разбежался, оттолкнулся от камней. Бухнулся в воду пузом, устроив фонтан брызг.
– Разойдись! – следом за ним бежал Олег.
– Ледяная вода! Выходите! – суетилась на берегу Катя.
– Ты – тоже! – Кончик посоха уперся в Катину грудь.
– С ума сошел?! – оттолкнула от себя палку Катя. – Забылся?
– Ты тоже! – Палка вернулась в прежнее положение.
– Мама! – орала Леночка, переступая по камням, взмахивала руками, словно пыталась улететь. – Мамочка!
В воде она подобралась, став тоненькой, как тростинка.
– Холодно-то как!
– Руками, руками работай! – подплыл к ней Санек.
В воде уже были Володя и Никитос. Соня неуверенно снимала с себя куртку.
– Все! – снова обвел присутствующих концом палки Миша. – Только тогда очистительный обряд будет свершен. Только тогда каждый докажет свою невиновность.
– А я плавать не умею.
Аня стояла у кромки воды и робко опускала в нее ногу.
– Олег, – крикнул Миша.
– Сюда давай! – махнул рукой Олег. – Я поддержу. Я хорошо плаваю.
Стали выбираться на камни. Довольный Санек, дрожа и приплясывая, натягивал штаны. Никитос лениво обтирался футболкой. Володя отфыркивался, довольный, что с него сняли обвинения.
Бесшумно вошла в воду Соня. Оля с Машей упрямо стояли на своих местах. Ждали, что скажет Дима.
– Хорошо! Вода сделала свой выбор! – Миша торжественно ударил палкой о скалу и прислушался. – Бес указал виновного.
Он быстро разделся и, неловко оскальзываясь по мокрых окатышах, вошел в воду.
– Дураки, дураки, дураки, – как заклинание повторяла Оля, сжав у щек кулачки.
Девчонки вылезали из воды, обтирались трясущимися руками. Аня с охапкой одежды побежала к деревьям, переодеваться.
Раздетый Олег был тощ и жилист. Девчонки хихикали, глядя на него. Вытащив Аню, сам он не торопился одеваться, словно ждал, пока все по достоинству оценят его фигуру.
– Племя рыбы доказало свою невиновность! – Миша сидел на камне, выжимая промокшие брюки. – Но в наше племя затесался чужой. Он изгоняется из семьи.
– Но-но! Полегче! – с угрозой в голосе произнесла Катя.
– Значит, это было условие игры – разрушить наше капище? – Санек подпустил в голос драматические нотки. – Взрослые договорчики?
– Что ты несешь? – возмутилась Катя.
– А мы тебе так верили, – трагично изогнулся Никитос.
– Да идите вы, – прошептала Катя. – Я с вами вообще разговаривать не хочу! А будете так себя вести – игра закончится.
– Очень глупая шутка, – произнес Дима. – И вообще – не втягивайте взрослых в свои разборки.
– Почему же? – усмехнулся Миша. – Теперь нам всем все понятно.
Он поднял рога и зашагал к своему капищу.
Глава 7
Третья ночь
Костер весело трещал. Дым стлался по земле. Появились комары. В котелке вяло разваривалась каша. Принесенное печенье было давно съедено, а каша вышла слишком жидкая, ждали, когда выпарится вода. Но она, кажется, только прибывала. С радостным писком в варево валилась мошкара. Сидели молча, остервенело отмахивались от насекомых. По кругу передавали сырую воду. Котелок один, чай вскипятить было не в чем.
– Ты что, и правда думаешь, что это Дима с девчонками? – тихо спросил Санек.
Миша знал ответ на вопрос, но пока молчал.
Капище было восстановлено. Миша сделал себе удобное кресло из валежника. Сверху укрепил рога. Смотрелся торжественно. Для важности расправлял плечи, но быстро забывался и тяжело сутулился. Всему племени были сделаны новые специальные бусы-обереги, на веревочках укрепились веточки разных пород деревьев. Ольха – защита от простуд, злая ель – от недобрых мыслей, сосна – для крепости физической, береза – для светлых мыслей, рябина – для связи с духами, веточки хвоща – чтобы предки были довольны. Хвощ постоянно ломался, поэтому его приходилось подновлять. Для этого около возвышения шамана была сложена охапка. Дрова тоже были здесь – согреваясь после купания, все старательно собирали валежник. Костер решено было поддерживать все время: чтобы сохранить силу пламени.
– Взрослых вечером не было в лагере, – заложил руководителей Игорь.
– Для отвода глаз это вполне мог сделать Шаев. – Никитос сидел, скорчившись, около огня. Жмурился, когда дым шел в его сторону. – Чтобы нас напугать. Мог кого-нибудь и из наших подговорить.
Все посмотрели друг на друга и уставились на Санька.
– Да идите вы! – подскочил он. – Я в озере купался! Видели? Поэтому не я!
– И никто из наших! – с нажимом произнес Олег. – Зачем? Вот если бы ты хотел девчонкам насолить, что бы ты сделал?
– Пошел бы и все у них поломал! – воскликнул Санек.
– А у себя?
– Что я – малахольный, что ли?
– Вот именно. Это был продуманный ход. И сделать это мог только взрослый.
– Катя? – торопливо уточнил Никитос.
– Вместе с Шаевым.
– А девчонки? – суетился Санек. Обвинения с него были сняты, чему он был несказанно рад.
– Они не стали бы марать руки. Ветка слишком честна, она ломать ничего не будет. Алабай наивна, не пойдет. Соня болтушка. Остаются Ушастая и Колобок. Они и сделали.
– Почему они?
– Колобок хочет выделиться, а Ушастая – привлечь внимание Шаева.
– Ты чего? – привстал на колени Санек. – Кому этот дурак нужен?
– А кого тогда видели Санек с Володей? – тихо спросил Миша.
– Не важно, кого они видели. Они могли видеть собственную тень. Им было все равно, кого пугаться. Да хоть шума ветра и скрипа сосны.
– Как это не важно? Он вот тут ходил! Дышал еще так тяжело!
Санек показал. По всему выходило, что на полянку выезжал паровоз. Миша вздрогнул. А что, если все встретились с тем же самым, но боятся признаться?
– Надо за ними проследить! – торопился Олег. – Если это сделали девчонки, то повторят. Не могут же они на одном остановиться. А если там еще кто есть, то и его выследим.
В разведку отправились Олег с Саньком, он рвался реабилитироваться.
– Опять строят шалаш, – докладывал Олег.
– Встали в круг, взялись за руки, хором повторяют всякую белиберду.
– Собрали ягод. Черники целое лукошко!
– Договариваются, что идут на обед. Оставляют Игната.
– Хитро, – распахнул глаза Миша. – Очень хитро. Но у них все равно ничего не получится.
– Давайте не будем уходить, – предложил Олег. – Мы с Володькой сбегаем в лагерь за едой. А вы тут пока посторожите.
– Это глупо! – шипела Катя.
Близко к капищу ее не подпускали, поэтому приходилось стоять у маяка. Никитос выстругал себе копье и держал Катю на расстоянии вытянутой руки.
– Взрослые люди! Что за цирк вы устраиваете? Давайте рассуждать логически!
На нее смотрели в молчании. А она на них – с ужасом. Мальчишки! Хорошо знакомые мальчишки вдруг стали неузнаваемыми, чужими. Ходили злые, постоянно ссорились и дрались. И совсем ее не слушались.
– Хотя бы девочек по тропе пропустите! Что они там прыгают по камням и перелезают через
