Тьма сгустилась, и Гласс наблюдал, как появились звезды. По-началу тусклые, они ярко засияли, как сигнальные огни маяка. Немало лет утекло с тех пор, как Хью изучал звезды, но уроки старого голландского капитана по-прежнему хранились в его сознании.
- Если знаешь звёзды, то у тебя всегда под рукой компас.
Гласс отыскал Большую Медведицу, проследовал за ней к Полярной звезде. Затем нашел Орион, господствующий на восточном горизонте. Орион - охотник, и его несущий возмездие меч занесен для удара.
Тишину нарушил Рэд.
- Второй дозор твой, Кабан.
Рэд тщательно следил за распределением обязанностей.
Кабан не нуждался в напоминании. Он натянул одеяло на голову и закрыл глаза.
Этой ночью они остановились в сухом овраге, рассекавшем долину, как огромный шрам. Его промыла вода, но не мягкие, питающие почву дожди. Вода приходила в горную равнину вместе с осенними паводками или крупными каплями летней грозы.
Не привыкшая к влаге почва не могла её впитать. В этом месте вода не питала землю, а уничтожала её.
Кабан был уверен, что лишь недавно заснул, когда его разбудили настойчивые толчки ноги Рэда.
- Вставай, - сказал Рэд.
Кабан закряхтел и присел, прежде чем подняться. Яркая полоска Млечного Пути разлилась на полуночном небе белой рекой. Кабан глянул ввысь, с одной лишь мыслью, что безоблачное небо принесет мороз. Он натянул на плечи одеяло, подобрал винтовку и побрел к нижнему концу оврага.
Из зарослей полыни за сменой часовых наблюдали два шошона. Мальчики. Маленький Медведь и Кролик, двенадцатилетние подростки, забравшиеся сюда не ради славы, а ради дичи. Но теперь перед ними открылся путь к славе в образе пяти лошадей. Мальчики представили себе, как примчатся на них в деревню. Представили костры и празднования, которыми отметят их подвиг. Представили истории, в которых расскажут о своем бесстрашии и отваге. Наблюдая за оврагом, они не могли поверить в свою удачу, хотя близость подвернувшейся возможности наполняла их как страхом, так и возбуждением.
Он прождали до последнего предрассветного часа, надеясь, что внимание часового ослабнет. Мальчики не ошиблись. Они услышали громкий храп и вылезли из зарослей полыни. Пробираясь по оврагу, они позволили лошадям рассмотреть себя и привыкнуть к запаху. Лошади беспокоились, но молчали, прядая ушами и наблюдая за осторожно приближающимися мальчишками.
Когда мальчики добрались до лошадей, Маленький Медведь медленно протянул руку и принялся гладить длинную шею ближней лошади, успокоительно шепча. Кролик последовал его примеру. Несколько минут они гладили лошадей, успокаивая их. Затем Маленький Медведь выхватил нож и начал резать путы, которыми были стреножены лошади.
Мальчики освободили уже четыре лошади из пяти, как вдруг услышали, что часовой пошевелился. Они замерли. Каждый приготовился вскочить на лошадь и умчаться. Мальчики не отрываясь смотрели на тёмный силуэт часового, и, похоже, тот вновь улегся. Кролик яростно закивал Маленькому Медведю:
- Пошли!
Маленький Медведь решительно покачал головой, указав на пятую лошадь. Он подошел к ней и принялся за путы. Нож притупился, и ему понадобилось немало времени, чтобы перепилить путы из скрученной кожи. С нарастающим отчаянием и волнением Маленький Медведь сильно дернул ножом. Кожа лопнула, и рука мальчика по инерции пролетела вперед. Медведь локтем ударился в лошадь, которая в ответ громко заржала.
Звук разбудил Кабана. Пошатываясь, он поднялся на ноги, широко распахнув глаза, и побежал к лошадям со взведённой винтовкой в руках. Заметив перед собой тёмный силуэт, Кабан остановился и замер, удивленный тем, что это всего лишь мальчишка. Кролик выглядел не более свирепым, чем давший ему имя зверек - округлившиеся глаза и тощие руки. В одной руке он сжимал нож, а в другой - обрывок веревки. Кабан смешался, не зная, как поступить. Он должен был охранять лошадей, но стоящий перед ним мальчик не выглядел опасным даже с ножом. Наконец, Кабан вскинул винтовку и крикнул:
- Стой!
Маленький Медведь в ужасе смотрел на развернувшуюся перед ним сцену. До этого вечера ему никогда не доводилось видеть бледнолицего, а этот не был похож даже на человека. Он был огромен, с грудью как у медведя, а лицо покрывала густая борода. Свирепо крича, гигант подошел к Кролику, нацелив в него винтовку. Даже не задумавшись, Маленький Медведь метнулся к гиганту и вонзил ему в грудь нож.
Кабан заметил движение сбоку, прежде чем почувствовал нож. Он ошарашенно застыл. Тут же находились Маленький Медведь и Кролик, всё еще до ужаса напуганные стоящим перед ними человеком. Внезапно ноги Кабана подкосились, и он рухнул на колени, машинально нажав на спусковой крючок. Винтовка выстрелила, но пуля, не причинив никому вреда, устремилась в небо.
Кролик сумел схватить лошадь за гриву и вскочил ей на спину. Он завопил на Маленького Медведя, который, бросив прощальный взгляд на умирающего гиганта, вскочил на лошадь позади товарища. Мальчики не смогли сдержать лошадь, и та галопом понеслась впереди остальных пяти лошадей, помчавшихся по равнине.
Прибывшие на место Гласс и остальные увидели лишь, как лошади растворились в ночи. Кабан по-прежнему стоял на коленях, прижимая руки к груди. Он завалился набок.
Гласс склонился над Кабаном, убрав его руки от раны, и задрал рубашку. Трое мужчин мрачно уставилось на алый порез прямо над сердцем. Кабан поднял взор на Гласса, в его глазах застыли мольба и страх.
- Вылечи меня, Гласс.
Хью взял большую руку Кабана и сжал её.
- Не думаю, что смогу, Кабан.
Кабан закашлялся. Тело его затряслось, как большое дерево перед тем, как упасть.
Здоровяк в последний раз вздохнул и умер под яркими звездами, освещающими равнину.
Глава двадцать четвертая
7 марта 1824 года
Хью Гласс вонзил нож в землю. Лезвие вошло на дюйм и уткнулось в мёрзлую землю. Гласс ковырялся почти час, пока Рэд не заметил.
- В такой земле не выкопать могилу.
Гласс уселся на землю, скрестив под собой ноги и тяжело дыша после копания в земле.
- Я бы управился быстрее, если бы ты мне помогал.
- Я бы помог - да только не вижу нужды рыть лед.
Чэпмэн оторвался от антилопьего бока и добавил:
- Для Кабана большая яма нужна.
- Можем устроить ему погребальный помост, вроде тех, на которых сжигают индейцев, - предложил Рэд.
Чэпмэн фыркнул.
- И чем же ты собираешься развести огонь - полынью?
Рэд огляделся, словно впервые заметил безжизненную равнину.
- Кроме того, - продолжил Чэпмэн, - Кабан слишком тяжел, чтобы водрузить его на помост.
