было… Печати эти на теле тоже… чесались… и кололи постоянно… Диктор шею неудобно стягивал… А теперь… впервые… я ничего такого не чувствую… Странно…»
— Попаданец в бледном доспехе уже прорвался на Девятый и устроил погром в южном районе, — лишь слова Кирка отвлекли Лина от речи Лайта.
— Так почему мы только сейчас об этом узнаем?! — недовольно крикнул Линварт.
— Потому что это произошло только пару минут назад, — ответил капитан Первого. — Силы резерва Бюро теперь направились усмирить этого рогатого. Не известно, что станет с операцией по устранению регрессора, но и…
— Ой, вот на это уже плевать! Мы выдвигаемся! — прервал своего вышестоящего без капли смущения или сомнения Брэйк.
— … — но по виду Форварда было понятно, что мальца стоит растормошить.
— Давай, пошли! Кто, если не мы, а? — сказал такие слова старший с игривой улыбкой на лице. — Или что, до сих пор шокирован, что такой оказалась твоя «первая миссия» в должности Покорителя?
— Немного, — еще до сих пор глядя куда-то в пустоту ответил младший.
— Ну, как сказал Вэй, основной силой подавления этого демона всё равно станут шишки из Бюро! Нам же туда отправиться необходимо, чтобы просто увидеть, чем всё закончится! Или ты так не считаешь?
Мысли в разуме Лина эти последние дни носились туда-сюда внутри мозга подобно снежным потокам за толстой металлической стеной справа от него. При этом лишь небольшое окошко давало представление о разворачивающейся там буре. Всё тело Форварда отвечало на напряжение в голове проходящей по конечностям дрожью. Что не давала чёткого понимания, готов он сорваться с места от жара переполняющих его внутренней энергии и решимости. Или же пристыл к месту.
— «Чёрт! Чёрт! Чёрт!!!» — корил себя Лин, сорвавшись с места и двинувшись к лифту с такой скоростью, что старшему пришлось, догоняя его шаг, перейти на бег.
Он снова болезненно осознал, что в Академии к нему относились как к прокаженному бедолаге. Его щадили, берегли, утаивали реальное положение вещей. Своим поведениям учителя и даже сверстники наваливали на него груз сострадания. Они видели в нём юнца, что упрямо и гордо идёт вперёд, сцепив зубы от боли, эхом разносящейся по его телу с каждым новым шагом на пути Покорения. И ведь он так и остался таким. Ему… хотелось получить от них хотя бы такую крупицу признания! Хотелось видеть свой путь вперёд… каким бы искаженным в глазах других он не казался. Но это вовсе не означало, что он должен был сдаться и приняться себя щадить!
И сейчас каждое соприкосновение его подошвы с хладным металлом пола заставляло Хаос внутри содрогнуться. Лёд внутри него был неспокоен. Ему неподконтролен. Постоянно лез к нему в душу. Как и боль утраты горюющих людей. Как и картины катастрофы, погруженные в смолу. Тело и разум кричали ему, что это неправильно. Столькие вокруг говорили и намекали об этом. Но лишь отдавая себя одной битве за другой, покоряя Хаос в самых напряжённых ситуациях, Лин мог найти для себя ответ на один вопрос, который мучил его:
— «Стоит ли всё это того?»
Внезапная волна какой-то неимоверной воли чуть не сдула расслабившегося Линварта, когда он таки сумел догнать юнца, прихватив с собой позабытый контейнер и накинув серый плащ. Ему бы в пору было порадоваться за внутренний рост подопечного. Но вместо этого на него накатила какая-то недобрая волна сомнений. Ибо не было толку сейчас в этом пробуждении. Только если…
***
Девятый круг всегда был воплощением роскоши всего супер-города. Самые дорогая недвижимость и рестораны располагались здесь. Сотни и тысячи специальных клубов и развлекательных залов полнили его просторы. Настоящие небеса радовали людей своими облаками, светом Солнца и бризом. Здесь даже не было привычной каждому кругу заброшенной окраины. Мощный барьер и постоянные патрули Покорителей обеспечивали безопасность даже в самой близости с наружностью. К тому же в такую высь частицы и потоки Хаоса вздымались куда менее охотно.
Но так как сей круг был своеобразным Сердцем и самой мякоткой всего города, то он вынужден был полниться событиями, происшествиями и новыми посетителями. Подобно несведущим насекомым люди, попаданцы, регрессоры и порой даже реинкарнаторы — все они лезли в самое пекло. Всех их манила Вершина. Ибо у кого в душе не проснётся желания Покорить такую, коли представиться возможность. Вот и сейчас, сначала один носитель великого Хаоса, а теперь уже второй, ступили на земли Девятого.
— Ха, ну и слабак, — давя в руках ядро последнего собрата, произнёс Пустой.
Распластавшееся под его ногами тело, уже никак не отличимое от людского, он догнал в одном из «криминальных» районов круга. Тут можно было много где затеряться. Но подобную репутацию он приобрёл вовсе не от того, что в тенях многочисленных тупиков и переулков можно было творить грязные дела. Просто здесь активно любили заседать и развлекаться верхушки многочисленных кланов якудза, мафии и прочих, не стесняясь об этом всему миру хвастаться. Проход обычному люду сюда был запрещён. Ради обеспечения этого сюда стекалось немало покоривших Хаос бугаев, что-либо отказались примкнуть к Бюро, либо оттуда уволились.
Вот только угрозой они казались лишь люду обычному. Демон же сразу признал, что окружили его со всех сторон бойцы куда более профессиональные. Он забросил тельце собрата в мусорный бак, что стоял прямо перед ним в проулке за одной из лапшичных. Эта жалкая скотина спокойно набивала свой желудок не людской плотью, но созданной ими пищей, когда Пустой добрался до него. А после выскочила через кухню на задворки. И приняла тут свой конец. Растеряв большую часть своего Хаоса, воли и яиц этот «собрат» (которого так называть демону хотелось меньше прочих) принял форму близкую к той, что местный люд назвал бы «нерабочей». Посмел показать свой прежний/изначальный облик. Теперь, могилу его украсить пришла еще пятёрка местных Покорителей.
— Удивительно, что тебе в самый последний момент да удалось показать, какую способность подарила тебе Система, — Пустой слышал перешептывания бойцов, расположившихся
