— Ублюдок.
Ли Тао понял, что поймал ее.
— Ты умная и находчивая. Ты всегда знаешь, что делать.
Он углубился в детали путешествия: дороги, которые лучше выбрать, количество золота и серебра, которое он пошлет с ними.
— Я могу оказаться тебе полезной в Чэнду, — попыталась возразить Суинь.
— Я верю в это. — Ли Тао поднял глаза, наблюдая, как играют на ее лице отблески пламени светильника. — Я не могу тебе позволить ехать со мной.
Суинь крепко сжала пальцы, уцепившись за угол стола. Глаза ее блестели от слез, однако она смогла удержаться. Никогда еще он так не желал ее.
— Сперва ты потребовал одну ночь, потом месяц, — обвинила она. — Ты говоришь мне остаться, и я остаюсь. Велишь идти, и я иду. Так?
— Я всегда получал лучшее от нашей сделки.
Он собирался выиграть это сражение, спланировав атаку с большой четкостью и аккуратностью, но Суинь изменила тактику.
— Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? — Мягкая угроза промелькнула в ее голосе. Она провела рукой по гладкой ткани халата, давая ему возможность разглядеть мелькнувшую полоску кожи, соблазнительный вырез, в котором виднелась совершенная грудь.
— Ты пытаешься убедить себя, что все, что было между нами, — ничто. Будто ты всего лишь хотел развлечься.
— Я не собираюсь убеждать ни себя, ни тебя.
Их отношения были для него всем, но даже и самым лучшим моментам в жизни не суждено длиться вечно, подумал наместник. Сердце его готово было выпрыгнуть из груди. Ли Тао откинулся на спинку кресла, пальцы его крепко сжали ручку подлокотника. Суинь по-прежнему стояла, склонившись над ним. Он мог бы привлечь ее к себе и сорвать этот ничтожный клочок шелка. Мог погрузить лицо в эту ложбинку между грудей и взять ее прямо здесь, но стоит ему позволить возобладать желанию, и это погубит их обоих.
— Лишь в одном я всегда была уверена, — печально продолжила она. Руки ее проскользнули за отворот халата, куда он столь отчаянно жаждал проникнуть. — Ты хочешь это тело. Если бы я была по-настоящему испорченной, я бы заставила тебя взять меня с собой. Я бы соблазняла тебя и умоляла, и ты бы сказал «да».
Плоть его поднялась, когда он следил за ее полускрытыми шелком руками, плавно скользящими по груди. Боль нереализованного желания пронзала его с каждым ее неторопливым движением пальцев вокруг своего соска. Он хотел сам ласкать ее тубами, гладить языком маленькие тяжелые кончики, припасть к ее груди сквозь сводящий с ума барьер шелковых одеяний, пока Суинь не потребует, чтобы руки его оказались на ней, в ней.
Она убрала руки из-под халата. Ее аромат обволакивал его — слабый запах жасмина и женственный — мускус кожи.
— Я не хочу уезжать.
— Ты должна.
Она дышала с трудом, щеки ее пылали, черные глаза горели страстью.
— Ты сказал себе, что одной ночи тебе достаточно. Потом — месяца. Что ты говоришь себе сейчас?
Она села ему на колени, бедра ее раскрылись — предложение и вызов. Кровь громко стучала у него в ушах, тело словно свело судорогой, он весь устремился к ней. Следующего вдоха могло не последовать.
— Что ты само совершенство, Лин Суинь.
— Пообещай мне, что вернешься за нами.
Тао стиснул зубы и не сказал ничего. Это должно было кончиться. Он сам установил границы, чтобы удостовериться в том, но Суинь бросила ему вызов. Она победила его. Он потянулся к ней, ласково поглаживая ее щеку, убаюкивая ее своей ладонью, однако Суинь отвернулась. Она не хотела от него нежности.
— Пообещай, — взмолилась Суинь.
— Я попытаюсь.
Его уклончивое обещание глухо повисло в комнате. Он сказал так лишь из слабости — слабости к ней и давнего желания, не отпускавшего его. Она крепко зажмурила глаза и кивнула, заставляя себя принять его полуклятву.
Ли Тао принялся страстно целовать ее, погрузив руки в бесконечную реку ее волос, слишком распаленный и жаждущий, чтобы быть нежным. Суинь стонала в его объятиях, и он упивался этим звуком. Язык его ворвался к ней в рот, настойчиво продвигаясь вперед, целуя ее, пока она не обмякла, прижавшись к нему всем телом.
Ее бедра подались ниже, и, легкая как пушинка, она опустилась на его возбужденный мужской орган. Руки ее судорожно хватались за его плечи, обнимали его. Внезапно обольстительная маска исчезла, и Ли Тао увидел в ее глазах страх. Впервые Суинь не скрывала свою уязвимость. Она потянулась, чтобы сдернуть его халат и распустить пояс шаровар.
— Подожди… — Он попытался остановить ее, но Суинь не позволила этого. Вскоре он уже скользил, касаясь ее влажной плоти, ощущая острое, почти мучительное удовольствие.
Руки его обхватили ее за талию, Ли Тао изо всех сил старался отодвинуть ее от себя, тогда как тело его умоляло ворваться в ее лоно.
— Лин Суинь твое настоящее имя? — внезапно спросил он.
— Мне дали это имя в Лояне. — Печаль тронула ее прекрасные черты. — Я даже не помню, как звалась в родительском доме. А ты?
— Тао. Просто Тао.
Ее пальцы обхватили его член. Крепко держа в руках ее бедра, Тао вошел в нее одним гладким, наполненным движением. Суинь издала мурлыкающий звук, когда он проник в ее потаенные глубины. Нежная, сладкая музыка. Несколько мгновений плоть ее противостояла его бурному вторжению, потом сдалась и окружила его. Ее спина выгнулась. Приглушенный звук замер в горле, когда он полностью насадил ее на свой налившийся силой орган. О, Небо!
Ли Тао смотрел ей в глаза, когда она оседлала его, — бездонные колодцы, в которых плясали отблески светильника. И снова он был в Лояне, затаив дыхание заглядывал в освещенные окна, слышал заливистый смех. Ли Тао никогда не мог и представить себе, что он, безымянный нищий, однажды будет держать в объятиях самое прекрасное создание в Поднебесной.
Вскоре пик желания настиг его, яростной волной накрыв его тело. Тао потянулся к ней, груди ее заполнили его ладони, когда он судорожно дернулся, изливая в нее себя.
Ли Тао продолжал оставаться в ней, желая большего, несмотря на то, что его сила уже ушла. Суинь опустила голову ему на плечо, и он оставался так много дольше, чем должен был, прислушиваясь к судорожным всхлипам ее хриплого дыхания, пока оно не успокоилось.
Границы. Следовало о них помнить, но хотелось забыть.
Глава 18
Ли Тао отнес ее из кабинета в спальню. Они снова занялись любовью, и он сжимал ее в своих объятиях, пока она не задремала. Почти сразу после того, как Суинь закрыла глаза, он поднялся с постели. Разбуженная его движением, она также проснулась.
Место подле нее было еще теплым, Суинь слышала, как Ли Тао ходит по комнате. С недовольным бормотанием она закуталась в одеяло. Ей не хотелось открыть глаза и обнаружить, что уже наступило утро. Она еще не была готова к этому.
