(3 ранг)
Тело — 137 (154)
Разум — 2
Магия — 87
Раса: дендрометаморф — магически измененное хищное дерево с пластичной структурой организма.
Навыки: Трансформация/Метаморфизм (возможна настройка шаблонов).
Особенности: Новорожденный, Член стаи (Лидер стаи — Василий Степанович Николаев).
Базовая форма — «Энт».
Эффекты: Проклятье голода (II ранг)
Глава 22
— Огонь! — кричу я. Гена (он же Ящер) бьёт по земле хвостом — в воздух поднимаются два больших камня — летучие мыши издают писк скорее видимый, чем слышимый — воздух вздрагивает, камни летят точно в цель, разнося её вдребезги.
— Огонь! — снова удар хвостом — поднятые в воздух камни отбиваются сильными ударами задних лап моих «собачек» — поражённые мишени падают.
— Вспышка справа! — мои питомцы, как заправские пехотинцы, падают на землю, повернувшись хвостовой частью к условному взрыву, стараясь оказаться при этом ещё и под защитой какой-нибудь преграды (камня, куста, ямы и так далее). Оно, может, и глупо в условиях магической реальности, но кто знает, что в бою пригодится? Поэтому пусть будет.
— В атаку! Вперёд! — завывая и улюлюкая, боевой отряд метаморфов мчится, нарезая круги по полосе препятствий, перепрыгивая, переползая, перелетая, перетекая через преграды. Крушить деревянные постройки я запретил, потому что в настоящем сражении далеко не всё можно легко сломать. Так что нечего привыкать к облегчённым вариантам наступления и манёвра. Да и постоянно отвлекаться на заготовку древесины для строительства новых тренажёров не хотелось.
Да-да, выбрали себе полигон в шаговой доступности от нашей пещеры. Нашли небольшое ущелье, в котором из-за «тупиковости» почти никто не бывает, нашпиговали его «скрытником» и оборудовали полосу препятствий.
Мы тренировались уже несколько дней. Учились действовать сообща, максимально используя возможности каждого, мгновенно переключаться с голосовых команд на телепатические, атаковать и избегать нежелательного столкновения. Бои предстояли нешуточные, и я пытался предусмотреть любые варианты развития событий. Конечно, взрывы, вызванные артиллерией или магией, пули, клыки, когти и газы метаморфам были условно не страшны, но могли разбить строй, лишив его мобильности. Мы использовали для упражнений даже несколько туш из кладовой, включив их в общую цепь препятствий — те, кому довелось прогрызаться через них, остались очень довольны.
На время занятий «люковую охоту» пришлось отменить. И не остаться при этом без запасов нам помог Ильм. Отменным ловчим он оказался! Стоял тихонько на взгорочке, шелестел листвой и притворялся обычным деревом. Его слегка выдавали селариновые подвески, но без них он фонил бы на всю Лакуну. А чрезмерное внимание теросов к нашему укрытию и его персоне в планы не входило. Зато теперь у нас был наблюдатель, внимательно следивший за обстановкой наверху и продолжавший охоту на модернизированную приманку.
Приманкой, как всегда, по очереди работали покемоны. Один из них снимал селариновую защиту, устраивался на удобном таком камушке, который мы разместили в пяти метрах от вяза, и… начинал похрапывать, свесив лапки. Теросы стекались на «запах», и тут в игру вступал Ильм. Летучих, пытавшихся напасть сверху, он хватал и душил ветками, прибегавших по земле — корнями. Особенно упорных прокалывал острыми сучьями, вонзавшимися в тела хищников, как пики. Добычу складывал в дупло. Ну, просто чудо-дерево! (Привет Чуковскому).
Алукард предложил проверить и укрепить камень-люк. Последнее время он, можно сказать, крутился пропеллером, что на пользу ему, естественно, не пошло. Но ящер — наш главный специалист в области магии земли — хорошенько подлатал его, и крышечка стала, как новенькая.
Ильм вообще оказался очень полезным персонажем. С его помощью я даже одежду смог починить! В тот момент, когда я уже готов был приняться за вычёсывание Дружка, чтобы из его шерсти скрутить хоть какое-нибудь подобие ниток, энт насучил мне моток тончайших волокон, вполне способных заменить швейный материал. А иголку я сделал из тонкой косточки съеденного тероса. Толстовата получилась, но для ремонта сойдёт. Когда же я озадачился проблемой тары — котомка-то забита под завязку разными полезными вещами — Ильм сварганил для меня лыковый рюкзачок. Очень удобный! Теперь одежду можно — и нужно! — всегда носить с собой. Мало ли, когда откроются врата. Не встречать же соотечественников нагишом!
После охоты мы перетаскивали трофеи Ильма в кладовую, а я снова отправлялся в разведку. Меня интересовали места обитания и пути передвижения особей, которыми было бы полезно пополнить мою армию метаморфов. С ментальным напряжением от управления имеющимися членами Стаи я уже освоился и был готов набирать новых. Сейчас нас было слишком мало для серьёзного сражения. Хотелось кого-то не слишком маленького, не слишком большого и, пожалуй, не слишком безумного. Хотя…
Я видел буйволов, погрузившихся в воды озера по самые рога. Но мне хватило встречи с одним их собратом, чтобы ещё долго не испытывать симпатии к этому виду. Я видел птеродактилей, круживших в небе, видимо, в поисках добычи. Вспомнил Кешу. Загрустил. Нет, они не заменят мне пропавшего товарища… Да, наверное, я несколько сентиментален. Ну и пусть! Этот вид я тоже вычёркиваю!
Я видел страусов, удирающих от кого-то ягуарообразного. А вот эту кошечку я бы взял! Красивый, пятнистый, быстрый, явно мощный зверь. Жаль, что только один. Надо будет поискать, нет ли где поблизости его сородичей. А у страусов рожи дебильные.
По горной тропинке протопотали, тряся густым мехом, не то бараны, не то козлы. Впечатляет: такие затопчут и не заметят. Но такая многочисленная отара мне, пожалуй, не нужна. Да и не потяну я их всех. А если оставить их штук десять, то не так уж эпично они будут выглядеть — мелковаты.
В общем, в первые дни я так никого и не выбрал.
— Зря ты буйволов не взял. Они крутые, — сказал Алукард.
— Угу. Особенно когда не жидкие, — буркнул я, но, вспомнив сражение под водой, осёкся. — Впрочем, когда жидкие — тоже. Может, ещё и покруче… Ладно, я над этим подумаю.
Перед тем как начать наши учения на открытом полигоне, я начал вечерами выводить свой отряд на поверхность. Рассевшись вокруг Ильма, мы устраивали совместную медитацию. Я — и не без основания — опасался, что коренные жители пещер снаружи могут повести себя неадекватно. Как минимум, могут испугаться яркого света. Поэтому для первых занятий я и выбрал сумерки. Покемоны, правда, на волю выходили, пока маленькие, но от туннелей сильно не удалялись. Кузя, Чупа и ящер, которые уже принимали участие в диверсионных вылазках вместе со мной, внешнего мира не боялись. А вот Пушок и пещерные псы на первых порах
