— Сверхцель, — продолжил Тротт тоном, который Алина про себя называла «профессорским». — Всегда нужно помнить о ней и не тратить ресурс на побочные цели. Ну и самое главное — если мы уже завтра выйдем на Туру, этот плодильник перестанет иметь значение, потому что закроются порталы. А если не выйдем, тем более.
— Он прав, — мягко сказал дракон. — Да и ветер дует с равнины нам в спины, нам придется двигаться очень быстро, чтобы не попасть под созданный нами же пожар.
— Я знаю, — проворчала она. — Я все это понимаю… не знаю, что на меня нашло.
— Это красная кровь, — объяснил Четери. — Ты убегаешь, но это претит ей и твоей сути — ведь Воин заповедовал встречать врага лицом к лицу. Потому она требует боя.
— Лучше бы она помогла мне вызвать огонь, — проговорила принцесса, поворачивая руку ладонью вверх. Но, увы, пламени не появилось — хотя на секунду ей показалось, что тело полыхнуло, словно в жилах плеснуло чистым огнем.
Они быстро перепроверили прилегание сумок и ножей в ножнах, чтобы не били по телу, прикрепили фляги на пояса — когда охонги под ногами вдруг сначала замолчали, а затем прыснули в стороны, забиваясь под корни огромных деревьев. Сверху раздался гул, и беглецы все прижались к стволу, наблюдая, как пролетают над каналами, выстроившись в широкую шеренгу, стрекозы с вооруженными всадниками — Алина заметила перекинутые через плечо туринские автоматы и затаила дыхание. Норы внимательно смотрели вниз.
— По наши души, — сухо озвучил очевидное Тротт.
— Скорее всего, — согласился Четери. — Но меня больше интересует, что могло заставить безмозглых инсектоидов так испугаться, чтобы прятаться, — он оглянулся туда, откуда они пришли. — Веди ее вперед, — бросил Мастер через плечо. — Я догоню.
* * *
Четери проскользил по кронам на два островка назад — и там издалека заметил бронированные спины невидши, которые неспешно бежали на четырех конечностях от ствола к стволу — по которым ранее убегали Четери, Тротт и Алина. Островки казались опустевшими — младая живность, похоже, не обладала толстокожестью взрослых инсектоидов, и, почуяв запах невидши, инстинктивно пугалась их как нечто, способное убить и сожрать.
Дракон, не теряя времени, понесся обратно — уже по земле, потому что бегал он куда быстрее, чем прыгал по кронам — и только для переправы через каналы он взбирался на деревья.
Тротта с принцессой он догнал через пару островов после того, где он их оставил.
— Невидши, — коротко сообщил он. — Несколько десятков. Идут по нашему следу, в трех островах за нами.
Тротт бросил взгляд вперед — и Чет тоже посмотрел. Бесконечное сплетение ветвей, лиан, мхов. Ни просвета, ни конца гигантского плодильника.
— Мы не успеем дойти, — сказал он. — Нагонят.
— Не успеем, — Четери остановился, прижался к стволу, облепленному высохшими остатками оотеки, пережидая, пока пролетят развернувшиеся обратно раньяры с вооруженными всадниками, которые все так же вглядывались сквозь пышную зелень. Сунул руку в сумку, достал тряпицу с кресалом и трутом, выданными путникам в деревне тимавеш.
— Все-таки огонь? — спросила восстанавливающая дыхание принцесса, и зеленые глаза ее были полны страхом и предвкушением. Повернулась к Тротту. — Вы так убеждали меня, что он не нужен!
— Да, дитя Красного, — ответил вместо Макса Четери, — обнаруживать себя было опасно, но сейчас необходимость выше опасности. Так бывает, когда обстоятельства меняются, и плохое решение становится лучше, чем никакого. Нас и так обнаружат, поэтому нужно задержать их. С этим справится только огонь.
Он черканул острым кремнем по железистому кресалу над слоистым остатком — и он действительно занялся огнем, неохотно, медленно, поверхностно, как шелк. Но чем большую площадь он занимал, тем глубже и сильнее расходилось пламя.
Макс тем временем быстро вырубил толстые, с человеческую руку, сучья из двух высохших огромных листов, упавших на землю, взлетел с ними, сунул в огонь один, передал Чету. Дракон тут же спустился на землю, начал поджигать облепленные шелкоподобными обрывками волокон. Макс сунул в огонь второй сук.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вы сейчас летите вперед, — услышал Четери его слова, обращенные к принцессе. Поднял голову — и отвернулся, потому что Тротт склонился к юной супруге так близко, что еще немного — и коснется лбом. — Нам нужно будет перекрыть им и соседние острова, чтобы вынудить передвигаться по воде. Возможно, их там проредят нимфы стрекоз и нам потом, в бою, будет легче. Мы догоним вас. Летите вперед, к безопасной зоне, и не останавливайтесь.
Пропитанные смолой папоротники занимались хорошо — струйки огня, раздуваемые предгрозовым ветром, бежали вверх по стволам, по сухим нападавшим листьям. Задымилась влажная подложка островного леса, стала стрелять смолистыми язычками.
— Хорошо. Дайте и мне огня, — попросила Алина. — Я могу поджигать сухостой по пути!
— Нет, — бросил Тротт. — Это привлечет к вам внимание. Вас обнаружат всадники на стрекозах и тогда за вами пойдет вся оставшаяся на равнине армия, а нам нужно, чтобы они отвлеклись на огонь. Летите так, и не вздумайте возвращаться, понятно? Если вдруг мы не выйдем… ждите сигнала от Александра и как-то сигнализируйте, где вы. Постарайтесь сотворить щит и пролететь к ним. Вперед!
Четери увидел, как он коснулся ее лба быстрым поцелуем и спрыгнул вниз.
— Поджигаешь и летишь за ней, — крикнул дракон.— Я пойду следом, прикрою вас!
Тротт на ходу кивнул, и, подбежав с горящим факелом к краю канала, перемахнул через него. А принцесса послушно полетела вперед.
* * *
Вперед, вперед, вперед! С кроны на крону, через каналы… спрятаться от всадников на стрекозах и замереть. Как тяжело дышится…
Тааак… сейчас вот здесь к стволу прижмемся… меня нет, нет, нет… здесь никого нет. А теперь побежала дальше! Только не оборачивайся, Алина, не останавливайся. Не подводи Макса. Помнишь, как ты подвела его тогда, когда тебя схватили?
Внимательнее, дурочка! Кто ж знал, что мелкие охонги так высоко прыгают. Чуть не схватил. Взбесились они, что ли?
Как же бьется сердце. Темно. Туча уже на полнеба, закрыла солнце, гром грохочет так, что не слышно инсектоидов. Или это вечер наступил уже?
Нет, они на самом деле взбесились. То ли из-за наступающей грозы, то ли из-за огня. Ветер дует в спину и уже несет с собой смолистый дым.
Далеко ли огонь? Далеко ли Макс? Только не оглядывайся, не надо, не сбивай темп.
Оглянулась все-таки. Не могу иначе. Может, вернуться? Может, его уже схватили?
Как полыхает… как визжат инсектоиды… жаль их, что ли? Их?
Вперед. Ты должна идти вперед. Делай свою часть работы. Не подводи его.
Он сильный и быстрый. В конце концов, в его сердце находится Черный и он спасет его, если будет смертельная опасность. И Четери справится. Они вдвоем стоят целой армии.
…Как жаль, что я не стою даже одного бойца.
Жди, жди, жди… а теперь броском через канал. Мамочки! Так… запомнить… ох, боги… запомнить, что нимфы раньяров тоже прыгают из воды за добычей, как акулы… чуть ног не лишилась.
Все, все, очнись. Ты жива. Вперед, Богуславская! Потом поплачешь! Вперед, через не могу! Через страх!
Осталось немного, совсем немного… три острова прошла… сколько же их еще?
Снова оглянулась. Пожар полыхает уже стеной, инсектоиды беснуются, валятся в воду, и сколько же там стрекоз… как Максу проскочить?
И Четери, конечно же, Четери.
Они ведь должны были меня уже догнать? Да ведь?
Прекрати! Вперед иди. Вперед, Богуславская. Тебе нужно дойти до осколка серпа. Нужно развязать им руки, чтобы они не подставлялись из-за тебя.
Что это? Неужели последний остров? Да… вот перемычка строящегося канала. За ним не лес даже, а пойменный луг, а уж за ним снова лес. Значит… дальше прямо по лугу до леса, и потом до осколка. Только через канал перелететь. И все. Охонгов под ногами больше можно не бояться.
