всё сильней размывались пред глазами. Кроме того, всё его тело, будто отмирая, начало чернеть. Но Кавасаки понимал, что происходит так не из-за гниения. Просто теперь он постепенно принимал изначальный облик того демона, что ныне захватил его тело и сделал навеки своим.
Чёртов Пустой с каждым сраженным Ино собратом проявлялся в его разуме всё более ясной и чёткой картинкой. Тогда как сам Кавасаки постепенно угасал, пока демон набирал силы. Обратный процесс заточил уже Ино внутри чертогов демонического разума. Попаданец не подозревал, как время протекает в таком пространстве, что порождало в его душе величайший ужас. Из-за него он не мог перестать переживать и дрожать. В голове была каша. Он не знал, как близок его конец. И настанет ли он вообще.
И это напомнило ему кое о чём. Об одном месте, из безграничной серой реальности которого он не так давно «сбежал». Удивительно и печально было осознавать, что прошло не больше пары недель с того момента, как он попал в этот мир. Большинству из тех попаданцев, о которых «мудрец под великой кроной» рассказывал, удавалось продержаться здесь куда дольше. Целые годы они могли жить здесь. Жить, вовсе не боясь преследования и не подвергаясь гонениям. А наслаждаясь новой жизнью.
Да, путь каждого был непрост, и порой им приходилось терять друзей или частички себя. Но путь каждого был похож на одну из тех историй, что Ино мог прочитать, прикупив новый томик манги в ближайшем магазине. Одна из них от того растянулась и поросла целым ворохом мифов и тайн, что напоминала какую-то сказку. Кавасаки же, попав в чудной мир и обретя сверхспособности, тут же плюхнулся носом в лужу суровой реальности, не ступив и шага. Хотя, чему тут было удивляться? С ним по жизни подобное происходило постоянно…
***
Он вспомнил пасмурное летнее утро. То был последний день лета. А оно было его любимым временем года. И учиться было легче, а уж отдыхать — вообще самое наслаждение. Но не сегодня. Ибо уже с неделю как на самом деле началась эта проклятая осень: постоянные дожди, зябкость и грязь под ногами. И Кавасаки чувствовал, будто у него эту неделю украли. Считал это недопустимым. Но поделать ничего не мог. Просто пялился в окно, пока его старенький ПК с треском запускался. От насущных забот всегда можно было отвлечься, вот так глянув в окно.
Но не сегодня. И не вчера. И даже не с месяц назад. Может, на парня просто нашла внезапная волна тоски, но он вдруг резко ощутил, как же ему одиноко сидеть в пустой крохотной квартире. С высоты десятого этажа хорошо просматривался берег реки и соседствующая с ней дорога, полнящаяся пешеходами на тротуарах. Что-то в тот момент сильно въелось в его разум. Аж давило на глаза. Вероятно, дело могло быть в очках, минус которых уже не подходил его вновь ослабшему зрению. Он толком уже не помнил. Хотя ему и показалось на миг, что он сумел погрузиться в воспоминание.
Нет, он всё также ощущал объятья бледной бездны Пустого сознания, в которой был заточен. Сейчас пред его глазами просто проносились картинки прошлой жизни. Точнее того дня из неё, что стал для него… последним. Отстойное зрелище обещало пред его глазами развернуться. Даже не зная всех деталей, Кавасаки чувствовал это.
Хотя как-то даже не верилось в то, что сей день станет судьбоносным, глядя на происходящее. Ино же из фрустрации и непогоды хотел провести весь день внутри своих покоев. Так что же могло привести к трагедии? Желание изменить типичный распорядок всякого выходного дня, до которого он каждый раз с трудом добирался, продираясь сквозь тонны уроков и домашки. Компьютер так и не запустился, окончательно заглохнув. Это вывело парня из себя. Но не настолько, чтобы начать браниться и лупить стол кулаками. Не сегодня. Ибо под столом у него стояла бутылка саке, что он взял вчера в магазине, перепутав с газировкой. А всё потому, что забыл очки. Или же потому, что судьба подсказала ему способ расслабиться. Она же даже подыграла ему, сделав так, что кассир тоже ничего не заметила.
Значит, ему было предначертано распить эту ядрёную жидкость. По крайней мере, Ино отчего-то в это сильно уверовал. Он ухватился за узкое горлышко и поставил литр алкоголя на стол. То ли стекло было особенно выполнено, то ли в жидкости был еще и краситель, но со стороны напиток внутри приобрёл желтый оттенок. Прямо как горячо любимый Ино лимонад. Но когда он открыл бутылку, то звук исходящих газов не донёсся до его ушей. Чётко сигнализируя, что находится внутри. На деле ничем не хуже названия.
Просто иероглифы на обёртке были стилизованы под «модно-молодёжное» граффити, отчего разобрать их, не присмотревшись, сразу не получалось. Ино пару секунд не то просто раздумывал обо всём и ни о чём, не то негодовал по поводу этого вычурного дизайна. Если из-за него он встанет на скользкую дорожку и в будущем станет тем самым пьянчугой-извращенцем, что после пары рюмок в баре выходит на улицы и зазывает девиц «провести с ним вечер», то виновника запомнит в лицо, так сказать.
Ошибкой было попытаться «немного отхлебнуть с горла». Ибо в Ино залетело обжигающей глотку жидкости куда больше, чем его неподготовленный организм готов был сдюжить. Ему резко поплохело. Если сейчас окажется, что эта бодяга еще и просрочена, то… Он точно разозлиться! Но точной уверенности быть не могло без наблюдения… долгосрочного эффекта!
Ино настоящему стало стыдно за себя из прошлого. Охваченный сиюминутным порывом он чуть не прекратил пролистывать пред собой этот альманах былого. Но удержался, осознав, что предпочтёт даже этот лютый стыд немой пустоте. Что изредка содрогалась от громогласного и самодовольного смеха Пустого. О причинах которого подавленный попаданец гадать не хотел. Даже в этом мире Кавасаки нашёл способ забиться в угол и уткнуться в «экран». Не смешно ли?
Только вот картинки пред глазами начали расплываться. В первое же своё знакомство с алкоголем Ино осознал тогда, что совершенно его не переносит и не зря всю жизнь был «пай-мальчиком», избегая тусовок, зависания в караоке-клубах и прочего веселья кутящей молодёжи. Только вот теперь в его голове чётко
