ноет, словно меня ударили под дых. Больно. Страшно. Тру шею. Что делать? Я не вижу решения. Все снова летит к чертям!
— Это уничтожит Влада, — бесцветным голосом произношу я, стискивая руки между бедер.
— Да, — просто говорит Михаил Александрович. — Печальный конец для него. И кто знает, как он отреагирует. Но хуже всего будет тебе, Эра. Ты будешь знать, что могла предотвратить надвигающийся ад. Спасти любимого. Но не стала ничего делать. — он склоняет голову к плечу и с интересом смотрит на меня. Мотаю головой. Не могу вымолвить ни слова. — Давай так, прощальный бой Влада в следующую пятницу. Я дам время подумать до него. Тебе должно хватить, — Михаил Александрович поднимает руку, подзывая официантку. — Но ты же понимаешь, что никто не должен знать о нашем дружеском разговоре? — смотрит мне в глаза, приподнимая бровь. — Иначе твое согласие будет не важно. И Влад все равно отправится в тюрьму.
— Что-то еще? — официантка подбегает к нам и недоуменно смотрит на почти нетронутые напитки.
— Счет, пожалуйста, — Михаил Александрович даже не обращает на нее внимания. — Эра, у тебя есть выбор: твои желания или свобода Влада.
Глаза жжет. Это он называет выбором? Мне хочется выть. Не может быть так! Это несправедливо! Мы были почти счастливы! Оставалось всего ничего. Пелена из слез размывает картинку передо мной.
— Пожалуйста, — девушка кладет черную папочку на стол и снова исчезает.
Я не заметила как она уходила в прошлый раз. Михаил Александрович сует, не глядя в чек, пятитысячную купюру. Встает из-за стола. Отдергивает брюки. А я не могу сдвинуться с места. Приросла. Замерзла. Только слежу взглядом за этим скотом. И даже сказать ничего не могу. Мне нечем крыть. Со всей дури сжимаю кулаки. Ногти впиваются в кожу. Кроме этого ничего больше не чувствую. Мелко раскачиваюсь из стороны в сторону, успокаивая себя. Опускаю глаза в стол. Закусываю губу. Вот это и есть безвыходная ситуация. Хуже быть уже не может.
— А, и кстати, — Михаил Александрович подходит ко мне и наклоняется к уху. — Есть еще одно условие: Влад не может проиграть предстоящий бой. И, видит Бог, ему придется постараться.
Глава 19.1
Горячая вода обжигает кожу. Я лежу в темной ванной, освещенной лишь светом одинокой свечи, стоящей на столешнице рядом с раковиной. Влад еще не вернулся. Пена доходит до подбородка.
Завтра бой, а решения, как поступить, так и нет. Отчаяние настолько беспросветное, что мне тошно от самой себя. Я ничего не могу поделать. И самое страшное — внутри я уже сдалась. Не могу больше бороться. Я устала, обессилена.
Умываю лицо, прохожусь руками по голове, приглаживая волосы. Нужно смыть пену. Набираю воздуха и ухожу под воду. Замираю на несколько секунд. А если не всплывать? От это страшной мысли становится спокойно на душе. Словно это самое правильное решение в жизни. Улыбаюсь. Легкие начинает жечь.
Нет, я так не поступлю.
Выныриваю на поверхность... но не успеваю сделать вдох, как сильные руки сжимают мою шею и погружают обратно в воду.
Распахиваю глаза, но из-за пены ничего не вижу. Страх маленькими иголками колет кожу. Хватаю вцепившиеся в меня пальцы, пытаясь отодрать их от моего горла. Бесполезно. Бью ногами по ванне. Извиваюсь. Раскрываю рот и кричу что есть сил, но вода заглушает звуки, заливая нос, проникая в легкие. Закашливаюсь, чувствую, как сознание начинает утекать вместе с остатками воздуха. Руки обмякают, сил бороться больше нет. Облегчение окутывает тело. Похоже, это конец.
Я перестаю бороться.
— Эра, проснись. Эра!
Кто-то нежно трясет меня за плечо. Разлепляю сонные глаза. В комнате темно. Не могу сосредоточиться на человеке перед собой. Горькая обида затапливает сердце. Это был сон.
— Тебе снился кошмар? — голос Влада звучит обеспокоено.
Наконец могу разглядеть его черты. Поднимаю руку и глажу Влада по щеке. Она немного колючая. Из-за тренировок он забывает бриться. Бой, и правда, уже завтра, а у меня до сих пор нет решения, как и выбора.
— Как потренировался? — хриплю со сна.
— Хорошо, — Влад ложится на живот рядом со мной. — Так что тебе снилось? Ты вся тряслась, — он проводит пальцем по моему носу.
— Не помню, — вру я. — Готов к завтрашнему дню? — поворачиваюсь на бок и подпираю голову ладонью.
— Да, — Влад складывает руки перед собой, ложится на них головой. — Насколько это возможно, — усмехается.
— Знаешь, кто будет соперником? — пробегаюсь кончиками пальцев по его спине, обтянутой белой футболкой.
— Угу, — кивает он, — я ему уже однажды проиграл, в самом начале карьеры. Знаково встретиться с ним именно сейчас, — голос Влада звучит спокойно. Он совсем не переживает. — Михаил Александрович все продумал.
Желудок сжимается. Спина начинает потеть. Конечно, он все продумал. Противник должен быть сильным, чтобы вызывать у Влада агрессию. Если он будет проигрывать, то наверняка взбесится. Хочу плакать, рвать на себе волосы. И впервые в жизни хочу убить. Михаила Александровича. Пугаюсь этого желания, но не гоню его. Тошно от того, что я готова ему поддаться.
— Какие прогнозы, чемпион? — выдавливаю улыбку.
— Пятьдесят на пятьдесят, — Влад пожимает плечами. — А у тебя, я смотрю, хорошее настроение.
Он поднимается на руках и нависает надо мной, заставляя меня лечь на спину. В темноте плохо видно, что творится в глазах Влада, но я уверена, что они светятся от улыбки. Глажу его по щеке, нежно касаюсь скулы, отодвигаю с лица отросшие волосы.
— На следующей неделе сделка, — Влад отодвигается и ложится набок, обнимает меня за талию, прижимая к себе. — Квартира станет нашей.
В прошлые выходные мы ездили смотреть семикомнатную квартиру на триста квадратов. Она огромная, светлая, прекрасная. Влад уже определился, в какой комнате будет мини-зал для домашних тренировок. Я отговаривала его принимать поспешные решения, просила подождать. На что он спросил меня: «Тебе здесь хорошо?». Я не успела остановить себя, ответив «Да». Больше обсуждений не было. Влад сказал риелтору, что мы берем квартиру, и вот, видимо, дата сделки уже назначена. Тяжело вздыхаю. Сердце щемит до боли.
— Ты спешишь, — тихо произношу я.
— Наоборот, делаю все слишком медленно, — Влад замолкает, разворачивает мою голову к себе, всматривается
