лица. Оттопыренные уши сверкали десятками крупных и мелких драгоценных камней, сломанный нос широким вопросительным знаком опускался практически до самых губ. Глаза, несмотря на то, что имели ярко-зеленый оттенок, смотрели с холодом и хитрецой. Волосы же человека были черны, точно ночь, своеобразным вторым «капюшоном» скрываясь кончиками под воротником плаща.
— Что тебе нужно, Ульрик? — с нескрываемым презрением спросил маг.
— Я тоже рад тебя видеть. — Улыбка гостя разошлась еще шире. — Я и мои спутники были посланы сюда проведать о случившемся несколько дней назад… происшествии.
— Вернее, «пронюхать», — тихо, с укором промолвил Форестер.
— Насколько я знаю, до нас здесь уже побывала гвардия Виланвеля? — не обратив внимания на колкость собеседника, продолжил гость. — Однако она могла полагаться лишь на низшее зрение, а такой подход нам большой пищи для размышления не даст. Мы собирались прибыть лишь завтра, под вечер. Но мой нос неожиданно почуял странный след. Прямо тут, в этом лесу. Настолько сильный и терпкий, что я было подумал, что тот артефакт вновь раззадорился, подняв вторую волну своей жатвы. Так что пришлось пришпорить лошадей, дабы поскорее досюда добраться. А к тебе я пожаловал за расспросами. Авось и подскажешь, что это могло быть?
Вильфред Форестер вскользь, через плечо, покосился на меня.
— Не понимаю, о чем ты. — Маг вернул взгляд визитеру.
— Не понимаешь? Хм… — глянув в небо, всем своим видом выказывая крайнее замешательство, протянул человек. — Интересное дело. Знаешь, несмотря на то, что ты опутал эту долину весьма изощренной «крышей», профессиональный нюх все равно не провести. Здесь творилась магия, причем совсем недавно и… мощная. Рискну даже предположить, что боевая.
— Видно, твой нос тебя подводит, Ульрик, — сохраняя на лице безмятежную мину, пожал плечами маг.
Визитер хмыкнул:
— Нешто и глаза тоже? — Палец гостя, которого старик назвал Ульриком, указал на выжженный дотла овал травы подле меня.
— Солнце в моей долине чудит еще и не так. Преломляясь через купол, способно и лес поджечь, не то что мелкую растительность.
— Даже будучи за облаками? — Ульрик качнул головой вверх, указывая на собиравшиеся в объемную отару свинцовые тучи.
— В том числе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
