- «Приеду часа через полтора-два», - наскоро ответил Олег.
- «Хорошо. Я буду ждать. Целую»
Не одеваясь он направился на кухню, достал из шкафчика две кружки, в свою он насыпал десять ложек растворимого кофе и положил два кусочка сахара, в кружку Диметры – четыре кофе и один сахар. Густой горький запах кофе и опустевшая постель моментально разбудили Диметру. Потянувшись она встала, накинула халат и направилась на кухню, увидев достающего что-то из холодильника Олега.
- О! Моя проснулась! Доброе утро, дорогая.
- Доброе.
- Как спалось? Что во сне виделось? – Олег протянул ей маленькую стеклянную банку с белковой черной икрой. – Откроешь? А я пока порежу хлеб.
- Держи, - открыла она, а Олег принялся намазывать икру ножом на хлеб.
- Ну вот, сейчас позавтракаем. Я сделал тебе кофе.
- Спасибо, любимый, - поблагодарила Диметра, откусывая бутерброд и запивая его горячим кофе.
- А нас сегодня ждет бурный вечер и не менее бурная ночь с волшебным порошочком, - похвалился Олег хитро прищурившись.
- Вот это новость! – улыбнулась Диметра.
- Еще какая! Один барыга позвонил… В общем все должно получится. Ехать мне нужно прямо сейчас.
- Мне грустно оставаться одной, без тебя.
- Ничего страшного, зай. Я же вернусь, - одевался Олег.
- Все равно грустно.
- Ну милая моя, хорошая, не грусти, - обнял Олег и, взяв за руку, увлек за собой в спальню. – Садись. Ты вчера сказала, что не смотрела «Тринадцатый этаж». Вот, я его давно скачал и пересматривал раз сто. Садись, я сейчас включу и обещаю вернуться до окончания фильма.
- Ну ладно, - всмотрелась Диметра в титры начала фильма.
- Зай, а ты не видела диск Shpongle? По дороге хочу послушать.
- Он лежит на верхней полке, - обернулась она и буквально застыла от красоты Олега. – Какой же ты красивый.
- Мне необходимо быть хорошо одетым, иначе в даже в аптеке глазных капель не продадут, а барыги пошлют на хер.
- Я не про одежду. Твое тело…
- Ничего в моем теле особенного, ты мне льстишь. Так, кожа, кости да шрамы, - покраснел он. – Все, я поехал. А ты пока смотри фильм, ок? А когда приеду я обещаю выпить два литра воды и пописать на тебя, может даже дам пальцы своих ног вылизать.
- Ок.
Возле привычного и прекрасно знакомого фасада Рецитала – замаскированного под обычный салон красоты оказывающего все виды интимных услуг заведения стоял внушительных размеров так же хорошо знакомый Олегу охранник в строгом черном костюме, белой рубашке и черном в серую полоску галстуке.
- Привет, - по-мужски подал руку охраннику Олег.
- Доброго времени суток! Ты к Вере Сергеевне? – ответил рукопожатием охранник.
- Угу.
- Проходи. Она давно отдала приказ тебя пропускать в любое время дня и ночи.
Кабинет, строгий хорошо знакомый кабинет с черным кожаным диваном и одетая в сарафан на голое тело Вера. Все дальнейшее происходило без слов. Олег в тем утром вошел в ее кабинет, закрыв дверь и повернув ключ на один оборот, чтобы никто не смог им помешать. Приблизившись с Олегу Вера держала в руке красную как кровь эйвоновскую помаду, которой впоследствии густо и небрежно накрасила Олегу губы перед страстным длительным поцелуем. После этого он стянул с Веру резким движением сарафан, а она принялась расстегивать пуговицы его одетой на голое тело рубашки нежно голубого цвета. Его мальчишеская грудь с торчащими сосками тут же обнажилась, оказавшись в умелых руках Веры, теребящей соски тонкими пальцами, от чего они начинали торчать еще сильнее, пропорционально влаге по телу разливалось тепло.
Снеся рукой со стола кипу бумаг, канцелярских принадлежностей Вера, сев на стол, развела ноги, а он, став на колени, сначала коснулся ее влагалища языком, а потом и губами.
- Да… Так… - шептала Вера запрокинув голову назад и опершись руками о стол при заведении их назад. – Так…
По завершении Олег достал их кармана пакет влажных салфеток и, вытащив одну, вытер ею лицо.
- Возьми столько сколько сможешь с собой унести, - одеваясь бегло проговорила Вера Сергеевна. – Ты же помнишь код.
- Я не привык лазать по чужим вещам, - застегивал рубашку на своей вспотевшем теле Олег.
Подойдя к очень качественной репродукции картины Сальвадора Дали «Галлюциногенный тореадор » Вера аккуратно сняла ее со стены, обнажив тем самым дверцу сейфа с кодовым замком, набрала код, открыла и достала картонную коробку из под туфель полностью набитую маленькими запаянными пакетиками с белесым порошком внутри. Олег стал жадно набивать ими карманы облегающих брюк телесного цвета.
- Верочка, спасибо, - вожделенно проговорил он.
- Не за что, - налила в специально низкий стакан виски она. – Это твоя жизнь, хочешь травиться – травись и своего Диму трави.
- Ха! – ухмыльнулся Олег. – Виски тоже отрава!
- Не такая как снег. Ну ладно, не хочу с тобой спорить. Ты мне лучше вот чего объясни. Почему вы так Эммануила Давидовича обижаете? Бедный дед уже замучился вас с Димой на литературные вечера приглашать, а вы все не соглашаетесь и не соглашаетесь.
- Ты же знаешь как я устаю от людей на работе. Всем лечить, держаться на позитиве, всем постоянно глупо улыбаться. Диметра тоже.
- Ты это брось! Вот вам два флаера в клуб, вечер состоится в эту субботу. Чтоб были там оба!!!
- Ну… Если ты настаиваешь, - взял две цветастые бумажки он.
- Все будет на высшем уровне, море бесплатного шампанского и чистейшего белого снега. Вам понравится.
- Хорошо-хорошо. Я согласен. Попробую Диметрочку уговорить.
- Уж попробуй! А теперь иди с глаз долой, у меня работы по уши.
- До свидания! И спасибо, - послал воздушный поцелуй он с порога кабинета.
И вот он уже снова в машине, готовый ехать домой, но что-то не давало ему покоя.
- Черт! Черт!! Черт!!! – три раза он ударил лбом о лежащие на руле руки.
По лицу покатились огромные слезы, предательски не желая останавливаться.
- Черт бы все побрал!!! – вытер рукой слезы он и повернул ключ зажигания.
Ровный звук двигателя успокаивал. Вытащив из кармана один пакетик он разгрыз его, высыпал содержимое на тыльную сторону руки и вдохнул. Эффект не заставил себя долго ждать. Сочетающаяся с бурным потоком всевозможных идей и подобных звучащему радио голосов в голове все тело накрывала оглушительная, ошеломительная волна тепла и эйфории, безудержного желания творить, что-то делать, делать и делать. Когда Олег резко вдавил педаль газа в пол и визг шин взорвал тишину утренней улицы его не покидало странное, немного гнетущее чувство будто в машине помимо него кто-то есть и всю дорогу наблюдает, читает или даже ворует его мысли, любовные посвященные Диметре строки.
