Глаза Каролины округлились. Он снова поставил ее в тупик, запутал и загнал в угол. Она не могла ни согласиться, ни отвергнуть его утверждение, не признав того, что слышала его высказывание насчет дешевой шлюхи. Когда она наконец поймет, что ей не переиграть этого человека?
Тем не менее она не собиралась сдаваться.
— Имя, данное при крещении? Ты рассердился оттого, что виконт предложил перейти на ты? Но почему, Морган? Если ты не хотел этого, то почему первым делом представил его мне? Ричард — виконт Харленский, но он также и двоюродный брат леди Каролины, не так ли? Сын ее дяди, графа Уитхемского?
— Твой двоюродный брат, Каролина. Твоего дяди.
Она махнула рукой:
— Да-да, я понимаю. Но сейчас мы одни, Морган. Разве нельзя говорить свободно?
Он устроился поудобней на кровати, а она недоумевала: как он может сидеть как бревно, не испытывая желания подвинуться ближе, поцеловать ее, обнять… Она вспомнила, каким низким и хриплым от страсти был его голос, когда он шептался с ней в последнюю ночь, которую они провели в «Акрах», когда он пришел к ней и оставался почти до рассвета.
Каролина почувствовала, что тело ее стало влажным от этого воспоминания; она ненавидела себя за то, что хотела человека, который научил ее испытывать желание, а потом отказался ее любить. Она ненавидела Моргана еще сильнее за то, что он заставил ее полюбить себя. Будь он проклят. Будь он проклят! Почему он не страдал, как страдала она? Она страдала. Последние две ночи были самыми одинокими в ее жизни.
— Значит, ты, Каро, говорила свободно? Ты рассказала Ричарду историю, с которой я ознакомил тебя вчера вечером?
Она отвела глаза, не желая, чтобы он увидел в них ее томление. Глубоко вздохнув, она попыталась говорить легко:
— Ты имеешь в виду эту дребедень относительно того, что твой отец нашел меня на ферме? — Каролина покачала головой. — Я не была уверена, что следует делать это сразу. Ты, если помнишь, не говорил мне об этом. Знаешь ли, Морган, ты должен быть более предусмотрительным, если хочешь, чтобы я действительно тебе помогла. Кстати, именно поэтому я и пригласила его покататься верхом.
Морган оперся локтем о колено. Он выглядел усталым.
— Ты пригласила Ричарда? Я думаю, что ты должна позволить ему выудить у тебя эту историю во время вашей прогулки по Гайд-Парку. Только будь осторожна, детка, как бы он не потерял голову и не врезался в дерево. И вот еще что. Он видел кольцо или ты слишком была занята флиртом, чтобы показать его ему?
— Я не флиртовала с Ричардом, Морган. Не забыл ли ты, что я его кузина? А что касается кольца, то да, Ричард его заметил. Когда поцеловал мне руку. В первый момент он сильно побледнел, но быстро оправился, как это бывает с тобой, когда твой отец просит тебя помолиться перед едой. Ты знал, что он расстроится, не так ли?
— Будет достаточно, если ты будешь отвечать да или нет, Каролина, — парировал Морган, вставая с кровати и собираясь уходить.
И все же она ощущала некоторое удовлетворение от того, что потрепала ему перья. Если она заставит его еще немного помучиться, вечер не пройдет даром.
— Он спрашивал тебя о кольце — откуда оно у тебя, кто тебе его дал?
— Нет.
— А что именно он сказал?
Каролина упрямо отказывалась говорить.
— Каролина, — настаивал Морган, выждав минуту, — что именно сказал Ричард после того, как увидел кольцо?
Она улыбнулась, едва разжимая губы, потом проговорила:
— Мне очень жаль, но боюсь, что не смогу ответить на этот вопрос, Морган. Это невозможно сделать, используя только два слова: да и нет.
— Девочка моя, вечер был длинным и утомительным. Если я оскорбил твои чувства, оставив тебя одну с мисс Твиттингдон, а сам слонялся по залу в надежде встретить Ричарда, то мне остается только извиниться. Но некоторые вещи в этой жизни более важны, чем твоя недавно проснувшаяся женская чувствительность. А теперь ответь на вопрос: что сказал Ричард после того, как увидел кольцо?
Каролина капитулировала, заметив морщинки вокруг рта Моргана. Он был так красив, что заставил ее полюбить себя. Она не могла отказать ему ни в чем.
— Он не сказал ничего, Морган, поэтому я предложила ему проводить меня к тете Летиции, — сказала она, затем нахмурилась, пытаясь вспомнить все, что произошло. — Ричард спросил, что меня связывает с мисс Твиттингдон. И он спросил, не можем ли мы стать друзьями, чтобы он называл меня Каролиной, а я его Ричардом. И еще… он сказал, что совсем не похож на тебя. Он сказал, что на тебя не похож никто. Я думаю, Морган, что Ричард просто восхищается тобой. Ах, чуть не забыла: он сказал, что я оригинальна и, несомненно, стану сенсацией сезона. Вообще-то мне понравился кузен леди Каролины. Он очень мил.
— Боже милосердный! Каро… впрочем, неважно. — Морган сжал кулаки, затем овладел собой. — Но так дело не пойдет. Не знаю, почему я понадеялся на тебя. Я ввожу впечатлительную молодую девушку в клетку ко льву, и все, что она там увидела, — это то, что Ричард Уилбертон мил.
Каролина присвистнула:
— А разве это не так? Может быть, танцевальный зал Альмаков и похож на клетку со львом — я тоже не считаю его таким уж замечательным местом, — но ты никогда не убедишь меня, что Ричард опасен. Ты способен на многое, Морган, и я знаю это лучше других, но я никогда не поверю, что ты можешь преднамеренно познакомить меня с человеком, который представляет такую опасность.
Морган посмотрел на нее холодно и сурово:
— Ты не можешь в это поверить, крошка? Но тебе ведь и раньше случалось ошибаться, не так ли?
ГЛАВА 16
О Боже! Я мог бы быть заточенным в скорлупе ореха и считать себя королем бесконечного пространства, если бы не дурные сны.
Уильям Шекспир
Сон начался, как обычно… с Моргана.
Морган, скачущий в кромешной мгле и в свете лагерного костра. Морган, стройный, облаченный в черное, в камзоле, трепещущем на ветру, на большом черном коне, как дракон.
Мой друг. Мой друг. Мой неизменный друг…
Полуобмороженные пехотинцы, побросав на землю ставшее бесполезным оружие, не в силах были донести до рта червивую пищу; часовые, расставленные по периметру лагеря, где разместилось чуть больше дюжины солдат, бессмысленно смотрели по сторонам, не зная, что в лагерь проник незамеченным человек, не знавший себе равных в военной хитрости, чародей, который мог появиться и исчезнуть в облаке дыма, — Единорог.
Это он, Ричард, дал Моргану это имя; свое имя и кольцо, которое носил на мизинце правой руки; плоская поверхность кольца сверкала при свете костра — так же как и черные глаза Моргана, видевшего все, понимавшего все. Но ничего не знавшего.
