class="p1">Бам! Толпа опять начала шуметь. Довольная улыбка спала с лица старенькой ведьмы и появилась на лице молодого вождя росомах. Тем временем Луко Кватрок начал обливаться холодным потом предвкушая неладное. На лице же главного героя нельзя было заметить ничего подобного. Старик вновь поднял руку, а стражник вновь ударил своим посохом — в очередной раз наступила тишина.
— Позвольте еще раз извинить меня, но как без малейших доказательств вы можете называть себя священным предком?
— Ха? Все очень просто: фактически вы сами назвали меня подобным образом, я же не вполне до конца понимаю, что многоуважаемый совет вообще подразумевает под этим понятием…
Опять начался шум. Однако на этот раз его уверенно прекратил сам Велес, сильно топнув ногой и немного усилив свою ауру присутствия.
— Пожалуй, продолжу и уточню: по имеющейся у меня информации я проспал в глубоком непробудном сне около трех тысяч лет. Практически моя персона не имеет особого понятия о том, что здесь происходило все это время. Все эти десятки столетий тут и там промышляла моя младшая сестренка, кто знает, как она набедокурила за все эти тысячи лет. Проснувшись же, я очень ослаб, а ее и след простыл. Так что, отвечая подробнее на ваш вопрос, являюсь ли я вашим предком? Ну, да, в каком-то смысле да. Священный ли я или какой-то святой? Ну, это для кого как, вон недавно меня вообще называли демоном, самим злом воплоти и дьяволом, седой и пожилой человек позади не даст соврать, так что все относительно. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос?
И снова шум, на этот раз весьма громкий шум. Не обращая внимания на гомон, пятерка начала активно и взбудоражено переговариваться какое-то время. После чего стражник вновь успокоил толпу, старик же снова взял слово:
— Не доставит ли вам сложности назвать имя вашей младшей сестры?
Мгновение тишины.
— Хм, конечно, почему бы собственно и нет? Вам говорит о чем-то имя Персефона?
…
✵ Группа VK: https://vk.com/myth_library
Глава 199
Совет Племени II
…
Толпа и старейшины начали переглядываться между собой. На их глазах читались странные эмоции вроде непонимания.
«О, похоже, это произвело некий эффект…»
— Эгм, простите юноша, но мы не знаем, о ком вы говорите.
Наш герой выглядел сильно удивленным, сконфуженным и даже шокированным.
«А вот это крайне неожиданно, я думал, в этом мире все слышали ее имя перед своим первым рождением (появлением) в этом мире, а после эту легенду должны были передать своим потомкам будущие поколения и так далее и тому подобное, однако тут явно все пошло не так…»
«Ладно, я: пусть это и обременяющее, но мне даже физическая смерть, в крайнем случае, не страшна. Однако что будет с моими людьми: на старика с его „темным“ дворецким относительно плевать, но вот „звездное трио“, что с ними? Как вариант: можно предложить свою жизнь за их. А потом, переселившись, переродившись, попробовать их вызволить из плена в случае чего. Или попросить у них какого-нибудь местного преступника-убийцу для демонстрации своего бессмертия, вот черт, слишком много мыслей и что же мне… »
Со стороны толпы началось слышаться легкое перешептывание. Однако все привычно умолкли, как только старейшина по центру продолжил:
— Прошу прощения, но мы уже восемьсот лет как не встречали никого кроме наших братьев и сестер с этого острова, так что имена всех священных зверей нам не известны…
«Понятно, они все еще думают что Персефона — это имя какого-то древнего магического зверя и как мне с этим быть?»
В этот момент сзади к нашему герою медленно подковылял другой старик, старейшина Кватроков в сопровождении своего верного молчаливого охранника позади. Положив свою руку на плесе задумавшегося Велеса, он взглядом попросил взять слово, его хозяин не стал ему отказывать.
~«Ты уверен? Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…»
Старик прожил очень долгую жизнь, значительную часть которой он посвятил своим исследованиям. Так что как бы умен и кропотлив не был наш герой в течение последних нескольких лет, он никак не мог знать больше об истории, мифах и легендах этого мира недели верховный старейшина Кватроков. Оставшись на одной линии со своим господином, Луко немного поклонился и промолвил:
— Великий старейшина зверолюдей клана росомах, могу ли я взять слово?
— Да, совет не против этого.
— Хорошо. Как вы могли услышать мой господин, его милость Велес пробыл во сне более трех тысяч лет, потому ему не известны все факты этого времени. О да, я же в свою очередь много читал о прошлом. Если я правильно понимаю, то под священными предками и зверьми, вы подразумеваете тех величественных магических созданий прошлого, что правили этим миром в древности.
— Все верно человек.
— Понятно, о да, ясно, мы же в свою очередь называли их мифическими зверьми, тогда все сходится…
— И что же, ты знаешь, чьим братом из них является твой господин?
В этот момент, Луко посмотрел в глаза Велеса. Наш рогатый герой по взгляду понял, что хочет произнести этот хитрый лис. Он улыбнулся и кивком дал добро на продолжение. Кватрок вернул улыбку, повернулся к совету и продолжил:
— О да, вы, наверное, не правильно поняли моего господина с самого начала: Персефона — это не одна из мифических зверей древности…
— Хм, что ты имеешь в виду слуга?
— Великая Персефона — это… это Богиня, что в самом начале времен создала всех нас, всю жизнь и природу в этом жалком мире под яркими лучами Рабела, включая и всех священных зверей вместе взятых!
— Ты…
— Все верно! О да! Персефона — это Всемать, творец всего сущего, а перед вами сейчас стоит ее старший брат, Велес — Всеотец, черный ворон, укрывающий свою сестру и яблоко мира своими гигантскими крыльями от ужасов всеразрушающего космического хаоса!
В этот момент последовал легкий подзатыльник, что прилетел старику, вошедшему в раш (rush), словно нашкодившему школьнику. От возмущения глаза «черного» дворецкого чуть не вылетели с орбит, он еле сдержал себя, чтобы при всех не взреветь и не наброситься на хозяина своего хозяина. Луко лишь извинительно хихикнул, неловко потирая свой затылок.
— Прошу прощения, мой слуга может быть слегка… фанатичным, когда дело касается моей персоны. Но в целом он сказал все верно. Мое имя Велес и… да, однажды я и вправду был вороном.
После этого заявления толпа начала настолько большой гомон, что
