Вон молчал, глядя ему в глаза. Тот пожал плечами, но злость в глазах так никуда и не делась. Вот поэтому молодых альф нужно аккуратно направлять и жестоко наказывать, когда те переступают черту. Они очень легко портятся.
— Ну и что, что мы называем себя стаей? — Его руки сжались в кулаки. — Это ничего не значит.
— Кори. — Вон взглянул на долговязого мальчишку, прислонившегося к дереву. — Ты тоже так думаешь?
Тот сплюнул кровью:
— Да.
Дориан уложил двух других, которые, вновь разозлившись, попытались подняться.
— А ну сидеть, а то всем челюсти переломаю.
Возражений не последовало. Дориан хоть и латентный вер, но все же страж, он мог, не раздумывая, переломить этих ребят пополам.
Вон снова переключился на Кита. Что бы там ни думал Кори, подростки равнялись не на него.
— Раз ты альфа своей стаи, то не будешь возражать, если я брошу тебе вызов?
Самодовольства во взгляде Кита поубавилось.
— Что?
— Хочешь быть вожаком собственной стаи? Отлично. Но если ты возглавляешь другую стаю, то отказываешься от своего права быть в Дарк-Ривер. — Горькая правда. — У нас с тобой нет соглашений, значит, ты нарушил Закон. У меня есть право убить тебя за нарушение границы.
Кит стер ещё одну струйку крови:
— Мы не хотим отделяться от Дарк-Ривер. — Вид у него стал совсем больной.
— Здесь есть только одна стая. И ни один из вас не является ее альфой. — Вон заглянул в глаза каждому подростку на прогалине. Некоторые опустили головы.
— Если и когда вы сможете оспорить место Лукаса, я начну вас уважать. А до тех пор вы — кучка сопливых засранцев, которые поставили под угрозу общую безопасность, оторвав двух стражей от их обязанностей.
На лицах некоторых отразилась уязвленная гордость, но, как он и ожидал, заговорил Кит:
— Мы не просили вас встревать.
Вону нравилось, что парень упрямый, но не настолько, чтобы делать ему скидки. Особенно после того, что он мельком увидел, прежде чем вступиться. Он глянул на Дориана. Молодой страж выволок из-за дерева подростка без сознания и уложил его к ногам Кита.
— Ваша работа?
Грудная клетка была вскрыта. Будь он человеком, уже бы умер. Еще до ранения в голову.
— Ты смог бы остановиться, если бы не Дориан? — Вопрос Вона прозвучал, как щелчок бича.
Кит сглотнул:
— Вот черт. О Боже… я не знал… Джейс поправится? — Внезапно он снова превратился в ребенка, альфа, которым он однажды станет, исчез без следа.
Вон отпустил мальчика.
Ответил ему Дориан:
— Тамсин возвращается из логова волков. Сможете доставить к ней Джейса, не добив его?
Кит кивнул.
— Я помогу, — поднялся Кори, придерживая одной рукой челюсть.
Парни переглянулись, потом посмотрели на стражей.
— Дальше мы справимся.
— Вы больше не имеете права на мое доверие, — холодно ответил Дориан.
Вон видел, как это подействовало на Кита. Мальчик боготворил светловолосого стража, брал с него пример, как со старшего брата. Но, надо отдать ему должное, он лишь кивнул.
— Мы доставим его к Тэмми, клянусь.
— Завтра я хочу видеть каждого из вас в Круге Стаи. Наказание вам определят женщины, — распорядился Вон, и вовсе не из жалости. Женщины-леопарды не щадили нарушивших закон стаи, потому что знали, что, не будь его, их дети начнут гибнуть один за другим от рук друг друга.
Стая — единое целое.
Это непреложное правило.
***
Несколько часов ушло на то, чтобы прибрать за подростками, выследить отправившихся на охоту родителей Джейса и оповестить их, и найти женщин, ответственных за дисциплину.
Когда он добрался до жилища Фейт, было уже почти пять, и инстинкт обладания бурлил в крови так, что ему, наверное, не стоило к ней приходить. Но он ни за что на свете не хотел ждать дольше.
Он уже собирался вскарабкаться на дерево, с которого думал спрыгнуть за наружный забор, когда учуял свою добычу в саду. Удивленный, он осторожно прижался к земле. Запах приблизился, и он смог расслышать стук ее сердца, звук дыхания. Она остановилась в нескольких дюймах от него, и когда он показался из тени деревьев, кивнула:
— Я готова.
Её неожиданная капитуляция успокоила зверя, но совсем немного. Он повел ее глубже в лес к одному из своих тайников, потом скрылся из виду, чтобы перекинуться в человека и натянуть джинсы — не стоило сейчас давить на Фейт сильнее, она и так старалась изо всех сил. Тем не менее, когда он вернулся, на ее лице застыло настороженное выражение.
— У тебя глаза больше кошачьи, чем человечьи.
— Знаю.
Она приблизилась.
— Я иду с тобой.
— Надолго? — Он ее не оставит. Это не обсуждается. Он просто хотел знать, сколько сил придется приложить, чтобы убедить ее.
Она прижала ладонь к его груди над сердцем. От осторожного прикосновения кот едва не зарычал, требуя еще.
— Навсегда.
Он не ожидал такого ответа, но инстинкт подсказал ему, что делать. Взяв её за руку, он поднял ее к губам и поцеловал кончики пальцев. Сердце Фейт билось неровно, но она не отодвинулась. Ягуар был доволен. Он отпустил тонкое запястье и повернулся к ней спиной.
— Запрыгивай.
Секундная заминка, и её руки оказались на его плечах. Он подхватил её под бедра и ощутил ее страх, замешательство, желание. Но когда он поднял ее повыше, она крепче обхватила ногами его талию.
Возбуждение разлилось по венам, и Вон побежал по лесу, в котором медленно гаснул солнечный свет, под деревьями ночь наступала быстрее. Он почти не ощущал веса Фейт, даже с учетом рюкзака и расстояния. Ягуар блаженствовал оттого, что она на его территории, в его мире, хотя знал, что им еще предстоит безопасно извлечь ее из сети. Впрочем, это можно сделать в любое время, когда она будет готова. А пока ему нужно было заявить на нее права самым примитивным способом.
Они углублялись всё дальше в земли Дарк-Ривер, а потом и его собственные, не останавливаясь, пока Фейт не оказалась в спальне его пещеры, единственная женщина, которую он сюда когда-либо приводил. Опустив ее на ноги, Вон позволил ей потянуться и осмотреться, теперь, когда она здесь, он мог и подождать.
Она пыталась удержать на лице холодную маску Пси, но время от времени сквозь нее проглядывало изумление.
— У тебя удивительный дом. Будто мы стали частью леса.
Он неровно вздохнул:
— Хочешь, я приму душ?
Она замерла, бросила быстрый взгляд на водопад за его спиной.
— Что?
— Я вспотел, пока бежал. — Наступала ночь, становилось холодно, дул свежий ветер, но его кожу покрывала легкая испарина.
— О, — тихо выдохнула она. — Нет, и так хорошо.
