Читаем без скачивания Ловушка для Артемиды - Алексей Евтушенко

– Но и ничего не слышишь, – добавила Йолике. – Любые новые приказы и вводные, отданные голосом, для тебя тут же перестают существовать.

– Голосом – да, – пробормотала Мара. – Но экран командирского монитора-то все равно перед глазами…

– То есть, получается, – догадалась, наконец, Первая, – что ты и сейчас во время боя, как ты выражаешься, врубила рок через наушники, и поэтому телегипнотическая атака мутантов тебя не коснулась?

– Я уверена, что так оно и было, – подтвердила Мара. – И это, как мне тоже кажется, чрезвычайно важно. Учитывая те печальные обстоятельства, в которых мы оказались.

– Раздать всем защитникам города плееры с наушниками! – воскликнул Хрофт Шейд. – И обязать включать этот самый рок на полную громкость при малейших признаки телегипнотической атаки мутантов. Так? И черт с ним, что бойцы не услышат командиров. Зато хоть стрелять будут во врага, а не друг в друга.

– На самом деле, – сказала задумчиво Йолике, – я думаю, что не только рок-н-ролл может оказывать подобное действие. Тут главное, чтобы музыка громко звучала как бы прямо в мозгу человека, вытесняя из головы все или почти все мысли. Стереонаушники как раз подобный эффект и создают.

– Может быть, и так, – согласилась Первая, явно оживляясь. – Но экспериментировать мы не будем. Рок, значит, рок. Погромче и побольше. Сколько нам нужно времени, чтобы обеспечить всех защитниц и защитников города плеерами с нужными записями и наушниками?

– Всех? – переспросила Йолике и сама себе ответила. – Да, разумеется, всех. Иначе нет смысла. Те, кто останется без музыки, уже потенциально опасны. А это значит, что оружия им доверить нельзя совсем. Никакого.

– Значит, оружие только тем оставлять, кому наушники достанутся, – твердо заявил Хрофт Шейд. – Вместе с плеерами и соответствующими записями. И это должны быть самые проверенные и стойкие люди. Потому что я уверен – на всех даже только моих бойцов-мужчин наушников и записей с рок-музыкой не хватит. А если теоретически и может хватить, то, скорее всего, не хватит уже времени, чтобы всем раздать, научить этим пользоваться, а заодно и совершить переход на язык жестов.

– А сколько у нас вообще осталось времени? – поинтересовался Рони Йор. – Кто-нибудь знает точно, на каком расстоянии от города и где именно находится армия мутантов в данную минуту?

Ответом ему было всеобщее трудное молчание.

Его звали Кзааргх и он был Тринадцатым. Тем самым Тринадцатым, который стоял и над Двенадцатью суперами, и, уж тем более, над всеми остальными мутами этого региона. Личность, подобную Кзааргху, люди, вероятно, назвали бы вождем, царем, лидером, верховным главнокомандующим или даже тираном. Но то – люди. Мутанты же, а в особенности те, кто мечтал завоевать и подчинить мир, людьми себя не считали и предпочитали называть Кзааргха просто – Тринадцатый. Так его звали все. От последнего нищего и больного мута, существующего только за счет общины – до командира 10-тысячного корпуса. И только некоторые, особо приближенные суперы, имели право называть его по имени. Да и то не всегда.

С самого начала Кзааргх знал, что самым трудным будет преодолеть горы. И не просто их перейти, а сделать это достаточно быстро. Чтобы враг не успел найти способ противостоять их самому мощному оружию – телегипнотическому удару невероятной силы, которую Круг Двенадцати мог нанести уже с расстояния чуть меньше сотни километров.

В том, что рано или поздно такой способ люди найдут, Кзааргх не сомневался. Он хорошо знал людей и то, как быстро они умеют приноравливаться к любым обстоятельствам и противостоять тому, чему, казалось бы, сопротивляться невозможно в принципе. И сестры-гражданки здесь ничем не отличались от «диких» мужчин. А с учетом последних событий (недаром он столько времени и сил потратил на организацию хорошей разведки) и вовсе становилось ясно, что мутам придется иметь дело с объединенными силами первых и вторых.

Именно поэтому самая короткая и удобная дорога через горный хребет была разведана заранее.

И кроме того, в запасе у Тринадцатого имелся еще один козырь, о наличии которого, как он надеялся, люди не знали и даже не могли о нем догадываться. А, если быть точным, то козырей этих было аж целых три.

Сейчас, упакованные в нержавеющие контейнеры (сто пятьдесят лет прошло, а все как новые), эти «козыри» лежали на специальных повозках, которые тащили за собой упряжки гигантских собак.

«Они испугаются, – лениво размышлял Кзааргх, полулежа на мягких подушках в своем удобнейшем паланкине, – сменяя друг друга, вот уже восемнадцать часов его безостановочно несли сильные и выносливые, специально отобранные для этого, муты. – Они испугаются очень сильно. Это так же верно, как то, что солнце всходит на востоке, а заходит на западе. И страх усилится десятикратно, потому что такого сюрприза они не ожидают. Им совершенно точно известно, что ядерное оружие, которым они сами чуть было совсем не извели друг друга сто пятьдесят зим и лет назад, уже не существует. То, что осталось в старых хранилищах, давным-давно испортилось, вышло из строя и не подлежит восстановлению. А нового они не производят. Возможно, и сумели бы, но не хотят. Прежде всего, конечно, потому, что боятся. Боятся сами себя. И правильно делают. Люди – совершенно неуравновешенные и малопредсказуемые существа. Что мужчины, что женщины. Недаром их телепатические способности находятся в зачаточном состоянии… Да и зачем им ядерное оружие? Где тот враг, против которого его можно применить? Хе-хе. Вот он этот враг – более чем пятидесятитысячная армия мутов, которая уже почти преодолела горы и очень скоро хлынет на их зеленые и плодородные равнины. С тем самым оружием, которого они так боятся. И как они, интересно, будут нам противостоять? Как и чем? Армейские подразделения сестер-гражданок мы рассеем с помощью Круга Двенадцати. Сначала их измотают животные, а нам останется только добить. И затем продиктовать любые условия. Правда, разведка донесла, что у людей появился какой-то ранее не виданный летательный аппарат, с помощью которого сестрам-гражданкам удалось вытащить часть своих после первого нашего боевого столкновения несколько часов назад. Суперы утверждают вообще нечто невероятное. Якобы, что аппарат этот, похоже, неземного происхождения и закрыт для телепатического сканирования. Даже Круг не смог пробиться сквозь его защиту. Правда, у суперов было мало времени – люди слишком быстро убрались восвояси. Но все-таки… Надо было ему самому проверить, но он тоже не успел. Точнее, не успел захотеть. А потом уже и на самом деле было поздно. Даже его способности не беспредельны. Ничего, все это мелочи. Не может быть у людей много таких аппаратов. Хоть неземного происхождения, хоть человеческой работы – все равно не может. Иначе бы он об этом знал. Уж что-что, а разведка у него работает безукоризненно. А все почему? Потому что сам занимался ее организацией не один год. Старая истина – хочешь, чтобы дело было сделано хорошо, делай его сам. Ладно. Что еще из неприятных сюрпризов может ожидать армию мутов и его самого там, на равнинах, до которых осталось не долго? Кажется, он все предусмотрел. К тому времени, и он уже об этом думал тысячу раз, когда люди найдут (если вообще найдут) действенный способ защиты от телегипноза, будет слишком поздно. Он предъявит свои козыри, и побить их будет нечем. И не только здесь, но и по всему миру. Недаром он, Кзааргх, давно уже связался со всеми остальными Тринадцатыми, и они до мелочей притерли друг к другу свои планы. Все, кончилось время людей-человеков. Против мутов им не устоять. Слишком долго они не воевали, слишком привыкли к сытой жизни и слишком многого им жалко будет потерять. А побеждает всегда лишь те, кому терять нечего. Правда, есть «дикие» – свободолюбивые мужчины, которым тоже, как и мутам, терять нечего. Но «диких» слишком мало. Даже по самым оптимистичным расчетам на всей Земле их не более пяти миллионов. Всего. А нас, мутов, около восьмидесяти. Да и сама судьба на нашей стороне в любом случае. Иначе люди не загнали бы сами себя в историческую ловушку, а мы бы не нашли этот заброшенный подземный арсенал с ядерными зарядами. Экспериментальные боеголовки. Так сказали мне те, кто сумел разобраться в этом арсенале. Экспериментальные – то есть, опытные, существующие всего в шести экземплярах. Три с нами, три в запасе. Что ж, значит, если потребуется, проведем опыт. И тогда – горе подопытным».