1979, p. 271–283). О его критике в адрес Хобсбаума см.: Послесловие. О самом знаменитом австралийском бандите см.: F. J. Mcquilton,
The Kelly Outbreak, 1878–1880: The Geographical Dimension of Social Banditry (Melbourne University Press, 1978), John H. Philips,
The Trial of Ned Kelly (Sydney, 1987) и D. Morrissey, Ned Kelly’s Sympathisers
(Historical Studies, 18,1978, University of Melbourne, c. 228–296).
Хорошие биографии бандитов обычно принадлежат перу историков (см. цитируемые выше работы), хотя иногда получаются и у литераторов, в частности Gavin Maxwell, God Protect Me From My Friends (London, 1957) — о жизни сицилийского бандита Джулиано. Поскольку свидетельства бандитов автобиографического характера почти всегда доходят через третьих лиц, к ним следует относиться с определенной осторожностью, как в случае Панайота Хитова, болгарского гайдука (в G. Rosen op. cit.) и еще более в случае Крокко, разбойника с юга Италии (в F. Cascella, Il brigantaggio, ricerche sociologiche е antropologiche, Aversa, 1907). Другой продукт той же итальянской школы криминологии — Е. Morsello S. de Sanctis, Biograjia di un bandito: Giuseppe Musolino difronte alia psichiatria e alia sociologia. Studio medico-legale e considerazioni (Milan, 1903). Свидетельства из первых рук в библиографии сардинского бандитизма и бразильских кангасейруш также следует воспринимать с долей скептицизма.
Академические исследования БАНДИТСКОЙ ТРАДИЦИИ и БАНДИТСКОЙ ЛЕГЕНДЫ значительно прогрессировали. Вдобавок к уже процитированным работам Торреса I Санса и Данкера следует отметить важное введение Роже Шартье к Figures de la gueuserie: Textes preséntéspar Roger Chartier (Paris, 1982, особенно c. 83-106) и Dominique Blanc-Daniel Fabre, Le Brigand de Cavanac: le fait divers, le roman, l’historié (Editions Verdier, Lagrasse, 1982). Выдающимся примером такого исследования является и Linda Lewin, Oral Tradition and Elite Myth: The Legend of António Silvino in Brazilian Popular Culture (journal of Latin American Lore, S:2, 1979, p. 157–204). За самими балладами и стихами можно обратиться к R. Daus, Der epische Zyklus der Cangaçeiros in der Volkspoesie Nordostbrasiliens (Berlin, 1969). Julio Caro Baroja, op. cit., A. Dozon, Chansons populaires bulgares ineédites (Paris, 1875) и Adolf Strausz, Bulgarische Volksdichtung (Vienna/Leipzig, 1895), они дают дельную подборку баллад испанских и болгарских гайдуков. То, чего большинство из нас лишено из-за незнания языков, можно увидеть в английском дайджесте работы}. Horák, К. Plicka, Zbojníckepiesne slovenského ludu (Bratislava, 1963), которая содержит 700 бандитских песен только из Словакии.
Среди многочисленных бандитских романов бесспорно лучшим мне представляется Ivan Olbracht, Der Räuber Nikola Schuhaj (East Berlin, 1953)[140]. Mehmet My Hawk Яшара Кемаля (London, 1961)[141] — еще один литературный герой коммунизма — блестящее произведение. Классическим бандитским романом, конечно, является китайский «Ши Най-ань»[142], переведенный Перлом Баком на английский как “All Men Are Brothers” (New York, 1937). E. About, Le roi des montagnes рисует картину греческого разбойничества после освобождения, лишенную каких-либо иллюзий. «Роб Рой» Вальтера Скотта (с полезным историческим предисловием) вводит в заблуждение относительно своего героя в гораздо меньшей степени, чем «Айвенго» того же автора — относительно Робина Гуда. Бандитам посвящены многочисленные фильмы, телепередачи и видеоматериалы. Ничто из этого не представляет ценности в качестве исторического источника, но как минимум два сильно прибавляют к нашему пониманию бандитской среды: «Бандиты из Оргозоло» Витторио де Сеты и великолепный «Сальваторе Джулиано» Франческо Рози.
Издательские данные
Примечания
1
Джонсон С. Суетность человеческих желаний / пер. Р. Дубровкина. URL: http://dubrovkin.imwerden.de/doku.php/johnson. — Прим. перев.
2
Имеется в виду обстановка в Чечне в конце 1990-х годов. Предисловие написано в июле 1999 года. Вторая чеченская война началась в августе 1999 года после вторжения боевиков в Дагестан. — Прим. ред.
3
Аскари (араб.) — местный, как правило, солдат, служащий в колониальных войсках. — Прим. перев.
4
Повесть Вальтера Скотта «Два гуртовщика» прекрасно иллюстрирует этот конфликт законов. По дороге в Англию гуртовщик-шотландец повздорил с напарником из Англии по поводу пастбища для скота. Англичанин сбил с ног шотландца, который в ответ нанес смертельный удар кинжалом, потому что в его системе взглядов это оскорбление можно было смыть только убийством. Судья (англичанин), судивший шотландца за убийство, объяснил присяжным, что, по законам подсудимого, тот не является преступником, а лишь выполнявшим свой долг. Несмотря на это, по законам Соединенного Королевства у присяжных не было выбора — им пришлось осудить его, как преступника. — Здесь и далее прим, автора, если не указано иное.
5
В основу посвященной представлениям о человеке у французских крестьян XVI века книги Натали Земон Дэвис «Возвращение Мартина Герра» (1982) легла история крестьянина, покинувшего свою деревню и самозванца, выдававшего себя за пропавшего Мартина Герра и три года прожившего непосредственно в его семье. См.: Дэвис Н.З. Возвращение Мартена Герра. М.: Прогресс, 1990. — Прим. ред.
6
Имеется в виду Тридцатилетняя война (1618–1648). — Прим. ред.
7
Частичное исключение, вероятно, следует сделать для особых кастовых обществ индуистской Южной Азии, в которых развитие социального бандитизма ограничивается тенденцией грабителей (как и любых других частей общества) образовывать замкнутые касты и общины. Однако, как мы увидим позднее, между некоторыми видами дакоитов (как называют в Индии бандитов) и социальными бандитами есть определенное сходство.
8
Ла Виоленсия (исп. La Violencia, «насилие») — вооруженный конфликт в Колумбии (1948–1958), наиболее активно разворачивался в сельской местности между партизанскими и парамилитарными отрядами, созданными Либеральной и Консервативной партиями Колумбии, а также Колумбийской коммунистической партией. Катализатором противостояния стало убийство популярного среди беднейших слоев населения либерального политика Хохе Гайтана. Ряд лидеров партизанских отрядов отказались сложить оружие после объявления амнистии в 1953 году, и даже после примирения и подписания либералами и консерваторами пакта о разделе административных должностей в государстве, и продолжали сражаться до середины 1960-х. Один из командиров в либеральном крестьянском ополчении, Педро Антонио Марин (Тирофихо) в 1954 году заявил о переходе в Компартию и стал основателем и бессменным руководителем (на протяжении более 40 лет) Революционных вооруженных сил Колумбии (ФАРК). За годы Ла Виоленсии погибло более 200 000 человек, многие были убиты с особой жестокостью. — Прим. ред.
9
Ныне регионах. — Прим. перев.
10
