— У неё статус наложницы, Иона. И отвечать она будет по статусу и своим деяниям. Я бы и вовсе её казнил да отец запретил.
— Я хочу с ней поговорить.
— Нет. — Дракон выразительно посмотрел на герцогиню, когда та было вскинулась, чтобы начать спор. — Я знаю Сону и не хочу рисковать тобой лишний раз. Эта женщина непредсказуема, Иона. Так что сейчас проводится большая чистка среди слуг, чтобы убрать тех, кто может выступить за Сонаисс. И пока не закончим — тебе придётся быть под охраной. Мэлу я доверяю, но он один. Так что знакомься со своими охранниками.
Аран, пересев так, чтобы сидеть вместе с Ионой лицом к двери, позвал стражников. Вошли два дракона в лёгких доспехах, через миг рядом с ними материализовались ещё двое, укутанные в тёмную ткань. У всех четверых лица были закрыты, что герцогиню не совсем устраивало.
— Почему они прячут лица?
— Давняя традиция.
Кивнув, Иона решительно поднялась с кровати и шагнула к драконам, которые дружно опустились на одно колено. Головы они так же опустили, так что посмотреть в глаза не представлялось возможным. Вздохнув, герцогиня вдруг присела на корточки и встретилась взглядом с одним из охранников.
— Вы можете снять ткань? — Глаза дракона удивлённо расширились. — Я предпочитаю в лицо знать тех, с кем буду работать.
— Работать? Госпожа, это…
— Я вам тушку свою доверяю, господа драконы, но и сама в стороне стоять не буду в случае чего. Так что это именно работа. Так можете?
Дракон, медленно кивнув, встал сам и помог выпрямиться герцогине. Скрестив руки на груди, Иона внимательно смотрела, как стражники снимают с лиц платки.
Под тканями оказались лица не мальчишек, как нападавшие, а матёрых вояк. Тот, с которым разговаривала герцогиня, вдруг исподлобья глянул на неё и как-то странно фыркнул.
— Что-то хочешь сказать?
— Хочу. — Лицо воина, расчерченное множеством шрамов, чуть перекосилось из-за кривой ухмылки. — Странная вы, госпожа. Ни один объект не просил нас показать лиц, не заглядывал в глаза и не говорил, что будет мешать нам работать.
— Так ведь я человек, уважаемый, а не стенка без рук и ног. Может, представитесь?
Дракон снова фыркнул и девушка поняла, что так он сдерживает смех. Подчиняясь желанию герцогини, каждый из них представился. Первого звали Азген, его товарища по обилию ткани Тирк, двух драконов в доспехах — Вэр и Бри. Кивнув, Иона представилась сама, как того требовал этикет.
— Как будете действовать, Азген?
— Что вы имеете в виду, госпожа?
— Я не хочу ненароком задеть вас, когда буду атаковать. Некоторые рефлексы вдолблены уже настолько, что я двигаюсь по привычке.
— Мы ходим в тенях, госпожа. Вэр и Бри будут всегда на виду рядом с вами. И не беспокойтесь, нас вы не заденете.
— Хорошо. В таком случае не буду вас задерживать и мешать работе.
Кивнув, Азген и Тирк растворились в воздухе, а рыцари, как окрестила их про себя Иона, вышли за двери. Устало вздохнув, девушка отошла к кровати и рухнула на неё лицом вниз, зарываясь пальцами в шерсть подвернувшегося под руку ракхана.
Аран, никак не комментируя действия невесты и легонько поцеловав девушку в висок, просто встал с кровати.
— Когда шествие?
— Послезавтра.
— Я что, два дня без сознания лежала?
— Да. Так что сегодня ещё отдыхай, а завтра матушка с тебя не слезет, пока не примерит на тебя сто нарядов.
Горестный стон был ему ответом, но дракон, посмеиваясь, направился к дверям. Ему необходимо было проконтролировать Сону, которую прямо сегодня должны были отправить в монастырь. Он и правда жалел, что отец не дал её казнить, потому что король придумал куда более жестокий способ наказания.
Перед дверью, ведущей в темницы, Аран на миг замер, собираясь с духом. Как бы не надоела ему Сона, он не хотел для неё такой судьбы. Принц не стал рассказывать Ионе, что перед заключением Сонаисс ждёт крайне болезненная процедура, которая для любого дракона была хуже смерти — лишение крыльев. Куда милосерднее было бы отрубить голову.
Взяв себя в руки, дракон дал знак слугам, чтобы открыли дверь. Сразу его оглушил визг, раздавшийся с нижних камер. Спускался он вниз под заковыристый и очень громкий мат, не торопясь, чтобы выслушать всё.
И услышал он действительно многое. В том числе и проклятия в свой адрес, на которые бывшая наложница не скупилась. Обещания убить всех в гареме, а Иону продать пустынникам в качестве игрушки. Угрозы тюремщикам, перемежающимся с обещаниями осыпать их золотом, если отпустят её. Казалось, драконица сошла с ума и чем ближе Аран подходил к камере, тем сильнее верил в это. Стражники в коридоре вытянулись в струнку, стоило им увидеть принца. Но дракон смотрел на девушку, которую когда-то считал младшей сестрой. Сонаисс висела на цепях, растянутая так, чтобы не могла шевельнуться вовсе.
Помимо металла, который блокировал любую магию, цепи были усилены заговорённой нитью, а на стенах слабо мерцали сдерживающие руны.
Драконица, увидев фигуру перед собой, чуть прищурилась. И поняв, кто перед ней, снова принялась кричать, срывая голос окончательно.
— Ты! Выпусти меня!
— Угомонись, Сона. — Дракон дал знак стражникам, чтобы открыли тяжёлую дверь камеры. — Ты только делаешь хуже себе.
— Надо было убить тебя!
Заметив, как растерялся Арандриус, драконица запрокинула голову вверх и рассмеялась в голос. Принц тяжело сглотнул, услышав вместо привычного, похожего на хрустальный перезвон, смеха, какое-то каркающее его подобие.
— И давно ты планировала моё убийство?
— С тех пор, как ты привёл Лантрию. Эта сука посмела мне сказать, что я недостойно себя веду! — Сонаисс снова разразилась смехом, истерично подвывая. — Что же, смерть в качестве шлюхи для рудокопов более чем достойна великой Лантрии!
Арандриус не сдержался и на миг закрыл глаза, чувствуя, что вот-вот сорвётся и попросту разорвёт эту идиотку в клочья. И он жалел её? Хотел казнить?
— А остальные?
— Теара сдохла от яда, сгубил красноцвет[1] Вилуани! Деная трижды споткнулась, а Нарьяне приснился кошмар! — Сонаисс фальшиво пропела сочинённую на ходу песенку, широко улыбаясь. — Про остальных мне лень
