произведения. С учетом эпохи, на такой почве не мог не взрасти обильный урожай легенд, подобная личная история не могла не стать поводом для многочисленных литературных опытов, включая откровенные фантазии, не слишком отличающиеся от сказок и прочего фольклора.
И действительно, образ великого полководца быстро обрел мифические черты, и в период поздней Античности — во II–III веке (первоначальная редакция была утрачена, и мы точно не знаем, когда ее написали) — появился роман о его жизни, который с точки зрения современной литературы воспринимается как героическое фэнтези. Автором этого романа в ряде случаев провозглашали Каллисфена, греческого историка, который действительно сопровождал царя во время похода. Версия считается ошибочной, и в нынешней исследовательской литературе чаще всего употребляется именование «Псевдо-Каллисфен» (в случае, если вообще рассматривается вопрос об авторстве, неимоверно сложный не только в силу давности событий, но и потому, что произведение много раз переписывали, переделывали и переосмысливали разные персоны в разные периоды).
В романе, лишь приблизительно отражающем известные факты жизни Александра, фигурируют фантастические существа, происходят чудеса, и сам герой — сын не Филиппа II, а последнего египетского фараона Нектанеба II, могущественного волшебника, — во время своих странствий и завоеваний посещает не только реальные края, в которых в самом деле побывал или нет, но и те земли, что существуют лишь на мифической карте потустороннего мира. Изначальная, утраченная редакция «Истории Александра Великого» породила множество версий, которые переводились на разные языки, переписывались в прозе и стихах, видоизменялись, теряли фрагменты и обрастали подробностями, тем самым обогащая и усиливая миф об Александре.
Золотая монета с профилем Александра Македонского. Македония, IV в. до н. э.
The Metropolitan Museum of Art
Однако легенды, подлинный фольклор также важная часть этого мифа. Оксана Чёха собрала их, воспользовавшись многочисленными источниками, тем самым продемонстрировав всю степень фантастичности образа великого царя и полководца в народном сознании[237]. Вышло примерно следующее.
• Александр был великаном, ростом до облаков; на обед он съедал триста быков, а вместо кубка для вина использовал бочку.
• Смерть Александра связана с нарушением обета: он не должен был падать, поскольку в этом случае ему не суждено было подняться. Зная об этом, вероломный друг обманул царя, желая отомстить ему за обиду, — спровоцировал вырвать дерево, у которого были подрублены корни (вполне подходящая забава для великана!). Не зная об этом, Александр потерял равновесие и упал навзничь: «А если бы этого не случилось, глядишь, до сих пор бы жил».
• Он был проклят от рождения третьей мойрой, которая предсказала, что этот ребенок будет вечно всем недоволен, и потому в конце концов, неудовлетворенный результатом своих завоеваний, поднялся на вершину горы Скопо, чтобы схватить само солнце. Такая гордыня прогневала Бога, и царь упал замертво.
• Многие легенды связаны с нереидами: одна из них любила Александра и утянула к себе в море, чем и погубила. До сих пор она (или ее сестры) спрашивает у проплывающих мимо моряков, как поживает великий царь, и если услышит, что он умер, то переворачивает лодку. Согласно некоторым преданиям, в нереиду превратилась дочь или сестра Александра, выпив предназначенную ему воду бессмертия.
• Александр был сыном не Филиппа II и даже не Нектанеба, а самого Солнца! Небесный отец изначально предупредил мать будущего царя, что он не навсегда будет при ней, что однажды его заберут на небо. Так и случилось, несмотря на все предосторожности — в частности, Александру нельзя было спать днем без присмотра, и все-таки один раз он задремал в ожидании обеда. Солнце протянуло единственный лучик — и украло своего сына, как и предсказывало.
• Царь либо пил на протяжении какого-то времени воду бессмертия, которую некто вероломный подменил, либо должен был ее выпить, но не сумел, поскольку она благодаря обману или стечению обстоятельств досталась кому-то другому — как упоминалось выше, его дочери, сестре или сестрам, а также служанкам. Сестры / служанки, испившие этой воды, превратились в духов воздуха (русалок), научились летать и с той поры причиняют людям неприятности. В румынской традиции эти существа называются иелеле.
• Александр за время своих путешествий успел побывать у народа блаженных на краю света, а также в подземном мире, где вся земля — это золото.
• Есть также совокупность преданий, в которых нет фантастического элемента, в них даже иногда отражаются реальные деяния Александра или же он выступает в качестве культурного героя.
АЛЕКСАНДРИЯ СЕРБСКАЯ
От изначальной версии «Истории Александра Великого» у нас остался только перевод на латынь, выполненный Юлием Валерием в IV веке, и поскольку в былые времена переводчики позволяли себе вольности, нельзя утверждать, что он в точности соответствует оригиналу. А в дальнейшем, как уже было сказано, создали очень много версий произведения, среди которых — тысячу лет спустя — и так называемая «Александрия Сербская», написанная, предположительно, на Балканах и изначально получившая широкую известность у сербов, греков и румын. В ней Александр изображен героем, в большей степени соответствующим христианским идеалам, чем это вышло у предыдущих авторов. Важные эпизоды также были снабжены христианской моралью, многочисленными выводами нравоучительного характера о том, какие чувства и эмоции позволительны добропорядочному человеку, а какие выдают злую, языческую суть. В XV веке текст был переведен на русский, и чуть позже сложилась новая русская редакция «Александрии Сербской», которая также отличалась от балканского прообраза.
Укрощение Буцефала. Гравюра Леона Давена. XVI в.
The Metropolitan Museum of Art
Итак, царь Александр предстает перед нами во всех смыслах великим человеком: «…был он от природы добродетелен, на славу же и богатство смотрел как на что-то тленное и преходящее, был снисходителен к ошибкам людей, целомудрием великим и мужеством отличался»[238]. Иными словами, ему были свойственны четыре так называемые кардинальные добродетели христианского богословия, известные со времен Античности: мудрость (софия), умеренность (софросюне), мужество и справедливость.
Мать Александра — Олимпиада, жена Филиппа II, отец — «египетский царь Нектонав, великий волшебник», изгнанный из своего царства, вынужденный скрываться в Македонии под видом врача и кудесника. Согласно двум разным пророчествам, он должен был погибнуть от руки собственного сына и вместе с тем вернуться в Египет через тридцать лет молодым, чтобы отомстить персам-захватчикам, — так в «Александрии Сербской» и в более ранних версиях романа отразился известный мотив об умирающем и воскресающем боге.
«Ибо нет на земле радости, которая не сменялась бы печалью. Так же и слава земная: ненадолго приходит и вскоре погибает. Те, кто надеется на волшебные чары, подобны опирающимся на воду — как только обопрутся, так и погибнут». Эти слова в начале истории произносят скорбящие египетские
